Прячься, девочка, он уже здесь… - Василий Гавриленко

— Ребята, — хрипло проговорила Соня, Алекс и братья вздрогнули. — Мне тоже надо вам кое-что рассказать.

И она, удивляясь самой себе, пересказала недавний кошмар своим новым друзьям, хотя была знакома с ними всего ничего.

— Мне все время кажется, что это был не сон, — Соня поежилась, вспомнив бледное женское лицо, окаймленное зелеными волосами, и голос, говорящий: «Добро пожаловать домой».

— Как? — выдохнул Вилли.

— Я за дверью нашла зеленую лужицу слизи.

Подул ветерок, ребята невольно съежились. Они уже отошли от школы на приличное расстояние и теперь стояли посреди пустой широкой улицы. Только черная собака щурилась на них, мирно лежа в траве у обочины.

— Жук говорил, — сказал Ник, — в озере живет Мисош!

Его брат хмыкнул:

— Мисош! Да этим Мисошем только малышню пугать. Вуди Рот говорит, что на озере Сумрачного Карпа действуют сатанисты.

Соня слушала, не совсем понимая, о чем это они, но одно ей было совершенно ясно: хорошего мало.

— Честно говоря, — сказал Алекс, — я больше доверяю Жуку, чем этому Роту.

— Даже такой тюфяк, как Вилли, признает, что Вуди — трепло, — сурово процедил Ник.

— За тюфяка ответишь! — выкрикнул Вилли.

Назревала гроза.

— Вы еще подеритесь, — недовольно сказал Алекс.

Урки примолкли, сопя, словно молодые мустанги. Ветер, усилившись, всколыхнул волосы школьников. Потемнело, словно солнце вдруг выпило нефти. И тут раздался вой, как будто кто-то тер без перерыва наждачной бумагой по зеркалу. Это выл черный пес на обочине дороги, выл, не задирая вверх головы, как это делают другие собаки, и при этом смотрел на ребят.

— Бешеная псина, — испуганно промолвил Алекс, и ватага со всех ног понеслась обратно к школе.

Они влетели в пустой холл, Алекс захлопнул дверь и прижался к ней спиной.

— В — видели? — заикаясь, выдохнул Ник. — Она прямо на меня смотрела!

— Глаза красные, — вторил ему Алекс, шумно дыша.

— А может, вы зря испугались? — ехидно спросил Вилли. — Не слыхали, как собаки воют?

— Можно подумать, ты не перетрусил! — усмехнулся Ник. — Бежал впереди всех, только пятки сверкали.

— Ничего я не перетрусил! — обиделся Вилли. — Все побежали, ну и я. Я не виноват, что быстрее вас бегаю.

— Вот и не выступай, раз ты не виноват, — отрезал Ник. Он наклонился к Соне и шепнул ей на ухо: «Вилли всегда выпендривается». Алекс заметил это и слегка нахмурился.

— Ребята, не переименовать ли нам наше Братство?

— Как это? — нахмурился Вилли.

— Ну, например… — Тимпов сделал вид, что глубоко задумался. — Например: «Братство против нежити».

— Глупо, — вынес суровый приговор Вилли. — «Братство против нежити». Прямо как дети.

Алекс покраснел и засопел, сверкая глазами. Соня была уверена, что если бы он не прижимал дверь спиной, то кинулся бы на в драку, поэтому поспешила сказать:

— А мне нравится. Вилли, мы ведь и правда еще дети.

Урк хмыкнул и пожал плечами, он-то считал себя взрослым с годовалого возраста.

— Соня, а как ты пойдешь домой? — тревожно спросил Ник. — Нам-то близко, а тебе?

Соня не успела ничего ответить: по пустой школе гулко раздались шаги. И отступать было некуда: за дверью вполне мог притаиться черный пес.

— Наверно, это Термос, — прошептал Алекс, бледнея.

Перспектива встречи с директором была страшнее, чем воющая красноглазая собака, и школьники уже хотели открыть дверь и выскочить на улицу, как с лестницы раздалось:

— Эй, Братство!.

Это был не Термос. К ребятам подошел, стуча по кафельному полу толстыми подошвами, тот самый парень, что так невежливо общался с Филом Маршалом на пороге школы.

— Жук! — обрадованно воскликнул Алекс. — Привет.

Он протянул Жуку руку и тот милостиво ее пожал. Было заметно, что Тимпов теперь не будет мыть руки, по меньшей мере, неделю.

— Здорово, Урки, — Жук повернулся к братьям. Те с нескрываемым восторгом приветствовали его и тоже были польщены, когда парень пожал их вспотевшие ладони.

— А это кто? — Жук посмотрел на Соню светлыми холодными глазами. — И где Белка?

— Белка болеет, — сообщил Алекс. — А это — Соня Маршал. Она живет в доме Сумрачного Карпа.

Жук сморщился, словно у него заболел зуб.

— Вот как! Значит, это по вашей милости проснулось зло?

— Что это значит? — удивилась Соня.

— Мисош, — непонятно пояснил Жук.

— Кто такой этот Мисош?

В дверь постучали. Алекс держал ее, напрягшись; лицо его налилось кровью.

— Что за чепуха? — удивился Жук. — Зачем ты держишь дверь? Открой.

— Там пес, — прохрипел Алекс. В дверь давили с нарастающей силой.

— Какой еще пес? — недовольно спросил Жук. — Открывай!

Алекс отскочил от двери. Она распахнулась, ветер ворвался в школу. Пса не было, а была воронка из воздуха, маленький смерч. Ребята замерли. Воздух в воронке начал сгущаться, зеленеть, и вдруг вместо нее возникло человеческое лицо, которое Соня узнала бы из миллиона: зеленоволосая упырья.

Голова девочки закружилась, она вновь услышала кривляющийся голос: «Добро пожаловать домой».

— Сгинь! — страшно прошептал Жук и, подавшись вперед, швырнул в призрака попавшимся под руку предметом — небольшой пластиковой урной. Урна пролетела сквозь призрак и разбилась на куски. Наваждение исчезло…

«Братство против нежити» еще приходило в себя после столкновения с этой самой нежитью, а Жук уже как ни в чем не бывало насвистывал «Кармен».

— Что это было? — спросил Алекс, безуспешно пытаясь унять дрожь.

— Расслабься, — весело сказал Жук. — Это посланец Хранителя. Мы все теперь его злейшие враги, потому что угрожаем Мисошу.

От этой новости «Братству против нежити» стало не по себе.

— Чем это мы ему угрожаем? — мертвым голосом проговорил Вилли.

— А хотя бы тем, что дружите с ней, — Жук кивнул в сторону Сони. — Но не грузитесь грустью, жизнь прекрасна.

Он и вправду ничего не боялся.

— Соня рассказала нам кое-что, — вспомнил Алекс.

Черный парень мигом посерьезнел:

— А ну-ка…

Пришлось Соне снова рассказывать историю с зелеными волосами. Жук внимательно слушал, изредка кивая головой и шикая на влезающего с комментариями Вилли.