Уроборос. Путь к свободе. - Сергей Николаевич Быков

Непонимание, растерянность, неверие… Вот какие эмоции транслировал мне Головастик дополняя короткими, скупыми словами. Зачем они так, почему? Он тогда разозлился! Сильно! Очень сильно! И устроил локальный армаггедец. Хотел и на Большом-Большом устроить побоище дождавшись ночи, но зелёные быстро уплыли. А бросать Викторию нельзя. Так сказал Хозяин.

На вопрос, почему же он не убил хоб оставшихся на берегу? Головастик некоторое время молчал, транслируя коктейль непонятных эмоций. Задумчивость? Потом признался - хотел. Но сначала надо было собрать хабар! Хабар, Головастик очень точно знает, это святое! Хозяин всегда собирает хабар! А тут его на дно упало богато. Надо рассортировать, оценить, плохое-хорошее… То да сё, пока навалял халявщикам собравшимся в бухте попировать на зелёных, время прошло. Так-то Головастик не прочь чтоб тела хобол съели, но вдруг заодно сожрут полезное, проглотят ценное! Короче вылез вершить справедливость, а хоб сидят у костра… Вспомнил он как и мы, много-много раз сидели также, разговаривали, смотрели в звезное небо... Стало ему грустно отчего-то. Подкрался, пригляделся…

- Они такие. И не такие. Зеленые другие. - тихо булькал Головастик пытаясь донести до меня смысл большой дилеммы когда похожие снаружи, совсем разные внутри. Он это почувствовал. - Головастик не знает. Хорошо сделал. Не хорошо. Не тронул.

- Хорошо малой, хорошо. Всегда надо отличать одно от другого. Возможно, даже осторожно верить встречному, пока он не доказал обратное. Иначе жизнь превратится в тоскливое чёрно-серое пространство где ты одинок и бессмысленен.

- Головастик слушает, - заверил меня - слушает…

- Но не слишком понимает, - ухмыльнулся я - Но ничего, мы ещё много будем говорить об этом.

- Головастик рад, Хозяин.

- Говори о себе - я. Так будет правильно.

- Головастик - я? Я - Головастик!

- Точно…

А потом он продемонстрировал мне собственное богатство. Выудил из нутра четыре бронзовых кинжала. Показал как фехтует сразу всеми. Не очень умело, но с его силой скоростью и реакцией, звиздец как опасно! Однако, надо заняться с юным падаваном этим вопросом серьёзно. И вообще, сразу забурлили милитаристические мысли как вооружить Головастика, если уж он встал на путь искусственного вооружения.

Похвалил искренне. Головастик тут же попытался всучить кинжалы мне, ибо всё его - моё. Решительно отказался. Кинжалы его и только его. Может и попрошу взаймы, но только с возвратом. Кинжалы, сказал, это как твоя бронзулетка. Только твоя и ничья больше. Головастик тут же облил меня довольством, радостью и благодарностью, и извлёк, у него там что внутри, кубометр пространства, живую и здоровую бронзулетку. Бодренькую и чуть подросшую. Ну так Головастик и кормушка хоть куда. Прилипнув к телу она тут же радостно засияла малиновыми всполохами.

С лёгкой грустью вспомнил и я свою. Странное существо полной мерой ответило за доброту и ласку защищая мою руку до последнего. Не знаю, какие украшения навешаю я на Мими, но один, супер шикарный гарнитур, я подберу из бронзулеток точно.

Ещё долго мы разговаривали с Головастиком. О простом и немного сложном, о мире, обо мне, о нём, о том что будем делать, с кем ему придётся познакомиться. Он очень соскучился, я не смог отказать в такой малости как простая беседа, да и не хотел…

Она лежала тихая и печальная. Вода была настолько спокойна и прозрачна, что лучи Голубого Ока легко пробивали тридцати пяти метровую толщу и играли легкими бликами на жемчужной поверхности Виктории Лаки.

"Охранять", эту команду Головастик воспринял буквально. За столько времени на корпусе не появилось даже намёка в виде прилипших организмов типа всяческих морских уточек и звезд, раковин, актиний, ежей… Да что там, даже водорослей не было. Головастик с педантичностью автомата зачищал любое поползновение на собственность Хозяина. Говорить про что-то более крупное смысла вообще не имеет. Лишь мелкие рыбёшки да креветки могли невозбранно тусоваться среди обломков катамарана…

Увы, но моя бело-жемчужная прелесть пострадала намного больше, чем показалось на первый взгляд. Один корпус практически разорван пополам. Обугленные чёрные края сквозной дыры словно тёмная пасть с гнилыми пеньками зубов уродовали белые бока. У второго корпуса одну из стенок, гидродинамическим ударом, вмяло во внутрь практически превратив его в набор щепы. Сломанная мачта вывернулась из креплений заодно разломав помост перемычки. Да и сам помост между корпусами переломился в нескольких местах. Были и другие разрушения. Может не столь масштабные, но неприятные. Рваный такелаж, вывернутые лебедки, отлетевшие детали, отгоревший кусок паруса… Виктория Лаки погибла. Надежда, которую я тайно лелеял, что корабль можно будет восстановить тихо умерла. Даже с моими магическими возможностями, проще построить новый. Меня посетил лютый приступ злобы! Так распалился, ещё чуть-чуть и пузыри бы от меня пошли. Вот какого хера им надо! Почему не сидится на жопе ровно! Я не знаю какая там обстановка на Островах Хобол, возле Великой Суши, но тут, на бесконечных просторах Архипелага жизненного пространства столько, что я даже представить не могу. Адреналин нужен, силушкой богатырской померяться, прокачаться? Милости просим на остров Тяни-Толкай или Ящер. Вот уж где рады будут зелёным ушлёпкам.

Головастик, уловив мою ярость, засуетился, задёргался пытаясь уловить угрозу от которой я так растревожился.

- Спокойно дружок, спокойно… Это внутри, а не снаружи. Сожаление, печаль, ярость от того, что зелёные убили такую красоту. Ты помнишь, какая она была, Головастик, наша Виктория Лаки?

- Головастик помнить, Хозяин, - печально откликнулся он.

- Чтож, - я внутренне вздохнул - давай посмотрим на то, что сохранилось…

Аллилуйя! Водомёты целы! И не только целы, но бодры и готовы к работе. Даже малого количества света падающего на модифицированный пчёлами парус хватало для скромной подпитки техномагических аккумуляторов, которые, в свою очередь, держали в тонусе не только водомёты, но и некоторые другие электроприборы. Слава моей паранойе которая принуждала меня же тянуть резервные и дублирующие электропроводники.

Остался цел и большой туубс. Волшебный сундук, где хранилась львиная доля моих ништяков. Уцелело и несколько меньших сундуков, а также немало хабара просто находившегося внутри катамарана. Что-то разрушилось от удара, что-то сгорело а магическом пламени, подпортилось морской водой, иное выпало, но Головастик собрал всё, до крохи, и стащил в наименее повреждённый корпус. Какой молодец однако. В целом, сохранилось весьма богато. Глядя на изуродованную Викторию, не