Легенда о свободе. Мастер Путей - Анна Виор

– Да, – ответил ему Вирд. – А есть только один человек, из всех Кругов, настолько безумный, что не боится вызвать гнев Атаятана, не боится нарушить перемирие… Им движут лишь собственные цели…

– Остается только узнать, где искать этого безумца… – вздохнул Кодонак, – и какие цели движут Элием Итаром…

Это имя, наконец, было произнесено. Ото внимательно следил за Вирдом, выражение его лица почти не изменилось, но что-то едва приметное вспыхнуло в глазах. Элий Итар был не просто одним из предателей, ставших на сторону Древнего, не просто врагом и злодеем, похитившим Элинаэль… Он был человеком, с которым у Вирда особая связь – практически кровное родство. Сразу после того как Вирд рассказал о произошедшем на горе Волков, Ото встретился с Абилем Сетом и расспросил как можно подробнее о чтении по крови. Абиль не хотел рассказывать, упрямился, хмурился и отмалчивался, что совершенно на него не похоже, он стал более разговорчив, лишь когда понял, чем вызван интерес Ото.

Давнему другу Ото была доступна эта способность. И однажды он воспользовался ею. Как и следовало ожидать, Абиля подвела к такому эксперименту его непреодолимая жажда познания. Он прочел по крови своего неодаренного знакомого – Мастера Пятилистника Инчира.

– Первое время, – рассказывал Сет Энилю, – я не мог точно понять, где мои эмоции, а где его, где мои воспоминания и страхи, а где его. Я видел чужие сны, я полюбил блюда из рыбы, на которую до этого смотреть не мог, я стал бояться одиночества, часами гулял по улицам – искал новых знакомств, а ты знаешь, Ото, что я предпочитаю обществу людей книги, и одиночество скорее мое благо, нежели страх. Я волновался о нем, как о младшем брате, которого вырастил. Я радовался удачам Инчира намного больше, чем своим собственным, даже больше, чем он сам… А уж если у него что-то не складывалось – как я переживал! Мне казалось, что я не просто прожил его жизнь до момента чтения, а продолжаю жить его жизнью, беру часть его эмоций на себя. Я напился с горя, только представь, Ото, – я напился!.. когда у Инчира умерла жена, а я даже не знал тогда, что случилось, просто чувствовал… боль… огромное, непереносимое горе… Но это ничто по сравнению с… – Абиль шумно выдохнул. – Инчир был неодаренным, он прожил достаточно долгую для обычного человека жизнь – восемьдесят четыре года. Он уехал с семьей в Касинан, я его почти не видел. Я уже свыкся… уже не отделял себя от него. Привык просыпаться посреди ночи, чувствуя необъяснимую тоску, или переполняться непонятной радостью, сидя в библиотеке над скучнейшим томом. А потом… потом я умер. Именно я! Не он… Я не знаю, как описать это… Не нахожу нужных слов, кроме двух: я умер! Я могу лишь посочувствовать Верховному… Хотя здесь все усложнено. Во-первых, он прочел Одаренного, к тому же того, у кого есть дополнительные Дары, и Дар Пророка в том числе. У Элия Итара во Втором Круге, насколько мне известно, Мастер Пророк Ний Тавин. Я знаю Ния… ему тоже доступно… чтение по крови… Когда-то давно мы говорили с ним об этом… Кто мог бы подумать, что он станет предавшим огонь жизни… Так странно…

Позже, несколько месяцев спустя после этого разговора, Абиль Сет замечал, что Вирд хорошо держится, и существенных изменений личности у него не наблюдается.

– Возможно, Вирд Фаэль выдержит это испытание гораздо лучше, чем я, – выразил надежду Абиль. – В конце концов, он – Мастер Путей. Может, у него есть какой-то защитный механизм?..

