Хозяйка старой усадьбы - Элен Скор

Странно, но моя прежняя жизнь словно подёрнулась туманной дымкой, в которой поутру увязали копыта нашей лошадки. Словно я спала, и видела красочный сон, а сейчас резко проснулась.

Самым ярким пятном в нём была бабуля Анна и подруга Юлька. Как так случилось, что  многого  добившись в жизни в плане бизнеса и материального благополучия, я больше ничего не достигла. Не завела ни ребёнка, ни котёнка. Всё думала, что у меня впереди вся жизнь, ан нет, вон как повернулось.

Муж… почему то я была практически уверена, что именно Андрей поспособствовал моему падению в реку, а если это действительно так, то ему сильно не поздоровится! Юлька ни за что не поверит, что я решила уйти из жизни таким образом. А значит, она вцепится в моего муженька железной хваткой, словно ротвейлер, не оторвёшь.

Зная её методы работы, на сто процентов уверена, что у подруги уже собрана в папочку вся подноготная Андрея, времени у неё на это был целый месяц, с тех пор, как я рассказала о его измене. Мне не говорила, чтоб ещё больше не волновать, но я видела, как она тайком прячет что-то, стоит мне только оказаться поблизости. Подруга щадила мои нервы.

А если это так, то муженёк реально попал! Юлька со своими связями его похоронит, откопает и ещё раз похоронит! Впрочем, он сам выбрал свою судьбу.

А какова моя судьба? Что ждёт меня в этом новом, совершенно незнакомом мире? Почему-то именно сейчас  поняла, что всё это реально. Поскрипывающая, грозящая рассыпаться прямо на дороге повозка, гордо именуемая нянюшкой каретой, и сама нянюшка, спящая на соседней лавке, и поднимающееся над полем солнце, краешек которого я видела со своего места в оконце. Вот прямо сейчас весь этот мир, он принял меня, признал своей.

Пересела ближе к дверце, полностью отдёргивая выцветшую, ветхую занавеску, закрывающую окно. Стекла, конечно же, не было и в лицо подул прохладный ветерок. Но ярко жёлтый диск солнца, поднимающийся все выше в небеса, обещал жаркий день.

Мы ехали по грунтовой дороге и позади кареты поднималась серой дымкой пыль. Луга, простирающиеся до самого горизонта, радовали глаз молодой зеленью.  Иногда встречались небольшие рощицы. На деревьях только проклюнулись почки и ветки были похожи на ажурные кружева. Сама не заметила, как начала улыбаться.

За всеми своими мыслями не заметила, как проснулась нянюшка и теперь задумчиво смотрела на меня. Она как-то изменилась, плечи расправились, спина стала ровнее, а с лица исчезло придурковатое добродушие - взгляд стал уверенным и серьёзным. Да и сама, она словно несколько годков скинула. Интересные метаморфозы, что бы там они не означали.

- Нравится?

Она подвинулась ближе к окошку.

- Очень!

Не стала я кривить душой.

- Эти земли  всегда принадлежали роду Снежных, а теперь ты их хозяйка. И только в твоих силах возродить их былое величие.

В её словах чувствовалась какая-то горечь и обречённость. Словно женщина не верила, что мне это по силам.

За окошком показались кособокие домики, крытые соломой. Босоногие дети, одетые в старенькую, латаную-перелатаную одежонку, копошились прямо у дороги. Они побежали за нашей повозкой, подбадривая друг друга криками.

- А где взрослые? - вырвалось у меня.

Кроме детей в деревне никого не было видно.

-  В лугах все, оставшуюся скотину на выпас погнали.  Да и мало после войны взрослых осталось, бабы одни.  И то, у кого была возможность, уехали к родственникам или в город подались в поисках лучшей доли. Голодно здесь стало без хозяина.

- Как без хозяина? А чья это деревня?

Нянюшка недобро ухмыльнулась, я не узнавала в ней ту добродушную наседку, квохчущую над «своей деточкой»