Крещендо - Бекка Фицпатрик

Я остановила на ней холодный взгляд.

— Для человека, который постоянно демонстрирует, насколько его жизнь отличается от жизни других, простых смертных, ты слишком сильно интересуешься подробностями нашей никчемной и лишенной всякого смысла жизни.

Улыбка Марси исчезла.

— Мне бы не пришлось этого делать, если бы вы все не мешались постоянно у меня под ногами!

— У тебя под ногами? Эта школа тебе не принадлежит.

— Не смей со мной так разговаривать! — У Марси даже голова затряслась от злости. — А лучше вообще со мной не разговаривай!

Я подняла руки:

— Нет проблем.

— И давай-ка, двигай отсюда!

Я окинула взглядом свое место: нет, она, конечно, не имеет в виду…

— Я первая пришла.

Передразнивая меня, Марси подняла ладони вверх:

— Не мои проблемы, милочка.

— Я не собираюсь пересаживаться.

— А я не собираюсь сидеть с тобой!

— Очень рада слышать.

— Проваливай! — скомандовала Марси.

— Нет.

Звонок вынудил нас закончить перебранку. Мы оглянулись по сторонам, и я поморщилась, увидев, что все остальные места заняты.

Мистер Лоукс появился справа от меня в проходе между рядами столов, помахивая листом бумаги.

— У меня тут схема класса, — сказал он. — Каждый прямоугольник соответствует столу в классе. Напишите свое имя в соответствующем прямоугольнике и передайте лист дальше. — Он шлепнул схему на стол прямо передо мной. — Надеюсь, вам нравятся ваши соседи по парте, — добавил он. — Вам предстоит провести с ними восемь недель.

После занятий мы с Ви поехали в бистро «Энцо», наше любимое место, где можно перехватить мокко со льдом или с теплым молоком в зависимости от сезона. Я подставила лицо солнечным лучам, пока мы шли через парковку. И вдруг увидела его. Белый «фольксваген»-кабриолет с запиской «Продается за 1000 долларов» под стеклом.

— У тебя слюна течет, — сказала Ви, закрывая мой рот ладонью.

— У тебя случайно нет тысячи долларов в долг?

— У меня нет и пяти долларов в долг. Моей свинье-копилке официально диагностировали анорексию.

Я с вожделением взглянула в сторону кабриолета.

— Мне нужны деньги. Мне нужна работа.

Я закрыла глаза, представляя себя за рулем этой машины, крыша опущена, ветер развевает мои кудри. С кабриолетом мне никогда не придется просить кого-то подвезти меня. Я смогу отправиться туда, куда захочу и когда захочу.

— Ага. Только если ты найдешь работу, тебе придется действительно работать. И, кстати, неужели ты правда хочешь пропустить все лето, занимаясь низкооплачиваемым неквалифицированным трудом? Это же можно рехнуться!

Я порылась в рюкзаке в поисках клочка бумаги и записала номер, указанный на объявлении. Может быть, удастся сторговаться с хозяином на пару сотен. Тем временем в свой список вечерних дел я добавила поиск работы с неполной занятостью по газете объявлений. Да, работа означала недолгие разлуки с Патчем, но она давала надежду вновь обзавестись личным транспортом. При всей моей любви к Патчу, он всегда был так занят… чем-то. Поэтому на него нельзя было рассчитывать в полной мере, когда нужно было меня куда-то подкинуть.

В «Энцо» мы с Ви заказали по мокко со льдом и по острому салату с орехами пекан и плюхнулись с едой за столик. За последние несколько недель «Энцо» подвергся широкомасштабной переделке, пытаясь соответствовать скоростям двадцать первого века, и в Колдуотере появилось собственное интернет-кафе. Учитывая то, что моему домашнему компьютеру было шесть лет, я весьма радовалась этому.

— Не знаю как ты, а я готова к каникулам, — сообщила Ви, поднимая темные очки на волосы. — Восемь недель испанского. Это больше дней, чем мне хочется думать. Нам нужно отвлечься. Нам нужно что-то, что освободит наши умы от бесконечного напряжения — и к черту первоклассное образование, которое нам обещают. Нам нужен шопинг! Жди нас, Портленд! В Macy’s большая распродажа. Мне нужны туфли, мне нужны платья, и мне нужны новые духи!

— Ты только что купила целую кучу новой одежды. На двести долларов. Твою маму удар хватит, когда ей придет распечатка по карте.

— Ага, но мне нужен парень. А чтобы завести парня, нужно хорошо выглядеть. И хорошо пахнуть.

Кусочек груши упал с моей вилки.

— Ты имеешь в виду кого-то конкретного?

— Собственно говоря, да.

— Только поклянись, что это не Скотт Парнелл.

— Скотт… кто?

Я улыбнулась:

— Все, теперь я спокойна.

— Я не знаю никаких Скоттов Парнеллов, но парень, на которого я положила глаз, очень привлекательный. Исключительно из ряда вон привлекательный. Привлекательнее «самого-привлекательного-на-свете-Патча», — тут она запнулась, а потом продолжила: — Ну, может, не настолько. Никто не может быть настолько привлекательным. Честно, я настроена очень серьезно. Пан или пропал.

Я открыла рот, но Ви опередила меня.

— Ох, — сказала она, нахмурившись. — Я знаю этот взгляд. Сейчас ты скажешь, что у тебя на сегодня другие планы.

— Возвращаясь к Скотту Парнеллу. Он жил здесь, когда мне было пять.

Ви выглядела так, будто мучительно пытается вспомнить хоть что-то.

— Он часто пѝсался в штаны, — с готовностью подсказала я.

Ее глаза вспыхнули воспоминанием:

— Скотти-мокрые-штанишки?!

— Он переезжает назад в Колдуотер. Моя мама пригласила его сегодня на ужин.

— Понятно, к чему все идет, — сказала Ви, глубокомысленно кивая. — Это называется «судьбоносное свидание». Когда пересекаются жизни двух потенциальных любовных партнеров. Помнишь, как Деси случайно вошла в мужскую уборную и застала Эрнесто над писсуаром?

Вилка замерла на полпути от тарелки к моему рту.

— Что?

— Это было в фильме «Корасон», испанской мыльной опере. Ты не смотрела? Неважно. Твоя мама хочет свести тебя с Скотти-мокрые-штанишки. И побыстрее.

— Нет, не хочет. Она знает, что я встречаюсь с Патчем.

— То, что она знает об этом, отнюдь не значит, что ей это нравится. Твоя мама готова потратить немало времени и сил на то, чтобы в уравнении «Нора + Патч = Любовь» заменить переменную «Патч» на переменную «Скотт-мок-рые штанишки». И что такого? Может Скотти-мокрые-штанишки превратился за это время в Скотти-снимай-шта-нишки. Ты о об этом не думала?

Я не думала и даже не собиралась. У меня был Патч и горячее желание, чтобы все оставалось как есть.

— Может, поговорим о чем-нибудь другом? — предложила я, пока в голову Ви не пришли уж совсем дикие идеи. — Например, о том, что моей соседкой по парте на химии стала Марси Миллар.