В конце времен - Дмитрий Мансуров

— Ничего я не повешусь! — возмутился все еще посмеивающийся Бог. — Я нашлю на тебя команду адвокатов, а сам буду в парке радоваться жизни!

— А мне что делать? — спросила Яга. — Зверски избивать баклуши автоматической взбивалкой?

— Ты будешь наблюдать за нами и смотреть, кто и как приближается к цели.

Бог отсмеялся и залпом выпил из подлетевшего по его мысленному приказу кувшина литра полтора воды, запивая проглоченное варенье.

— Правила такие, — сказал он, обращаясь к Яге, — я своим приказом объявил мораторий на мощную магию, чтобы ни у кого из нас не появилось соблазна применить паранормальные способности для победы — это будет битва умов, а не заклинаний. Будем обходиться собственными знаниями и умениями. И пусть будет так, как написано в договоре.

— Как знаете, — ответила Яга. — А я могу применять заклинания, или придется самой ведра с водой носить по огороду?

— У тебя есть роботы-помощники.

— Всё-то он знает! — съехидничала Яга. — Когда начнем?

— Завтра! — Бог поставил опустевший кувшин на стол. — А договор пусть хранится у тебя, так надежнее будет.

Яга хитро прищурилась.

— А не боишься, что я порву его в случае проигрыша Кащея или тайком начеркаю дикую отсебятину?

В глазах Бога промелькнула озорная искра.

— Стать последним изготовителем поддельных договоров во Вселенной — это звание не для тебя, и ты хорошо это знаешь.

Яга хмыкнула.

— А почему бы и нет? — возразила она. — Очень даже для меня! Буду самой последней и потому самой лучшей!

— Так… — пробормотал Бог. — С вами от скуки точно не умрешь.

— Собираем экипировку и по коням! — сказал Кащей. — До начала соревнования много времени, но перед смертью не надышишься!

— Кто бы говорил? — заметил Бог, беря из глубокой тарелки с понравившимися ему пирожками еще один. — Лично ты надышишься, и еще как! Вот честное слово, Яга, если бы я умел так хорошо готовить, как ты, то не создавал бы Вселенную, а подался бы в повара.

— А когда начало? — спросила Злата.

— Послезавтра в девять утра! Срок действия магии заканчивается чуть-чуть позже! — огласил время и условия соревнования Бог. — Встречаемся здесь же. Если есть желание поколдовать напоследок и в последний раз полюбоваться миром — завтра для этого самое время.

— Стоп! — прервал его Кащей. — А как же мой меч-кладенец? Превратится в обычную железяку?

Бог хитро улыбнулся:

— Будем считать, что он и есть — обычная железяка, только фантастически качественно изготовленная!

Он встал.

— Яга, спасибо за пирожки! Кащей — спасибо за варенье! Спокойной ночи! — и по старой привычке растворился в воздухе.

Кащей молча снял со стены ковер, прицепил к нему антиграв, откланялся и рванул на всех парах в родной замок за любимым боевым арсеналом. Кому как, но разные хитрые и полезные штучки иметь при себе во время соревнования не помешает: мало ли что случится?

Яга положила договор в шкафчик на отдельную свободную полочку, свернутый в рулон листок развернулся, и она в последний раз прочитала единственный пункт договора: «Будь, что будет, и пусть победит лучший».

Две подписи и переливающаяся всеми цветами радуги голографическая печать.

Дверца шкафа с тихим скрипом закрылась.

Замок Кащея с его богатейшим арсеналом боевых и магических средств решили оставить в покое, чтобы ни у кого не возникало соблазна воспользоваться тарелкой с золотой каемочкой и значительно упростить себе поиски. Богом был предложен следующий вариант игры: противники должны отыскать заветный сундук и сломать знаменитую иголку, в старинных сказках символизирующую смерть Кащея, а в нынешнем варианте обозначающую завершение соревнования. Тот, кто первым выполнит вышеописанные требования, станет победителем и получит всё, что хотел, а завоевавший почетное второе место проигравший не будет мешать первому в его делах.

Вариант был выслушан с большим вниманием и одобрен всеми заинтересованными сторонами, включая судейскую комиссию в лице Яги и Златы. Говоря по-простому: на том и порешили.

Бог своим приказом создал страны и города и телепортировался вместе с Кащеем и судейской коллегией в один из них. Заклинание сработало так, что никто из них не имел ни малейшего понятия о том, в какую именно страну их забросило.

Сундук с зайцем, уткой, яйцом и иголкой торжественно поставили в центре зала новенького дворца, находящегося в пустынном еще городе, столице безымянного царства. Пожали друг другу руки в знак одобрения и покинули город, аналогично появлению телепортируясь в избушку Яги.

— А теперь самое главное! — объявил Бог, когда они собрались за столом. Он, как и Кащей, был в новой походной форме. И Кащей, как всегда, не расставался с плащом. — Сундук стоит во дворце, и пока что мы точно знаем, где он находится. До тех пор пока не пройдет триста лет, открыть его никто не сможет, и беспокоиться о том, что кто-то посторонний сломает иголку и испортит нам всю игру, не стоит. Но после этого к сундуку с легкостью подберут ключ.

— А зачем это? — удивилась Злата. — К чему нам посторонние?

— Элемент неожиданности, — пояснил Бог. — Я думаю, так будет захватывающе.

— Если иголку сломает кто-то другой?

— Получит приз зрительских симпатий! — ответил Бог. — Это будет означать, что никто из нас двоих не имеет такой хватки, как он, и потому право создать новую Вселенную будет у него.

— А ты? — удивилась Яга.

— Он определенно решил податься в повара! — усмехнулся Кащей.

— А я уйду на пенсию! — сообщил Бог. — Знаете ли, прогресс невозможен без новых лиц, а я в душе всегда был экспериментатором и готов посмотреть на чужие труды.

— Ага, — улыбнулась Яга, — то все на тебя бочку катили, а теперь пусть и на других отыгрываются?

— Улавливаешь, Яга, улавливаешь! — подмигнул Создатель.

— Минутку! — Яга вопросительно приподняла брови: прежде не было речи о том, что игра протянется больше трех столетий. Кащей удивился не меньше Яги, хотя и сильно сомневался относительно того, что он не сумеет открыть сундук. Как-никак, а меч-кладенец до сих пор являлся самым острым и прочным оружием во Вселенной, и не только потому, что никакого другого оружия больше не было. Миллиарды лет не пошли ему во вред, а только укрепили и еще больше закалили и без того прочный металл. Единственной невозмутимой осталась Злата, быстрее остальных сообразившая, что здесь таится очередной сюрприз.

— Триста лет — это большой срок, — проговорила Яга, скрестив руки на груди и с недовольством оглядев спорщиков. — Кто-то из вас двоих хочет вусмерть наиграться перед уничтожением Вселенной, или есть какой-то секрет, о котором мне до сих пор не соизволили доложить?