Осколки разбитой короны - Раймонд Фейст

Оглянувшись на Джимми, Дэш передал сверток мужчине, а тот вручил его женщине и поклонился братьям.

— Спасибо.

— И как же оказалось, что вражеский солдат ведет вашу семью в Даркмур? — спросил Дэш.

Беглецы жевали хлеб, чуть не плача от благодарности. Проглотив кусок, женщина сказала:

— Когда пришли солдаты, мы спрятались в лесу, и они все забрали. У нас осталось только то, что мы унесли с собой. Потом они со зла сожгли крышу на доме и выломали дверь. Конечно, весь дом-то был — палки да соломенная крыша, но девочки другого никогда и не знали.

Она огляделась, будто опасаясь, что из леса может появиться кто-то опасный.

— Маркин нас нашел, когда мы пытались отстроить дом. В нем никогда ничего особенного не было, но муж мой много лет его достраивал, так что это была не просто хижина. Но солдаты его сожгли, а у нас с девочками не было инструментов.

— Я их нашел, — сказал Маркин. — Им нужна помощь.

— Он пришел и защитил нас. Приходили другие люди, с луками и мечами, но он не дал им забрать ни меня, ни девочек. — Она посмотрела на него с нежностью. — Он теперь мой муж, и девочкам отец хороший.

Джимми вздохнул и повернулся к Дэшу.

— Мы такие истории еще не раз услышим, прежде чем доберемся до места. Почему вы идете в Даркмур? — спросил он женщину.

— Мы слышали, король там и еду там раздают.

Джимми улыбнулся.

— Нет, король уехал, хотя в прошлом году он там был. А еда есть для тех, кто работает.

— Я хорошо работаю, — сказал пришлый солдат.

— Мы можем идти? — спросила женщина.

— Да, — ответил Дэш, давая им знак проходить.

— Вы солдаты? — спросил Маркин.

Джимми усмехнулся.

— Мы стараемся держаться от армии подальше.

— Но вы из благородных. Маркин знает.

— Я его знаю всю свою жизнь, — сказал с усмешкой Дэш, кивая на брата, — и, как правило, благородства в нем ни на грош.

Старый солдат, осмотрев братьев, заметил:

— Если вы хотите выглядеть как простые, получается неправильно. — Он показал на ноги Джимми. — Хоть и грязные, сапоги как у благородного.

Он махнул рукой женщине и девочкам, чтобы двигались дальше, и сам медленно пошел мимо братьев, не сводя с них глаз. Потом он поспешил обогнать свой маленький отряд, чтобы быть впереди на случай всяких неожиданностей.

— Впервые в жизни я пожалел о том, что ботинки у меня удобные, — сказал Дэш.

Джимми глянул на свои ноги и признал:

— Да, хоть мы все и в грязи, но он прав. — Оглядевшись, он добавил: — Еды здесь мало, а удобств еще меньше.

Дэш снова оседлал коня.

— Думаю, когда доберемся до Крондора, мы с тобой будем выглядеть куда менее пристойно.

Джимми тоже сел на коня и сказал:

— Может, нам убраться с проезжей дороги?

— На северную дорогу? — спросил Дэш. Он имел в виду старую дорогу, которой часто пользовался его прежний наниматель Руперт Эйвери, перевозя товары, чтобы избегнуть пошлин на Главной Королевской дороге.

Джимми покачал головой.

— Нет, она почти такая же оживленная, как эта, а в лесах полно дезертиров и бандитов.

— Тогда южнее?

— Да, так мы пойдем медленнее, но вдоль озер хватает тропинок, если только не заберемся слишком глубоко в холмы.

— С тех пор как границы Кеша снова отодвинулись к югу, — сказал Дэш, — отсюда и до их ближайшего гарнизона одна сплошная глушь.

Джимми рассмеялся.

— Какая разница, наткнемся мы на пятьдесят дезертиров из армии змеиной королевы, или на пятьдесят бандитов, или на пятьдесят кешианских наемников… — Он пожал плечами.

Дэш демонстративно поежился под тяжелым плащом.

— Будем надеяться, что кто бы ни бродил в этой глуши, они все сейчас сидят у костров.

Дэш тронул поводья коня и двинулся к югу.

— И зачем мы только это делаем? — спросил он.

— Король приказывает, — ответил Джимми, нагоняя его, — вот мы и повинуемся.

Дэш театрально вздохнул.

— Я так и думал, что ты скажешь что-нибудь в таком духе.

Джимми негромко запел старинную песню:

В Кеше иль на Квега берегах

Мы готовы кровь и жизнь отдать.

Пусть наш путь скрывается в холмах,

Честь велит нам храбро вдаль шагать…

Вдруг в холодном утреннем воздухе раздался резкий треск льда, и братья замерли у самого выезда на большую поляну. Джимми спешился и жестом велел Дэшу двигаться на юг вдоль края поляны, а сам повернул к северу.

Дэш шел сквозь редеющие деревья, окаймляющие выгоревшие фермы. Звук стал громче — кто-то настойчиво стучал по льду. Наконец он увидел в отдалении человека.

Тощий незнакомец присел у замерзшего пруда в сотне ярдов от Дэша и колотил по льду камнем. Камень ритмично двигался вверх-вниз, и Дэша невольно заворожило это зрелище.

Самого незнакомца Дэш детально разглядеть не мог, но одет тот был в какое-то рванье. Возможно, на нем и была обувь, но видно было только тряпье, обвязанное вокруг ног для тепла.

Заметив движение между деревьев за прудом, Дэш понял, что это Джимми, и стал ждать.

Джимми медленно вышел из леса, а незнакомец с неожиданной скоростью вскочил на ноги и пустился бежать прочь.

— Подожди! — закричал Джимми. — Я не причиню тебе вреда!

Дэш осторожно вынул меч, стараясь, чтобы бегущий в его сторону оборванец не заметил за деревьями движения. Когда тот достиг первой линии деревьев, Дэш шагнул вперед и поставил ему подножку.

Оборванец повалился на землю кучей тряпья, но быстро перевернулся и отполз назад.

— Не убивайте меня! — крикнул он.

Дэш придвинулся ближе, почти уткнув острие меча ему в лицо. Джимми подбежал к ним, тяжело дыша.

— Мы тебя не обидим, — сказал Дэш. Чтобы доказать свои добрые намерения, он тут же убрал меч. — Вставай.

Незнакомец медленно поднялся. Джимми наклонился вперед, упершись руками в колени.

— А он быстро бегает.

Дэш ухмыльнулся.

— Еще бы миля-другая, и ты бы его догнал. С выносливостью у тебя всегда было лучше, чем со скоростью. — Повернувшись к человеку на земле, он требовательно спросил: — Кто ты такой и что ты тут делал?

Человек медленно поднялся, явно готовясь рвануться прочь при малейшей опасности, и сказал:

— Меня зовут Малар Энарес, молодые господа.