Ускользающая тень - Крис Вудинг

Это был мой последний лёгкий выстрел. Солдаты гурта сняли луки с плеч и стреляют в меня. Несусь по галерее. Пригибаюсь и перекатываюсь по полу, все стрелы вонзаются в корешки книг.

Кайдус загораживает Ледо и пятится вместе с ним в угол, огромный изогнутый меч наготове. Белек под прикрытием охраны пробирается к выходу. Ну уж нет, я его не выпущу. Достаю металлический шар из мешочка у пояса и разъединяю две половины. Раздаётся громкий щелчок, и они расходятся на расстояние примерно в палец шириной. Скидываю эту штуку вниз, и прежде чем она ударяется об пол кабинета, всю комнату заволакивает облаками жёлтого, едкого дыма.

Солдаты гурта кричат и отскакивают, когда моё оружие катится к ним по полу. Через несколько секунд уже ничего вокруг не различаю, одни силуэты. В мою сторону летит ещё одна стрела, но послана она вслепую. Теперь разглядеть меня снизу они не могут. Белек на ощупь бредёт к двери, бестолково размахивая руками. Спрыгиваю с галереи и приземляюсь прямо перед министром. Убежать тот не успевает. Хватаю его за шею и, удерживая локтем, разворачиваю. Не успевает Белек опомниться, как я уже приставляю к его горлу клинок, и мы стоим спиной к двери.

– Опустить луки! – кричу я на гуртском. – Ещё раз выстрелите, ваш министр умрёт…

Солдаты застывают. Вдруг в кабинете становится очень тихо. Они не сразу замечают, где я, но дым уже начинает развеиваться. Вид у солдат растерянный, луки неуверенно опущены. Не привыкли, чтобы ими командовала женщина.

– Делайте, что она говорит! – рявкает Белек. На ощупь его кожа удивительно гладкая, как у всех гурта. От одного прикосновения пробуждаются воспоминания, одно хуже другого.

Охранники опускают луки на пол.

– Орна!

Это голос Ледо. Он выходит из-за спины Кайдуса и шагает ко мне. Кайдус – следом.

– Ты тоже, Кайдус. Опусти меч.

– Нет, Орна, – отвечает тот, голос его сочится ядом. Для Кайдуса я предательница, потому что нарушила клятву Должницы. Какая ирония. – Убей этого гурта, если хочешь. Но хозяина я тебе тронуть не позволю.

– Он только твой хозяин, – поправляю я.

– Орна, это что такое? – шипит Ледо.

Поудобнее перехватываю заложника за шею и нажимаю на клинок так, чтобы он оцарапал Белеку горло. Просто так, со злости.

– Что это такое? Плата за предательство, Ледо. Ты предал своих людей. Договариваешься с врагом, – смотрю ему прямо в глаза. – Действуешь против собственного народа.

– Ты клялась мне в верности! – кричит Ледо. – Не вмешивайся в то, чего не понимаешь!

Качаю головой. Теперь меня никому не переубедить.

– Я была готова отдать за тебя жизнь, – произношу я сдавленным от гнева голосом. – А ты отнял у меня семью.

– Уходи! – рявкает Ледо. Он совсем не испугался. Похоже, не верит, что мне хватит решимости довести дело до конца. Рассчитывает, что подчинюсь ему, как всегда. – Если уйдёшь сейчас, никто тебя не тронет.

– Очень прошу, – вклинивается Белек, – выслушай… Мы…

Вдавливаю клинок ещё глубже, и по его белой коже струится кровь, пачкая безупречный воротник. Солдаты дёргаются было, но я останавливаю их одним взглядом.

– Ты, должно быть, не помнишь меня, Белек Аспа, – шепчу я. – Но я тебя не забыла. Ты как-то сказал, что эскаранцы – не люди, а животные, что мы не способны на те же чувства, что и гурта. – Провожу клинком по его шее, Белек дёргается и тоненько хнычет. – Тогда объясните, почему я вас так сильно ненавижу, министр?

