Рыцарь Хаген - Вольфганг Хольбайн

Зигфрид попытался усмехнуться:

— Ты был… лучше их всех, как… как никто из вас. Мы должны были… уничтожить друг друга. Так… так, как это было предопределено, — Он мучительно кашлянул, попытался поднять голову, но со стоном опустил ее.

— Могу ли я чем-то помочь тебе?

Зигфрид с трудом вздохнул:

— О нет, Хаген, ты… ты сделал куда больше… чем думаешь. О этот проклятый идиот! Я умираю, но… я все-таки победил. Боже, мне… так холодно… так… — Рука его нащупала запястье Хагена. Прикосновение ее было ужасным — скользким и холодным. Но Хаген не отдернул руку, — …Холодно, — шептал Зигфрид. — Мне очень… холодно. Этот болван… он… он лишил меня… Кримхилд. Боже мой, Кримхилд!

С этими словами он испустил дух. Глаза его закатились, прежде чем тело вздрогнуло в последней судороге.

Зигфрид Ксантенский, победитель дракона, король нибелунгов, был мертв.

Тень смерти опустилась на лик Зигфрида. Хаген стоял опустив глаза.

— Не нужно было этого делать, — прошептал он, — Ты разрушил все. Все было напрасно.

Гунтер не ответил.

И тут Хаген сделал нечто, поразившее его самого: вынув из ножен Бальмунг, он положил его на грудь Зигфрида. Кожа нибелунга все еще была теплой и мягкой, словно у живого, когда Тронье сомкнул его руки на рукояти меча.

— Никто не должен узнать об этом, — внезапно раздался чей-то голос рядом. Это был Альберих.

Хаген кивнул:

— Никто его не найдет. Все будет так, как я сказал вчера, — он просто не вернется. И я тоже.

— Ты уходишь?

— В Тронье. Я должен был никогда не покидать свой замок.

Альберих погрузился в тягостное раздумье.

— Ты прав, — промолвил он наконец. — Пусть Гунтер скажет твоему брату, чтобы он последовал за тобой, как только уляжется переполох из-за исчезновения Зигфрида. А я тоже поеду с вами.

Хаген удивленно взглянул на альба:

— Ты?

Альберих кивнул:

— Мне здесь делать больше нечего.

— Это верно, — Хаген горько усмехнулся: — Твоя задача выполнена. Надеюсь, что успешно.

Альберих даже не улыбнулся:

— Будущее покажет.

— Тебе… нельзя уйти, — внезапно вмешался Гунтер.

Хаген вопросительно посмотрел на короля.

— Кримхилд обо всем знает.

Хаген побледнел:

— Зна… знает?..

Гунтер кивнул на труп Ксантенца:

— Этот болван разболтал ей обо всем. Почему, как ты думаешь, здесь оказался я? Не успел Зигфрид выехать за ворота, ко мне примчалась Кримхилд и принялась осыпать упреками. Рыдая и вопя, она заявила, что я буду виновен, если с тобой что-то случится.

— Кому еще об этом известно?

— Да всему двору! Кримхилд не старалась скрыть эмоции. Она так громко причитала, что разбудила ползамка.

Хаген задумался. Боль и отчаяние исчезли. Он снова стал самим собой. Быть может, это и было новой ловушкой, которую Зигфрид уже после смерти приготовил ему и Гунтеру. Но теперь он знал, что делать. Он вернется. Пусть Гунтер все испортил, он займется этим потом.

— Тогда мы возвращаемся, — решил он. — Пусть будет так, как хотел Зигфрид. А ты, Гунтер, все подтвердишь. Что мы дрались с Ксантенцем и я его прикончил.

— Ты? — ужаснулся Гунтер, — Я… я не понимаю. Почему ты хочешь отвечать за меня?

— Ты убил Зигфрида ударом в спину. И хочешь этим прославиться?

Гунтер вздрогнул. Упрямство промелькнуло в его взгляде.

— Но ты, мой друг, не должен расплачиваться за мои поступки. Кримхилд возненавидит тебя!

— Несчастный глупец! — простонал Альберих, — Неужели ты думаешь, что обретешь уважение, если все узнают об этом? Если ты жаждал славы, нужно было с мечом в руках биться с ним и погибнуть! Но ты не более чем трусливый убийца, и именно так тебя назовут!

— Нет, — молвил Хаген, — не назовут. Никто не будет знать, что произошло на самом деле. Никто, кроме Гунтера и меня, — С этими словами он осторожно вынул меч из окоченевших пальцев Зигфрида.

Альберих обернулся. Но понял он слишком поздно.

Бальмунг перерезал ему горло легким прикосновением, и голова карлика покатилась с плеч.