Египетская сила - Андрей Белянин

– Благодарю за службу, – буркнул инспектор. – На сегодня вы свободны, отдыхайте. Эти джентльмены сменят вас.

На месте ушедшего полисмена встали двое из тех, что пришли с нами.

Мы же, сняв ленту с печатью, всей разношёрстной группой шагнули внутрь уже знакомого мне зала с египетской выставкой.

– Мальчик мой, включи свет, – тихо попросил мистер Лис. – Итак, джентльмены, предлагаю всем хорошенько оглядеться, после чего мы некоторое время посидим в полной темноте.

Констебли сразу заняли позицию у входа и окон. Могучий жеребец тихонечко пошёл по кругу, обозревая витрины и храня максимально покаянный вид. Инспектор не спеша снял котелок, вытер лоб платочком, шумно высморкался, обошёл все витрины, постучав по стеклу пальцами, и вопросительно обернулся:

– Что ж, признавайтесь, Ренар, вы ведь наверняка что-то задумали.

– Что видите в витринах?

– Ну, это явная латунь. Хотя и весьма хорошей работы. Надо бы проверить и камни?

Мой учитель широко улыбнулся, потом вдруг рявкнул:

– Фрэнсис! Фу-у!!!

Рыжий кебмен в коричневом пальто, с любопытством рассматривающий главный саркофаг, от такого окрика едва не отпрыгнул к дверям.

– Старина, это же музейный экспонат, куда ж ты прёшь с нечищеными копытами?!

Донец ничего не ответил, но сдвинул брови, явно обидевшись. Обычно крайне тактичный Лис словно бы и не заметил этого, вновь повернув голову к инспектору.

– По факту мы имеем дело с классическим преступлением в замкнутом пространстве. Комната, как видите, обладает всего одним входом-выходом. Окна узкие, рамы крепкие плюс внешние решётки, к тому же выставка на втором этаже, а учитывая высоту потолка, я бы исключил саму возможность незаметно пробраться сюда снаружи.

– Но между тем кто-то подменил золотые украшения на латунь.

– Ах, бросьте, как раз это самое простое, – взмахнул хвостом месье Ренар, несколько театрально поклонившись инспектору. – Уверен, вы и сами можете назвать имя преступника.

– Полиция предполагает, что в деле может быть замешан уборщик. Я прав?

– Браво, инспектор! Конечно, вы правы, ведь только уборщики заходят сюда навести порядок. Но как именно они это сделали? Витрины заперты, ключи всегда у сэра Теккерея, стекло очень толстое, а констебль за дверями наверняка бы заметил хоть что-то, поскольку он обязан их обыскивать? К тому же это никак не объясняет наличие страшных звуков, так напугавших бесстрашного сержанта Гавкинса.

– Дьявольщина какая-то получается… – угрюмо подтвердил мистер Хаггерт.

– Наоборот, всё до безобразия просто, – кротко вздохнул мой учитель. – Я охотно объясню, но сначала, Майкл, будь добр, выключи электрический свет. Джентльмены, прошу всех ничего не предпринимать, только слушать.

Я послушно нажал переключатель на стене. Лис встал рядом, тихо шепнув:

– Держись за моей спиной. Когда Фрэнсис бросится наутёк, постарайся не попасть ему под копыта.

– Что, сэр?!

Ответа я не получил, вместо этого потянулись тяжёлые минуты ожидания. В почти полной темноте раздавалось лишь напряжённое мужское дыхание и сопение. Потом в эту скучную симфонию стали вплетаться другие, незнакомые звуки.

На первый взгляд вроде бы ничего особенного, так, какой-то невнятный скрежет, скрип половиц или оконных рам, лёгкий отзвук чьих-то шагов, потустороннее бормотание, отдалённая древняя мелодия на неизвестном инструменте или нечто подобное в этом роде. Да оно, помнится, и в прошлый раз имело место быть, что никак не помешало нам выспаться.

Но вдруг могучий донской жеребец навострил уши, дернулся, попытался прикрыть уши, захрипел и, резко развернувшись, с диким ржанием бросился из зала вон, едва не смяв за дверью двух полисменов. Бешеный стук его копыт гулким эхом раздавался по всему коридору.

– Майкл.

– Пресвятой электрод, а-а… что?!

– Включи свет, Майкл, – тихо попросил меня Лис.

Я послушно щёлкнул включателем.

– Что это было, сэр? – ошеломлённо выдохнул инспектор, обращаясь к моему учителю.

– В смысле?

– Я говорю, что это было, уважаемый сэр? – на тон громче повторил мистер Хаггерт, и к нему присоединились суровые полисмены.

Месье Ренар жестом попросил минуту молчания, аккуратнейше вытащил из ушей две большие ватные пробки и, шагнув вперёд, бесстрашно откинул крышку большого саркофага.

– Джентльмены, позвольте представить вам хитроумного лорда Теккерея – жертву кражи, вора и мошенника по совместительству.

Из саркофага на нас насупленно уставился немолодой мужчина в сером халате уборщика. Его холёное лицо в обрамлении жидких волос и пышных бакенбард было искажено гримасой раздражения и брезгливости, а в руках всё ещё крутилась маленькая музыкальная шкатулка. Издававшая, впрочем, какой-то левый шум и скрежет.

– Лорд Теккерей?

– Инспектор?

– Не ожидал встретить вас здесь. – Слегка поклонившись, глава полиции первым пошёл в атаку: – Не соблаговолите ли сказать, что вы тут делаете?

– Исполняю ваши обязанности! – с отчаянным вызовом откликнулся лорд. – То есть самолично чиню охрану моей же коллекции.

– Вы надеялись задержать грабителя?

– Почему бы и нет? Ведь вы, дорогой Хаггерт, не только профукали принадлежащие мне египетские драгоценности, но даже не нашли ни одного подозреваемого.

– А что у вас в руках, сэр?

– Так, игрушка, – без малейшей тени смущения ответил этот скользкий тип. – Её собрал один известный механик в Германии. Крутишь ручку, и производимые звуки отпугивают животных. Единственная вещица в своём роде!

Инспектор обернулся к Лису. Тот молча кивнул.

– Вот, значит, как пострадал мой сержант Гавкинс, храбрейший парень, беззаветно преданный службе, но он из «близких к природе».

– Что ж, я рассуждал так же, – нагло ухмыльнулся лорд Теккерей. – В конце концов, эти разумные животные получили равные с нами права. Разве не было бы логичным предположить, что кто-либо из них отважится на кражу?

Мистер Хаггерт ещё раз встретился взглядом с моим учителем и продолжил, не позволяя себя сбить:

– Позволю себе уточнить: то есть после совершения кражи и подмены золотых экспонатов латунными вы вдруг решили поиграть в сыщика?

– Инспектор, ваша ирония неуместна.

– А вы не ответили на мой вопрос.

– Ваш вопрос бестактен!

– Прошу простить мою прямолинейность, но спрошу иначе: если вы узнали о краже только вчера и уже сегодня залегли в столь странную засаду, каким образом мой сержант мог пострадать от вашей машинки два дня назад?!

– Я… я не обязан перед вами отчитываться!