Нелюбовь - Бернад

Офис уже не шумел, как улей, а тихонечко шипел в предвкушении «великого исхода» или сброса балласта, это чтобы Корпорация, как воздушный шар в небо взмывала, видимо. В результате проведенной аттестации, все рядовые сотрудники получили свои оценки от «А» до «E». Те, кто получили по «Е» балу вылетали из Корпорации автоматически, у кого была оценка «D» оставались под вопросом. Под таким вопросом оказался и Тимур. Игнат предполагал, что сам будет оценивать своих сотрудников, но в последний момент Шефиня легким движением руки перетасовала все карты, и юристов оценивал первый зам, а Игнату была предложена почетная миссия — оценить кадры финансового отдела.

— Итак, Игнат Касьянович, кто из Вашего отдела покинет нас? — спросила Шефиня.

— Вернадская София Кирилловна — ответил Игнат.

Девушка Соня казалась ему глуповатой, к тому же у нее была оценка «D».

Любовь посмотрела на результаты аттестации.

— Да, оценка невысокая. У девушки еще мало опыта. Следует дать ей шанс. А вот Тимур Аронов, при таком солидном стаже, и такой результат говорит, о нежелании расти и развиваться. Вы не считаете, логичнее убрать его?

— Но, Любовь Платоновна, Соня девушка свободная, живет с родителями. А Тимур — глава семьи, у него ипотека и сын.

Шефиня подняла на него свои синие глаза и одарила ледяным взором.

— Это непрофессиональный подход к делу. Ипотека здесь ни при чем. Мы рассматриваем деловые качества сотрудников, перспективы их роста и развития. Здесь — она поставила свой палец с красивым маникюром на личное дело Тимура — я не вижу перспектив, извините меня.

— Но, София — девушка, и возможно уйдет в декрет — подошел Игнат с другой стороны к вопросу — а нам это не выгодно.

— А это уже мужской шовинизм и дискредитация по половому признаку. Последнее слово за мной, поэтому Тимур Алексеевич подлежит увольнению — заявила она твердо и добавила уже более мягким голосом — я, конечно, понимаю он Ваш друг, но мы дадим ему хорошую характеристику и со временем он сможет найти новую работу.

Игнат был раздавлен морально, он хотел написать заявление на увольнение и пусть она подавится, стерва. Но мысль о долгах и жене, вернула его на землю, и он смирился…

— Вот, как значит, ты с другом поступил? — говорил Тимур, собирая свои личные вещи в коробку.

— Тим, пойми, это было не мое решение. И оценивал вас первый зам, и последнее слово было за Шефиней. Давай не будем ссориться.

— А давай не будем… общаться. Все, кончилась наша дружба. Только учти, Игнат, она тебя прожует и выплюнет — сказал Тимур на прощание.

«Понятно, что он обиделся. Но я ведь не виноват. Надеюсь, все у него будет хорошо, и мы со временем помиримся. Ведь и раньше ругались, бывало» — подумал Игнат.

Из раздумий его вывел телефонный звонок.

— Да, моя дорогая?

«Игнатик, мы с мамой прилетаем сегодня ночью. Ты встретишь меня в аэропорту?»

— Да, конечно — пообещал Игнат.

Рабочий день подходил к концу. Хотя в последнее время они часто работали сверхурочно, разрабатывая новые креативные идеи для Шефини. В дверь его кабинета заглянула Раиса Викторовна.

— Игнат Касьянович, идемте к Шефине.

— Что опять, совещание? — устало поинтересовался Игнат, подумал, что зря пообещал встретить жену, вдруг совещание затянется.

— Нет, на этот раз просто фуршет.

— Это, что-то новенькое — пробурчал Игнат и поплелся вслед за Раисой.

В кабинете Шефини стол уставлен закусками, шампанское, фрукты. Фидель и секретарша обслуживали, разливали по фужерам игристое вино. Начальники отделов и замы толпились возле Любови Платоновны.

— А вот и наши герои — Раиса Викторовна и Игнат Касьянович — произнесла Шефиня, и все почтительно расступились.

— Проект «чистка кадров» успешно завершен. Поздравляю, коллеги!

В руках у Игната оказался фужер, все хотели чокнуться с ним, Игнат отпил один глоток, пить совсем не хотелось, и потом он ведь за рулем, нужно встретить жену и тещу, интересно, насколько растянется это «мероприятие», тоже мне, нашли что праздновать, оставили людей без работы и радуемся. Пир во время чумы.

— Что-то Вы, Игнат Касьянович, совсем не пьете? Не нравится вино? — голос Любови Платоновны вывел его из печальных размышлений.

— Вино хорошее, но я за рулем — ответил он, улыбнувшись.

Щеки начальницы порозовели, глаза выдавали небольшую степень опьянения, пьяная улыбка блуждала на губах.

— А вот я не удержалась, выпила, и даже очень неприлично много, теперь не смогу сесть за руль… Прикинь… И водителя отпустила. Не хочется его дергать. Послушай, Игнат, а может, ты как трезвый водитель доставишь домой своего руководителя, а? — она говорила тихо, почти ему на ухо, и то, что она перешла на ты, удивило Игната.