Бешеный Лис - Евгений Красницкий

– …на ночь Рыжуху пристроил, корму ей задал, сделал все, что нужно, хотел уже в дом идти, а она говорит: «Постой, бабуля не велит возвращаться». Ну стою. И она стоит, совсем так неподвижно, и вроде как прислушивается к чему-то. Ну я постоял-постоял, а потом говорю: «Пойдем, чего ждать-то?» А она как глянет на меня, я и обомлел: глазищи – как у рыси, даже, показалось, светятся! Опять стоим. Я уж замерзать начал, а она вдруг говорит: «Пошли, бабуля зовет». А я точно знаю, что ни голоса, ни знака какого не было. Как узнала?

– Внучка волхвы. – Мишка пожал плечами. – Что ж ты хочешь?

«Скажи спасибо, что не наблюдал, как они вдвоем с бабкой волхва укатали. А то бы запросто заикой сделаться мог. Впрочем, у Нинеи… тут же и вылечила бы».

– Ну да, я думал, волхва – ведьма, вертеп сатанинский, а она добрая… А когда ты речь говорить стал – прямо царица! Слушай, а что, княгиня туровская ей правда поклон передавала? Они знакомы, что ли?

– Княгиня велела, я передал, остальное – не нашего ума дело.

– Ага… А как она про княгиню Ольгу Киевскую рассказывала, мне аж жутко стало. Сына собственного не пожалела. Неужто правда?

– Вполне может быть. Крутая баба была, к ней даже византийский император сватался.

«Версия, конечно, интересная, ничего подобного я нигде не читал. Но вполне могло быть, во всяком случае, ничего невероятного в этом не вижу. Убийства родственников, даже самых близких, в борьбе за трон – обычное в общем-то дело. Тем более – чужими руками. То, что Святослав был по сути своей варяжским военным вождем, а не великим князем, бабка очень точно подметила. В Киеве почти не жил, таскался туда-сюда, столицу в христианскую Болгарию перенести собирался, сам же креститься, по примеру матери, не пожелал… действительно, монарх – никакой.

А Ольга наверняка хотела править сама. Да и личная жизнь… Был конечно же какой-то фаворит, хотя бы тот же воевода Асмунд. Святослав мамочкиного любовника обязательно грохнул бы, с его-то характером. А мамашу – в монастырь. Впрочем, монастырей тогда на Руси еще не было, не только женских, вообще никаких. Ну тогда в мешок и в Днепр. От таких перспектив чего только не сотворишь…

Но, даже если о ее любовных делах тогда весь Киев судачил, в летописях об этом конечно же ни мур-мур. Ольга же – святая, а летописи пишут монахи. Хотя было там со сватовством императора какое-то несоответствие… по срокам, что ли? Да! Вроде бы получалось, что император влюбился в Ольгу, хотя она была уже далеко не молода.

Нет, однозначно верить летописям нельзя – их множество раз редактировали, исходя из идеологических и конъюнктурных соображений. А Нинея, возможно, имела доступ к более достоверным источникам, поэтому у нее и получается, что Ольга пережила Святослава, хотя официально считается, что она умерла на три года раньше сына.

В летописях ведь как? Владимир до крещения сущим монстром изображен – пытал, убивал, развратничал. Но стоило ему только принять христианство, сразу же заделался образцом благонравия. То же и с Ольгой – живьем людей жгла, в землю живыми закапывала, а как крестилась – сразу же сплошная святость. Так что с убийством Святослава… вполне могло быть. Могла даже и не организовывать. Просто знала и ничего не предприняла. А в летописи подправили дату смерти, и пожалуйста – стопроцентное алиби».

– Минь, а почему Нинея ни да, ни нет не сказала? Вы же ей десять семей дарите!

– Во-первых, мы.

– Что «мы»? – не понял Роська.

– Мы дарим, а не вы дарите. Ты тоже член семьи, значит, мы дарим, – пояснил Мишка. – Привыкай.

– Ага.

– Во-вторых, не дарим, а предлагаем. Она – не нищая, мы – не благодетели. Род ее древнее и знатнее нашего, поэтому мы можем только вежливо предложить, даже просить принять. А она вольна согласиться или отказаться, и с нашей стороны никаких обид быть не может.

– Ага, понятно. Вежество, уважение…

«Ни черта вам не понятно, сержант. Нинея нам нужна больше, чем мы ей. Заполучить в союзники волхву, которая на всех местных имеет влияние, отколоть ее от хозяина „людей в белом“… Можно, конечно, было бы захватить пустующие земли, но дед правильно опасается возобновления заморочек столетней давности, когда из-за каждого куста стрелу в спину получить можно было. А Нинея нам такое удовольствие запросто устроить может».

– Минь, а какую ты сказку интересную рассказывал! Тоже в книгах вычитал?

– Угу, вычитал.

Вчерашним вечером Мишка рассказывал Нинеиным внучатам «Маугли». Исходный текст конечно же опять пришлось редактировать. Багира стала рысью, Шер-хан – росомахой, Хатхи – зубром, а бандерлоги – белками, только большими, мол, в Индии они величиной с собаку.

Роська вместе с детишками слушал раскрыв рот, а Мишка время от времени косился на Нинею – поймет ли намек? Нинея слушала внимательно, кажется, с удовольствием, тихонько улыбалась чему-то своему…

«Если Нинея – старый, мудрый, но смертельно опасный Каа, то вы, сэр, – лягушонок Маугли. По сути, вы же ЗДЕСЬ подкидыш. „Малэсэнькый, голопупэнькый“, как в той украинской книжке, которую вы пытались читать в армии.

Лорд Корней, несомненно, Акела, который еще очень и очень долго не промахнется. Серые братья – вот они: Демка, Кузька, Роська. Багира… Наверно, лекарка Настена, хотя Юлька, когда подрастет, будет в самый раз, да и Красава тоже. Красава, кстати сказать, уже и убивать умеет. Во пантер развелось!

Балу? Балу, Балу, Балу… Мудрый медведь, наставник молодняка. Наставник «Младшей стражи» Немой? Молод больно, да и неразговорчив, мягко говоря, а старый ворчун Балу потрындеть любил. Лука! Точно, Лука Говорун. А кто же у нас будет Шер-хан? Бурей бы подошел, но он среди своих не злодействует. Хе-хе… И маэстро Пентюх в роли шакала Табаки. А Ероха в роли вожака рыжих собак! Хвост я ему уже отрубил, что-то дальше будет?

Смех смехом, сэр, а не вернуться ли к давним мыслям о том, чего они все хотят от «лягушонка Маугли»? Настена. С ней ничего не изменилось, она по-прежнему видит меня в роли защитника Юльки при форс-мажорных обстоятельствах. Мне ее планы никакими неприятностями вроде бы не грозят.

Отец Михаил. Тут все просто смешно. Он, может быть, и сам себе в этом не признается, но, как я понял из подтекста, отче вознамерился совершить пастырский подвиг – сделать берсерка (то есть меня) образцово-показательным воином Христовым. Сам поставил мне диагноз, сам же поставил себе задачу, по нынешним временам, достойную Книги рекордов Гиннесса. Гордыня обуяла: лютого зверя решил словом Божьим укротить. Ну и флаг тебе в руки, отче, получай удовольствие, я не против.

Нинея. Вот баронесса… Ну конечно же баронесса, никак не меньше. Так вот, баронесса… э-э-э, а как же ее величать-то? Титул-то обязательно должен включать в себя название земли, которой она владеет. А я даже названия ее деревни не знаю, привыкли как-то: Нинеина весь да Нинеина весь. Может быть, по названию речки ее поименовать?