Лабиринт Сумерек - Анна Клименко

Он ободряюще ей улыбнулся и пожал руку. Пальцы элеана оказались холодны, как застывший в ожидании камень.

– Когда ты уйдешь, я закрою ход и выйду к ним, – прошептал он.

Затем тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли, и уже совершенно обыденно сказал:

– Возьми. Вот твое оружие, я нес его с собой. И немного воды – она может тебе понадобиться… чтобы дойти до Ока Сумерек. Не думаю, что тебе придется возвращаться… Разве что Санаул смилостивится и пошлет тебе знак.

Эристо-Вет невольно втянула голову в плечи. Вот он, приговор. Да ей самой не придется возвращаться под небо Эртинойса! Но – выбора больше не осталось. Никакого.

«Фэнтар Пресветлый, дай мне сил сделать то, что задумала».

– А теперь – иди.

Элеан пошарил по камню рукой, у самого пола нажал скрытую пружину. Заскрежетали древние механизмы, и прямо напротив запертой на засов двери каменная плита ушла вверх, открывая узкий, но на удивление освещенный коридор. Выполненные в форме правильных пятиугольников камни давали тусклый белый свет.

– Иди, – твердо сказал элеан, – и ни о чем не беспокойся. Я верю в знаки Санаула, и ты не сомневайся, ибо нет ничего хуже, чем сомнение.

* * *

Эристо-Вет не стала медлить. Ей все казалось, что сквозь опустившуюся плиту просочатся крики стражей, обнаруживших предателя. Она боялась, что услышит и предсмертный хрип черноглазого элеана – а потому бежала вперед со всех ног.

Быстрее, быстрее.

В то время как он, избранный Санаула, лежит на каменном полу, отдавая базальту последнее тепло и последнюю кровь.

В то время как его последнее дыхание мягко касается тяжелых и равнодушных сводов пещеры, навсегда покидая Эртинойс.

В то время как капитан стражи сердито звенит золотыми цепочками и кричит на подчиненных, которые безмолвно стоят перед ним, опустив головы.

В то время как…

Нитар-Лисс и бывший раб Ин-Шатура все ближе и ближе к Оку Сумерек.

Эристо-Вет бежала. Вперед – и вниз. По широкой спирали. Коридор плавно заворачивал, уводя в недра горы, даже глубже, туда, где Санаул спрятал от глаз смертных Сад Бога.

И не оставалось у нее больше ничего – ни надежды, ни раздумий, ни слез. Только цель. Успеть и убить посягнувших на святыню. А потому на душе было легко, и ноги без устали отталкивались от шершавой поверхности пола.

Эристо-Вет спешила – но все же остановилась, когда закончился коридор, а под ногами заволновалась гладь стеклянного озера. Ийлура знала, что может смело идти по густой и упругой, словно губка, воде – и точно также была уверена, что как только ей захочется нырнуть, Сумеречный Бог позволит ей это сделать. А там, вместо дна…

Цепи черных скал. Звенья цепляются друг за дружку, пересекаются, расходятся…

Лабинит Сумерек.

– Спасибо тебе, – прошептала ийлура, обращаясь к чужому богу, – спасибо, что поверил. И я тебя не подведу.

Она присела на корточки, глядя сквозь стеклянную толщу. Лабиринт расстилался под ней множеством дорог, сплетением стен-скал, и там не было темно, даже наоборот – как будто сверху светило солнце. Эристо-Вет прищурилась, ей показалось, что посреди черной пустыни зеленеет одинокий островок… И вдруг сердце испуганно сжалось.

Далеко внизу по дороге меж аспидных клыков брели двое, мужчина и женщина.

«Вот и вы, мои голубки», – Эристо-Вет покачала головой.

Все говорило о том, что близок конец ее путешествия. А что ее там ждет – было ведомо лишь Санаулу.

