Без образа и подобия - Роман Артемьев

Хмурый Звенислав встретил меня на вокзале. Без свиты. Лично.

Несмотря на полученные раны, еще не до конца залеченные, я счел необходимым вернуться в Питер. Слишком странными, на мой взгляд, вышли московские события, совсем не такими, как планировал мастер моего города. Он ждал появления Ференца с командой бойцов, надеялся на визит кого-либо из высших иерархов Крылатой Ночи. Но Звенислав никак не рассчитывал на появление одного из старейших членов Совета ордена и личного врага своего отца!

Кроме того, отправляя меня в поездку, вряд ли вампир ожидал столкновения с магами Ложи. Или не хотел пугать? Нет, от возможности спровоцировать Ференца я все равно не отказался бы, равно как и от попытки проникнуть в подземелье, только действовать бы стал осторожнее. Звенислав достаточно успел изучить мой характер и не стал бы скрывать важную информацию. Тем более, что нам пришлось приложить серьезные усилия, осторожно распространяя слухи и сплетни о моей скорой поездке в Москву. Весть об этом обязательно должна была дойти до ордена Крылатой Ночи, особенно до тех его членов, которые подозрительно много знали о проводимых Маликом опытах.

Слишком много, даже с учетом захваченных в лаборатории записей.

— Москва никогда не была тихим городом, но в последнее время неладное что-то в ней творится. Год назад худое началось, и с тех пор утихнуть не может.

Звенислав открыл портал прямо в свои покои, и сейчас с комфортом расположился в любимом кресле. Или правильнее сказать, троне? Функции у массивного дубового изделия примерно те же, правда, в парадной зале (есть и такая, используется по особо торжественным случаям. У клана кицуне клятву верности принять, например.) стоял монстр покруче, красного дерева, со вставками слоновой кости. Зато в личном кабинете защита стоит такая, что мне приходится сознательно ауру подбирать, дабы не обжечься.

Собственно говоря, кабинет — название условное. Кресло, дубовый же стол, на столе постоянно разложены бумаги, всякие безделушки, магические и не очень. Вдоль стола расположились простые деревянные скамьи, стул в стиле «хай-тек», у стены огромный шкаф с литературой. Вот и все убранство.

— Знаешь, для чего здесь лежит вся эта мелочь? — спросил вампир и тут же ответил. — Для гостей. Интересно наблюдать, что их привлечет. Кто-то в разложенные бумаги глаз косит, кому-то амулеты приглянулись, это в основном маги, коллекционеры предметы свой страсти разглядывают. Ты, когда сюда впервые пришел, стол один раз взглядом окинул, в руках ничего не вертел. Я потом проверил, ты ведь все запомнил. Где какая вещь лежала, какой фон у предметов, надписи на книжках, абсолютно все. Хорошее свойство. Или умение?

— Нечто среднее. Если требуется фиксировать детали, лучше сосредоточиться. — Я внезапно почувствовал легкое неудобство, хотя и понимал, вины никакой за мной нет. Словно сделал нечто не совсем приличное, например, тайком принес диктофон на дружескую вечеринку.

— Память хрупка, особенно если хранится на материальном носителе. Если планируешь долго жить, приучайся переводить воспоминания в духовное тело — посоветовал мастер. — Иначе сойдешь с ума лет через триста, все в голове перемешается. Ну, а пока что воспользуемся сим даром со всей возможной полезностью, ибо вельми много туманного в недавних событиях, коим свидетелем ты стал. Мне интересны подробности, если что-то кажется странным, неважно почему, тоже рассказывай.

Речь Звенислава всегда отличалась некоторой «разбросанностью» по эпохам, слова и выражения века девятнадцатого соседствовали с современными, перемежаясь архаичной терминологией. Только в моменты волнения он начинал тщательно следить за собой, говоря короткими фразами, используя понятные всем присутствующим выражения. Значит, сейчас он спокоен, никуда не торопится и намерен тщательно проанализировать всю доступную информацию. Одним из источников которой являюсь я.

По понятным причинам, на вопросы мастера города отвечают все, или почти все. Вот и мне пришлось рассказывать о своей короткой работе на благо Петра, в очередной раз сожалея о невозможности дать просмотреть свои воспоминания. Вместо того, чтобы за пару секунд узнать в точности все, что видел и чувствовал я, Звениславу пришлось в течение трех часов задавать интересующие его вопросы. Сначала он просто выслушал рассказ, не перебивая, затем начал досконально разбирать каждую сцену, от момента приезда на Ленинградский вокзал, до посадки в идущий обратно в Питер поезд. Спрашивал абсолютно все, и не по одному разу, постоянно возвращаясь к уже вроде бы окончательно разобранным сценам. Под конец допроса вампир удовлетворенно откинулся в кресле, кивая в ответ на какие-то свои мысли и время от времени морщась — «картинка» происшедшего сложилась не до конца. Лично я запутался окончательно, мне и в голову не приходило рассматривать происшедшее с такого количества позиций. Простая вроде бы ситуация превратилась в нечто мутное и непонятное.

— Я не предполагал настолько быстрого и неожиданного развития событий — неожиданно признался Звенислав. Видимо, захотелось поделиться итогом размышлений, или просто счел меня заслуживающим ответов. — Ждал приезда Ференца с сопровождением, но чтобы Илия…

— Кто он такой?

— Один из сильнейших магов Крылатой Ночи и личный враг отца. Это чудо, что его удалось так легко схватить. Он ведь прятался до последнего, тебя атаковала свита, иначе все закончилось бы намного быстрее. Илия высунулся из-под щита один раз, когда попытался отправить тебя в нереальность, тут-то его отец и подловил.

— Почему Асархаддон появился в Москве? Насколько мне известно, он любит в своих детях самостоятельность?

— Правильнее сказать, он ненавидит слабость во всех ее проявлениях — сухо заметил мастер. — Поэтому все его птенцы, являясь прекрасными бойцами, крайне редко могут рассчитывать на помощь родителя. А в Москве он появился потому, что захотел лично разобраться со сложившейся там ситуацией. Видишь ли, в последние года полтора столица превратилась в форменный вертеп, причем без видимой причины. Петру удалось ухватить за кончик нити, он поделился своими сомнениями со мной, но знали мы, в общем-то, немного. Помогли кицуне. Ступающая Мягко после знакомства с тобой стала собирать сведения о Крылатой Ночи и обнаружила кое-какие странности в действиях магов ордена, постепенно маленьких кусочков информации становилось все больше. В конце концов, она пришла ко мне, поделилась найденным. Я переговорил со своими прознатчиками, отправил послов ко дворам родни, и убедился в правоте старой подруги.