В унисон - Акулина

– Я просто хотела прогуляться, – всё же ответила она, а Эмин вдруг кивнул Батталу:

– Ступай, ты здесь больше не пригодишься!

– Но Джальфар…

– Господину скажешь, что Амина со мной.

Баттал ещё раз низко склонился, спрятав недовольство в этом почтительном движении, и отошёл от них. Торопливо он направился в замок – похоже, он намеревался найти своего господина…

– Вы знаете, как меня зовут? – удивлённо уточнила Амина.

– Здесь это все знают.

– А зачем? – насторожилась она. – Зачем здесь всем знать моё имя?

– Как же… Ведь вы тут – госпожа, – Эмин чуть наклонил голову, и Амина не сумела понять, что увидела в странном взоре, быстро скользнувшем по ней: досаду или же усмешку… – Если и не прямо сейчас, то скоро точно станете полноправной хозяйкой и госпожой, так что все обязаны знать ваше имя.

– А почему… как вы можете мне такое говорить? Если вы – разумный… – она не произнесла: «человек», потому что очень в этом сомневалась, – то вы должны понимать, что меня сюда… привезли не добровольно. Вы, наверное, об этом знаете, если знаете, кто я, и Джальфар – ваш друг. А раз всё это делается не добровольно с моей стороны, тогда нет никакой причины вам быть уверенным в том, что я когда-нибудь стану тут госпожой. Я вообще не знаю, что я здесь делаю! – вдруг воскликнула Амина, не удержавшись. В глазах её мелькнули слёзы, но тут же пропали: она сразу взяла себя в руки.

Эмин посмотрел на неё долгим пронзительным взглядом. Казалось, он хотел найти в её лице отклик на какие-то свои мысли. Впрочем, неизвестно, что именно он подумал о сказанных ею словах, потому что на них он так ничего и не ответил. Он просто вдруг протянул ей руку.

– Знаете что… – сказал он. – Пойдёмте прогуляемся, как вы хотите: за ворота.

– А можно? – недоверчиво спросила Амина: после всех разговоров со слугами она была уверена, что ей здесь никто ничего не позволит.

– Со мной вы можете ни о чём не беспокоиться! – вежливо ответил он. И видя, что Амина всё же не желает браться за его руку, тут же опустил её. – Пойдёмте!

Она двинулась за ним – Эмин решительно направился к стражникам. Те, увидев жест господина, поторопились отворить ворота, и Амина, наконец, вышла наружу, за территорию замка.

Здесь дышалось гораздо легче, гораздо! Как будто территория вампирского замка душила, не имея в своём пространстве воздуха, а тут была свежесть мира. «Наверное, там много боли и страданий, – со скорбью подумала она. – Все те люди, которые слуги, – они, наверное, здесь также не по своей воле и не могут уйти…».

– Пройдёмте немного дальше, хорошо? – вдруг мягко предложил Эмин, будто прочёл её мысли, и повёл её через мост, нависший надо рвом. – Здесь свежее, легче… Вы ведь любите простор, верно? Вам станет спокойнее, наберётесь сил…

Она с подозрением посмотрела на него.

– На что вы намекаете? А вы, вообще, кто сами?

Эмин немного напрягся.

– Я вас чем-то обидел?

Амина опешила.

– Нет, но вы так говорите… как будто имеете в виду что-то… конкретное. Такие странные слова, а я ведь не кто-то особый, а…

Она опять хотела сказать: «человек», но снова удержалась. «Это Джальфар знает, что я человек. А в том, кто ещё из остальных, живущих здесь, это ведает, я не могу быть уверена, – решила она. – Вдруг, если Эмин тоже вампир – а это, скорее всего, так и есть, – когда я скажу, что я – человек, он меня уничтожит?..». Подумав это, она тут же перебила сама себя: «Ну как же они не знают… Наверняка, все вампиры могут видеть чуть больше, чем люди…».

– Вы хотели сказать: «человек»? – видя, что она не решается что-то произнести, перебил он её размышления, и Амина резко посмотрела в ответ. – Я просто имел в виду, что вокруг вас такая красивая звездная аура, что вам, должно быть, очень тяжело находиться в замке вампира. Там везде люди, которые… скажем так, не совсем довольны своей жизнью, но смирились с ней…

– Смирились с ней?.. – глухо повторила она. Амине сразу жутко захотелось плакать, и она вдруг воскликнула, – а вы знаете, что такое боль? Что такое страх? Вы знаете, что такое смирение, когда нет возможности бороться, когда ты вынужден только следовать пути, который начертил для тебя кто-то другой?..

– Простите, Амина! – Эмин внезапно обхватил её руками и прижал к себе. – Я не собирался так говорить с вами, я не хотел вас расстраивать.

Она собралась, было, отпрянуть и воскликнуть: «Что вы делаете?!», – но ей вдруг стало так… тепло и странно – она как будто тут же забыла свою боль от мыслей о страдании, как будто мягкое забвение окутало её, – что Амина задержалась в его руках.

– Всё, отпустите, – прошептала она вскоре, но Эмин ещё недолго прижимал её голову к своей груди.

Когда его объятия чуть ослабли, она быстро отодвинулась от него.

– Вы поможете мне отсюда уйти? – резко посмотрела Амина ему прямо в глаза. Вампир взора не отвёл, но ответ её разочаровал.

– Я не могу. Не сейчас.

– Почему?

– Разве вы не знаете, почему вы здесь? Джальфар считает вас своей возлюбленной, её реинкарнацией, – почему-то усмехнулся Эмин, и в его взоре, показалось Амине, на миг мелькнуло нечто странное – какое-то довольство.

– И что?

– Он привёл вас сюда, потому что вы ему нужны. Так что придётся повременить: Джальфар ведь должен отказаться от мысли, что вы – его возлюбленная, правда? Или же вы должны остаться с ним как его вечная любовь.

Эмин внимательно следил за её лицом, на котором проявились страх и неприязнь.

– Невозможно. Он точно ошибается!

– Что ж, тогда вам стоит набраться терпения, чтобы Джальфар тоже это понял, – мягко ответил он, но его чёрные глаза были строгими, настороженными.

«Что ж… – мысленно повторила Амина. – Терпение я попробую найти. Но лучше было бы сбежать…».

– К сожалению, от меня сбежать не получится, – взгляд вампира на миг стал до странности многозначительным, но тут же обрёл свою обычную сдержанность. – Конечно, я мог бы сопроводить вас в лес, но, думаю, и с этим стоит повременить – сейчас нужно вернуться в замок. Наверняка, Джальфар вскоре будет вас искать. А вам же нужно с ним встречаться и разговаривать, чтобы он понял, что ошибался…

Слова его тоже показались насторожившейся Амине слишком странными и многозначными, а интонация – опять какой-то насмешливой. Но относилась ли эта насмешка к ней самой или же к чему-то иному, Амина так и не поняла. Впрочем, она постаралась сейчас не думать о своих ощущениях и послушно отправилась за ним обратно.

Но на мосту она вдруг остановилась.

«Я не хочу туда идти!.. – тоскливо воскликнула она внутри себя. – Там больно и страшно, в этом замке. Там нет простора, нечем дышать!.. И я боюсь».