Потом, спохватившись, ийлура снова побежала, легко отталкиваясь от пружинящей поверхности озера. Оставалось нагнать темную жрицу, нырнуть сквозь застывшую стеклом воду… – «Да откуда ты знаешь-то, что придется нырять?» – «Знаю. Чувствую. Иного здесь не нужно».

– И успеть убить ее до того, как будет призвано покрывало Шейниры, – мрачно выдохнула Эристо-Вет.

Она остановилась. Теперь парочка брела почти под ногами, две крошечные букашки посреди вздыбившихся костей мира сего. Эристо-Вет набрала побольше воздуха, зажмурилась и, уже ни о чем не думая, нырнула – головой вниз, так, как будто под ней была самая обычная вода.

…Перезвон. Кто-то водил серебряной ложечкой по хрустальным бокалам.

… Свет. Ни на что непохожий. Наверное, именно таким он видится жемчужине, когда приоткрываются перламутровые створки ее тюрьмы.

…Ласковое, но ледяное прикосновение к коже, как будто скользишь по гладкой льдине.

А затем в лицо ударил раскаленный ветер – и сразу стих, будто испугался чего-то.

Эристо-Вет повертела головой. Зрение и слух быстро возвращались; под ногами – распаренный, исходящий жаром базальт. А сверху на Лабиринт Сумерек гневно смотрело солнце, которого, к слову, здесь быть вообще не могло…

– Великолепно, – буркнула ийлура, – не хватало теперь потерять моих драгоценных ийлуров.

Она хотела стать в тень, отбрасываемую ближайшей скалой, похожей на хищно загнутый коготь, но, приблизившись к каменному исполину, передумала. Камень дышал зноем – впрочем, как и все вокруг.

Эристо-Вет прислушалась. Тишина – и ничего больше. Тишина, растворившаяся в зное…

«Неужели я их потеряла?»

Задыхаясь, ийлура подбежала к краю черного «паруса», высунулась в соседний коридор – никого. Метнулась к другой дороге, за скалой-клыком – тоже пусто. Горло сжалось в отчаянии, и Эристо-Вет, в который раз за этот безумный поход, захотелось сесть и разреветься, словно маленькой девочке.

«Нет, нет», – она принялась усердно грызть ноготь, – «они должны быть где-то поблизости… Разве что я упала не туда, куда хотела… Но как проверить?»

Под ложечкой заныло. Время шло, а она продолжала топтаться на месте, не имея ни малейшего понятия, куда идти дальше.

Но в тот миг, когда Эристо-Вет уже была готова воззвать к Покровителям – кто-нибудь да ответил бы – что-то больно ударило в грудь.

А затем свет померк. Нахлынула тьма, но в последний миг перед глазами Эристо-Вет полыхнуло мятной зеленью.

* * *

Наверное, она пробыла без сознания очень мало. С трудом оторвала голову от горячего камня, перекатилась на бок. Легкие жгло, словно туда набилось не меньше сотни диких пчел. И вдруг…

«Медальон!» – ее мысли ворочались лениво и медленно, словно тяжелые жернова.

Эристо-Вет немеющими пальцами нащупала обрывок цепочки – он серебристой змейкой сполз в ладонь. Медальон, сверкающий на солнце серебряный квадрат, беспомощно лежал в двух шагах и выглядел так, словно его изжевал щер. А за ним —

– Метхе Альбрус, – обреченно выдохнула Эристо-Вет.

Она сжалась в комок. Проклятье, проклятье… Проклятый синх, проклятая ее глупость. Ведь говорила тень Ин-Шатура – избавься от медальона. Но кто мог подумать, что у старого синха достанет умения соорудить такую ловушку? А ведь, если как следует подумать, что мешало ему взять осколок украденного портала, вставить его в серебряный медальон с выгравированным квадратом мироздания и вручить своей ученице – мол, вот тебе частица Молота Фэнтара, носи себе на здоровье… И отнеси меня в Лабиринт Сумерек.