Песнь для Близнецов - Евгения Белякова

«Терпеть не могу Тео, – мысленно забубнил Дерек, направляясь к Башне. – Вечно она что-то скрывает. Терпеть ее не могу, надоела хуже горькой редьки…»

Он усмехнулся, а затем попробовал вытащить наружу все свое раздражение, всю усталость и недовольство – неважно чем, картошкой, которая в сердцевине оказалась гнилой, холодом, поганым Кендриком – и перенаправить на напарницу.

«Умалчивает… помыкает… командует… мнит о себе… – Он вбивал эти мысли в себя в ритме шагов. – А мне надоело быть на вторых ролях… Мне хочется иметь вес… служить. И чтобы мне служили. Ценили. А не топтали… Терпеть не могу Тео…».

Он открыл высокую створку и зашел внутрь, в теплый воздух, пахнущий жимолостью. Кого-то из магичек, видимо, выводил из себя влажный, затхлый запах, висящий тут все время, вот и расстарались. Или это Дерни, морщивший нос каждый раз, как приходил сюда.

«Терпеть не могу…»

– О, Мальти. – Хмуро поприветствовал Белого Дерек, завидев его сидящим в первом зале в окружении Серой и Черного. Дерек сначала заметил характерную энергию, и только потом понял, что эти двое – Хелена и Деодред. – Я заходил раньше, хотел рассказать, как все прошло с приказами…

– И как?

– Хорошо, но вообще-то…

– Потом. – Отрезал Белый.

Дерек слегка скривился – ему даже притворяться не пришлось. Старик чуть задержал на нем взгляд, кивнул на стул у дальнего конца стола и вполголоса продолжил давать указания магам.

«Хелена и Деодред. Интересно…», – подумал Дерек и послушно присел, куда указали.

Когда Черные, получив приказы от Мальти, повернулись, чтоб уйти, Дерек поймал взгляд Хелены и усмехнулся. Та, снедаемая любопытством, подошла к магу.

– И чего ты так улыбаешься, – поинтересовалась она, – есть чему?

– А я думал, Мальти мне тебя в пару предложил, – не спуская усмешку с лица, сказал Дерек.

Хелена была довольно… своеобразной магичкой. Слегка не в себе, как все Серые; но если Тео, по мнению Дерека, была просто малопредсказуема, то Хелену вполне можно было назвать почти безумной. У нее были разные глаза – один зеленый, другой черный, и густые пепельные волосы, которые она коротко стригла. Дерек пересекался с ней пару раз в Лионе – на тех Проколах, к которым не могла (или не успевала) прибыть Тео. Хелена, как и напарница Дерека, была в свое время воспитанницей Ольсена, однако, насколько маг был в курсе, то ли отказалась от его наставничества, то ли Ольсен сам ее выгнал. Словом, не сошлись – а почему, кто его знает. Если б Дереку предложили на выбор – работать в паре с дикой горной кошкой, либо Хеленой, он выбрал бы милое, миролюбивое животное. Но раз Мальти намекал ему на эту Серую, как на возможную пару, следовало «навести мосты». А то уйдет к Деодреду, и поминай как звали.

– А ты бы хотел меня… в пару? – криво улыбаясь, спросила Хелена.

– Ты же знаешь, мы, Черные – без вас как без головы, – ушел от прямого ответа Дерек. – Я, конечно, понимаю, что Деодред тоже остался без напарницы…

– Он мне никогда особенно не нравился, – прямо заявила Серая.

– А я? – Дерек спросил вроде серьезно, но Хелена захохотала.

– Ты интереснее, – отсмеявшись, ответила она. – Интересно, что из тебя… сделала Тео.

«Ого… – подумал Дерек. – «Сделала», вот оно как…».

– А я гибкий, – двусмысленно глядя на Хелену, медленно произнес Черный. – И быстро учусь…

– Надеюсь.

Магичка хлопнула его по плечу перчатками для верховой езды, натянула их и, покосившись на приближающегося Мальти, скривилась:

– Мне пора. Но я не прощаюсь.

Дождавшись, когда Хелена вслед за поджидавшим ее у дверей Деодредом выйдет из зала, Мальти подошел к Дереку, устроился напротив и положил ладони на столешницу. Его густая, белая борода волнами спадала на грудь, взгляд был мудрым и пронизывающим… «Поверь мне свои секреты, облегчи совесть», – говорил весь его вид. Но Дерек знал, что из «доброго дедушки» Мальти легко может превратиться в престарелого фанатика с горящим взглядом, умеющим убедить почти всякого пойти за ним.

Старик посмотрел на дверь, потом задумчиво – на мага.

– В чем дело? Что-то с моим поручением пошло не так? – неожиданно мягко спросил он.

– Да нормально. Просто я подумал… а, неважно.

– Как скажешь. – Мальти изобразил полную незаинтересованность… либо же уважение к чужим желаниям, будь то желание разыгрывать из себя буку, либо идиота.

– А, может, и важно, – проворчал недовольно Дерек.

«Лучше пускай он думает, что поймал меня на деланном равнодушии»

– Может. Так что же все-таки тебя гложет?

– Мне показалось, что управляющие отреагировали на новость о прибытии магов как-то… излишне равнодушно, что ли. Как будто я оповестил их о том, что прибудут крестьяне копать картошку. Меня это задело. Мы их…

«Их, беспечных и глупых людишек…»

– Мы их готовы защищать от ужасных тварей, а они просто – ну да, положите приказ в углу… Может, как-то, не знаю – показать им, что их ждет, если маги не будут стоять на страже? Картинку им, что ли, нарисовать…

– Картинку… – Белый усмехнулся в усы. – Эту мысль я обдумаю. Что еще?

– Если людям не предъявить какой-нибудь блестящей регалии, они всерьез магов не воспримут. Я не предлагаю цацками обвешаться, просто мне кажется, что… у магов должно быть больше полномочий.

Мальти улыбнулся.

А Дерек мысленно себя поздравил. Себя, Тео, Уэйна – но лишь самую чуточку, в глубине «старого Дерека».

А еще у него мелькнула мысль – «Взять, что ли, пару уроков по шпионажу у Рика…»

Бард чуть приоткрыл веки. Солнечный свет сквозь ресницы расцвечивал комнату разноцветными бликами. Хорошо было валяться, ни о чем не думая, но в желудке уже ворочался крупный зверь «Прожор». Рик покосился на мирно посапывающую рядом Тео, аккуратно, стараясь не потревожить, вынул руку из-под ее головы и направился к большой комнате, намереваясь соорудить из пары кусков старого сыра и булки какие-нибудь бутерброды. На пороге его чувствительный нос уловил аромат еды.

Посреди комнаты стояла корзинка, из которой чудесно пахло. Почему-то Рик ни секунды не сомневался, что это Дерек постарался. Он подцепил еще теплый пирожок, надкусил и замычал от удовольствия. Утолив пирожком первый голод, он взял колбу, на дне которой остались разводы от кофе, и пошел к источнику – помыть ее, и заодно набрать воды. А, отдернув занавеску и узрев собственно льющуюся с потолка воду, вспомнил, что хотел искупаться.

Омовение много времени не заняло – когда вода почти ледяная, не разгуляешься. Зато он почувствовал себя посвежевшим. Заметив в углу «ванной» крысовы ботинки, которые, видимо, Тео сбросила вчера перед душем, Рик выкинул их в маленькое окошко. Вымыл руки, набрал воды и вернулся в залу.