Колдуны и капуста - Андрей Уланов

Где-то на Алтае.

Небо еще светлело, но широкое ущелье уже казалось до краев наполненным чернотой. Именно из глубин этой черноты одна за другой вынырнули навстречу заходящему солнцу пять крохотных треугольных силуэтов.

Впрочем, крохотными и треугольными они казались лишь издалека. Тем же, кто сейчас старательно сжимался, пытаясь укрыться от набегающего воздушного потока за костяным «воротником», огромные звери крохотными отнюдь не казались.

Драконы летели низко — с высоты драконьим глазам видно много, но и слишком многим видно тебя. Летели быстро — ибо от Первого Полета и до скончания Мира заведено, что не одни лишь удары могучих крыльев мчат их по небесам. Летели на юг.

В стародавние времена такие вот полеты завершались отчаянным воплем дозорного на башне, для которого пикирующий дракон становился самым главным — и последним! — зрелищем в жизни. Но те времена давно уж прошли — когда пятерка драконов, выпав из розовеющих закатных облаков над Джахором, начала строить свой знаменитый «атакующий круг», замок уже закутался в искрящуюся шаль защитного экрана, а поднятые по тревоге усиленные расчеты стражи, вполголоса бормоча проклятия, готовили к бою тяжелые жезлы и зенитные орудия.

Рискни драконы атаковать — их встретил бы шквал огня, молний и стали. Однако секунды текли, сливаясь в минуты, и мало-помалу на лица и рыла замковой стражи начали наползать злорадные ухмылки. Драконы кружили — но пока ни один из них не взревел, складывая крылья и входя, классически, с переворотом на спину, в отвесное пике на ничтожную кучку криво слепленных камней.

Что именно делают драконы — а вернее, их седоки, — в замке поняли, лишь когда протянувшиеся в небесах нити полыхнули алым. Но было уже поздно. Тень от пентаграммы накрыла замок, и все в Джахоре, кто глядел в этот миг вверх, увидели звезды. Очень яркие звезды.

Их было неправдоподобно много.

А одна была ярче всех.

Где-то у костра в Северо-Западном Китае, Малыш Уин.

— Смотрите! — выхватывая меч, крикнула Ута Бакгхорн. — Что это?

Нет зрения лучше, чем у эльфа, скользя взглядом вдоль сверкающего лезвия, успел подумать Малыш Уин — а в следующий миг он понял, что гномье зрение эльфийскому ничуть не уступает. Впрочем, мысленно поправился он, не заметить эту штуку может разве что слепой.

— Ну что там? — с тревогой спросил Крис.

— Падающая звезда, — почти одновременно отозвались Малыш, Бренда и Рысьев.

— Всего-то?

— «Всего-то» было бы не совсем верной оценкой данного зрелища, — задумчиво сказал вампир. — Во-первых, это необычно яркая падающая звезда, а во-вторых, некоторые элементы ее полета наводят меня на мысль...

— Чтоб меня акула с потрохами сожрала! — на чистейшем полинезийском выдохнул потрясенный Малыш. — Ну и здоровая же хрень! Она...

Договорить он не успел, потому что его собственная нижняя челюсть очень сильно стукнулась о свою верхнюю соседку по рту. Челюсть была отнюдь не одинока — весь остальной Малыш, его товарищи, привязанные неподалеку лошади, ветки в костре и все, что не цеплялось за землю корнями, взлетело фута на три вверх... и упало.

— Я видел! — кажется, Крис Ханко выкрикнул это, еще находясь в воздухе. — Клянусь, я видел! Видел вспышку! А-ао-оу-у!

«Вспышку он увидел, — ворчливо подумал Уин, осторожно пытаясь перекатиться на бок. — Еще бы... зато вот теперь я ни хрена не вижу. Как у тролля в... Ффад мзарги!»

— Мои глаза!

— Думаю, к нам зрение все-таки вернется, — после продолжительного молчания сказал Рысьев. Без особой, однако, по мнению перепугавшегося до судорог Малыша, уверенности в голосе сказал. — Ведь непосредственная точка падения скрыта от нас кривизной земной поверхности, а следовательно...