– Будем надеяться… – оставалось ответить Ото, но он подозревал, что происходящее внутри Вирда очень редко выходит наружу, может быть совершенно незаметным для окружающих и трактоваться не так, как есть на самом деле… Ото знал лишь одно: Элий Итар – Разрушитель, непредсказуемый, неконтролируемый, бесстрашный до безумия, с болезненным и извращенным чувством справедливости, со скверным характером, – так описал его Кодонак, – предавшийся к тому же Древнему и ставший неуязвимым – худший вариант, чтобы прожить его жизнь, ощущать его эмоции и воспринимать его как самого себя.

– Элий Итар хочет поединка, – разбил воцарившуюся тишину молодой звонкий голос Вирда, и в это мгновение в приоткрытое окно ворвался холодный, почти зимний ветер, громко ударив створкой об откос, отчего Ото вздрогнул, а стоящий там Маштиме отреагировал лишь ленивым полуоборотом головы.

– Став неуязвимым, он утратил нечто важное для себя – риск, – продолжал Вирд. – Он желает встретиться со мной, зная, что уязвим для моего меча. Такой поединок интересен ему. Он ждет меня. Итару не известно, что я не вижу Элинаэль в оковах Огненосца. А находиться он может где угодно…

– Я не могу понять, – включился в разговор Стойс, – поясните мне. Советник Кисам – в оковах Огненосца и скрыта от Пророков. Мы знаем, что она в руках у Элия Итара. Почему Пророки не могут поискать Элия Итара?

– Из-за Вирда… – пробормотал Абиль, – он изначально невидим для Пророков безо всяких оков, а Итару передалось это свойство.

– Значит, у нас двое невидимок, которые ожидают, что их найдут, и при этом не знают, что невидимы!.. – ворчливо подвел итог Стойс.

Хатин Кодонак

Обвиняющий женский голос за дверью, перемежающийся скупыми короткими ответами стражей, заставил Хатина отвлечься. Разговор и так зашел в тупик. Понятно, что и Элинаэль и Итар невидимы для Пророков. Понятно, что Элий Итар мог быть где угодно. И зная лично Элия Итара, Хатин также мог с уверенностью сказать: он способен на что угодно. Нельзя предсказать и просчитать его ходы. Он может убить Элинаэль; может, не причинив ей вреда, вернуть в Город Семи Огней, может дожидаться прихода Вирда с Золотым Корпусом; прятаться или, наоборот, желать, чтобы его отыскали; выполнять приказ Атаятана или действовать самостоятельно на свой страх и риск… Страх Итару незнаком, а риск для него – все. Одно можно было утверждать – Итар нетерпелив и сообразителен, он не сможет ждать слишком долго и быстро поймет, что найти его не могут, и если он не прячется, то придумает способ, как оповестить Вирда о своем местонахождении. То, что Элий жаждет поединка с Вирдом, похоже на правду. По крайней мере, для того Элия, которого Кодонак когда-то знал. Концентрированный Разрушитель. Мастер Стихий Путем Дара, но больше душой. Жаль, что он позволил разрушить самого себя – судьба всех боевых Мастеров, отпускающих свой Дар. Жаль… Не дать бы теперь ему разрушить и Вирда…

Женский голос становился все настойчивее, а ответы стражей – все более частыми. В странном тягучем акценте Хатин узнал речь Дочери Снегов. Ата? Смелая маленькая Ташани из погибшего племени Чар… Хатин чувствовал себя виноватым перед ней. Она вцепилась в него у стен ливадской крепости, когда Вирд был в руках у Эт’ифэйны, вынудив переместить ее в столицу; постоянно твердила о том, о чем Кодонак уже знал: Вирда забрало нечто злое. Ей-то откуда об этом стало известно?.. Хатину некогда было заниматься делами Аты, и он попросту оставил ее в коридорах Здания Совета, приказав ждать. И она ждала… Ждала все то время, пока они спасали Вирда, усыпляли Древнюю, и еще больше недели после этого. Если бы Алсая ее не нашла, то ждала бы и по сей день. Хатин про нее забыл… совершенно забыл. Вот ведь старый дурень!..

– Это Ата… – узнал Вирд, – пусть войдет.