– Чего ты добиваешься, Орна? – обращается ко мне Ледо. Близко он не подходит, но и не прячется. – Всё равно умрёшь, и чего ради? Даже ты не можешь тягаться с Кайдусом. Ну, убьёшь ты одного гурта. Неужто дело того стоит? Уходи сейчас, и, возможно, я пощажу тебя.

– Давай, признавайся! – кричу в ответ. – Скажи, что это ты предал наших в Короке! Что выдаёшь наши тайные планы этому человеку!

Ледо презрительно ухмыляется:

– Стану я перед тобой объясняться!

Раздаётся лязг доспехов. Ледо оборачивается к гуртскому охраннику. Тот пытается подняться с пола, но руки и ноги его не слушаются. Вскоре охранник снова теряет равновесие и опускается на одно колено.

Издаю тихий смешок сквозь маску.

– Думаешь, раз ты аристократ, значит, неуязвим? Идиот самовлюблённый. Этот дым не для того, чтобы вас дезориентировать. И маска не для того, чтобы меня не узнали. Вы все уже несколько минут как мертвы. – И, подумав, прибавляю: – Кстати, Ледо, аптекарь Экан просил передать тебе привет.

Выражение его лица просто бесподобно. Целый час бы смотрела. Тут Кайдус издаёт звериный рёв и кидается ко мне.

Вонзаю клинок в шею Белека, выдёргиваю его и толкаю заложника навстречу Кайдусу. Тот, пошатываясь, падает на него и пытается зажать рану, из которой хлещет кровь. Пока Кайдус отвлёкся, метаю нож в глаз гуртского солдата, который ещё в состоянии держаться на ногах. Его напарник корчится на полу, не в силах подняться.

Кайдус наступает, я перебегаю в другой угол. Теперь он мой единственный противник. Ледо пытается выйти из комнаты, но ноги подгибаются, и он падает. Яд начал действовать. Ледо перепуган, он задыхается, из глаз льются слёзы. Пытается встать снова. Ему не хватает мужества погибнуть достойно. Вся эта аристократская самоуверенность и величавость ничего не стоят. На самом деле Ледо просто обыкновенный трус.

Ему удаётся распахнуть дверь, и Ледо переваливается через порог, зовя охрану. Никто не придёт. Хотелось бы посмотреть, как он умрёт, но Кайдус стоит у меня на пути. Предан хозяину до конца.

Хотя ему уже недолго осталось, Кайдус всё ещё опасен. Взмахивает мечом, но слишком медленно – сказывается действие яда. Успеваю увернуться. Постепенно пячусь. Кайдус издаёт угрожающее рычание и, пошатываясь, делает выпад. Уклоняюсь, и Кайдус снова рубит по воздуху. Стиснув зубы, Кайдус бьёт в третий раз, но скорости ему не хватает. С каждым ударом он всё больше утомляется и всё больше злится.

– Не надо, – прошу я, потому что он мне нравится и эта сцена унизительна для нас обоих.

Кайдус смотрит на меня красными глазами, из каждой поры вместе с потом сочится ненависть. Пытается поднять меч и не может. В изнеможении опускается на пол. Тяжело вздыхает и поднимает голову.

– Тварь, – произносит Кайдус, но тут его голова падает на грудь, и он так и умирает сидя.

Выглядываю в коридор и вижу, что Ледо лежит лицом вниз. Недалеко ушёл. Снимаю маску и отстёгиваю газовые фильтры, прикреплённые у носа и рта. Весь яд давно рассеялся.

Опускаюсь на колени, переворачиваю Ледо и гляжу на безжизненное тело. Но ничего не чувствую. Ни беспощадного ликования, ни удовлетворения.

А я чего ожидала? Сама не знаю. Всё внутри будто онемело.

Мрачно бреду обратно в кабинет. Думала, если разделаюсь с предателем, полегчает, но ничего подобного. Кругом трупы, на полу кровь. Приближаюсь к столу и заглядываю в документ, который подписали Ледо и Белек.