Убийства на улице богов - Саймон Грин

– И это все? - сердито пробормотал Дэвид. - Джеми все состояние, а тебе горсть старых побрякушек?

– Помолчи, Дэвид, - оборвала его Холли. - Не сейчас.

Дэвид заворочался в кресле и сердито сжал подлокотники. Дункан Макнейл повернулся к Катрине и сухо улыбнулся.

– Тебе, дорогая сестра, я оставляю десять тысяч дукатов. Это все. Достаточно для завершения развода, но слишком мало, чтобы и дальше тянуть позорную историю. Зная тебя, могу предположить, что ты затянешь дело до тех пор, пока снова не вернешься к Дориманту, а я этого не хочу. Мне всегда нравился Грэхем. Гораздо больше, чем ты, если уж начистоту. Мы никогда не любили друг друга, правда, Кэт? Теперь уже слишком поздно. Я не грущу о наших отношениях и не жалею о них. Разведись с Грэхемом и начни все сначала с кем-нибудь другим. Зная тебя, не сомневаюсь - ты найдешь человека, способного позаботиться о тебе.

Дункан повернулся к Робби Бреннану, улыбка его потеплела.

– Робби, старый друг, тебе я оставляю двадцать тысяч дукатов. Надеюсь, ты не покинешь Башню и станешь моему сыну Джеми таким же верным другом, каким был для меня. Но если ты захочешь уйти, не считай деньги препятствием. Мы провели вместе много славных дней, ты и я. Я бы оставил тебе гораздо больше жалких двадцати тысяч, но, зная тебя, уверен - ты бы их не принял. Деньги не для тебя. Богу известно, я пытался обеспечить тебя много раз, и всегда ты бежал от денег, как от огня. Но я надеюсь, ты хотя бы возьмешь мой меч. Знаю, ты всегда им восхищался, а мне он больше не пригодится. Что бы ты ни делал, Робби, будь счастлив.

– Они не смогли найти его меч, - печально прошептал Бреннан. - Он пропал где-то на поле битвы:

Дункан посмотрел поверх голов, Хок почувствовал, как мурашки поползли по спине под взглядом безжизненных глаз. Дункан откашлялся и снова взглянул на завещание.

– Моему дворецкому, Гривзу, служившему мне верой и правдой, оставляю пять тысяч дукатов. И каждому из Макнейлов, прибывшему в Башню выразить уважение главе семьи, оставляю по пять тысяч дукатов.

Это все. Такова моя воля. Господь спаси и сохрани вас всех.

Воздух задрожал, и призрак исчез. Больше не было Дункана Макнейла из Башни Макнейлов. Настало долгое молчание. Хок покосился на Гривза, чтобы увидеть его реакцию на то, что его упомянули в завещании среди дальних родственников, а не особой строкой, как он рассчитывал. Дворецкий сидел в кресле очень прямо, вцепившись рукой в воротник, словно не мог дышать. Лицо его побледнело и покрылось испариной, он выглядел совсем больным. Внезапно Гривз поднялся на ноги и схватился за горло. Алистер быстро подскочил к нему, чтобы поддержать. Дворецкий ухватился за него, судорожно глотая воздух, глаза его вылезали из орбит. Хок подбежал к ним, но в этот момент тело Гривза внезапно обмякло, и Алистер опустил его на пол. Кожа дворецкого стала ледяной, он непрерывно мелко дрожал.

– Что с ним? - спросил Джеми, перекрывая общий гул. - Что случилось? Он заболел?

– Не знаю, - ответил Хок, расстегивая воротник Гривза. - Похоже, он отравлен.

– Нет, - внезапно произнес Марк. - Это не так. Посмотрите на него. Вы ничего не вспоминаете? Чудовище снова проголодалось! Оно выпило жизнь из этого человека, пока мы все стояли и смотрели!

Он оглядел гостей так, что, кроме Хока и Алистера, все попятились.

– Оставь его в покое, ты, ублюдок! Оставь его в покое!

– Кто-нибудь, сделайте же что-нибудь! - вскричала Холли. - Неужели он так и умрет у нас на глазах?

Гривз схватил Хока за руку и попытался что-то сказать, но дыхание его прервалось, и он умер. Хок пытался нащупать пульс, однако было уже поздно. Он закрыл глаза Гривза, повернулся к остальным и безнадежно покачал головой. Холли, прижавшись к Дэвиду, тихо заплакала. Он крепко обнял ее за плечи.

Артур успокаивающе поглаживал Холли по плечу. Он был страшно бледен, но совершенно спокоен. Катрина рухнула в кресло, стараясь не смотреть на мертвеца. Робби Бренная переводил взгляд с одного на другого, словно хотел заметить печать убийцы. Хок медленно поднялся, Алистер с холодным и решительным выражением лица встал рядом с ним.

– Все зашло слишком далеко, - сказал он, с трудом сдерживая гнев. - Будь я проклят, если чудовище сумеет унести еще хоть одну жизнь! Я собирался хранить молчание до тех пор, пока не найду достаточно доказательств, но больше молчать не могу. Если бы я заговорил раньше, возможно, Гривз остался бы жив.

Дэвид осторожно отстранил от себя Холли и потянулся к мечу.

– Вы хотите сказать, что знаете, кто - монстр?

– Полегче, - резко произнес Джеми. - Если у вас есть доказательства против одного из нас, я готов вас выслушать.

– Гривз знал, кто чудовище, - сказал Бреннан. - Он говорил мне раньше, что этот человек не аристократ, хотя и выдает себя за дворянина. Но имени он не назвал.

– Поэтому он и умер, - проговорил Алистер. - Монстр убил Гривза, чтобы он не успел раскрыть его. Но я назову имя: Ричард Макнейл!

Раздались возгласы ужаса и проклятия. Все бросились от Хока, только Фишер встала у него за спиной, да еще Алистер остался стоять прямо перед ним. Хок выпрямился, стараясь сохранить спокойное выражение лица

– Я не чудовище, Алистер. Против меня нет никаких улик, - и вы это прекрасно знаете.

– Отойди от него, Изабель, - приказал Джеми.

– Вы все сошли с ума! - закричала Фишер. - Он не монстр!

– Ты не можешь быть уверена, - возразила Катрина. - Даже сам монстр не осознает, кто он есть на самом деле.

– Отойди от него, Изабель, - произнес Алистер.

– На тот случай, если вы забыли, - спокойно сказал Хок, - я вам напомню, что мертвец, найденный в трубе, был уже некоторое время мертв. Его убили задолго до нашего приезда.

– Мы не знаем, когда он умер, - вмешался Бреннан. - Вы не доктор, Ричард.

– Кроме того, - добавил Дэвид, - монстр мог убить настоящего Ричарда Макнейла, как только тот приехал, и занять его место, а потом сбивать нас со следа.

– Слишком много «если» и «возможно», - сказал Джеми. - Нужны доказательства.

– Хорошо, - согласился Алистер. - Вы хотите доказательств? Как насчет того, что он лжет нам с самой первой минуты. Он утверждает, что живет в Нижнем Маркхеме, но никто из нас не слышал о родне в тех краях. Марк приехал из Верхнего Маркхема и никогда не слышал о Ричарде. Он утверждает, что происходит от Джошуа Макнейла, но в генеалогическом древе нет такого имени. И в семейной хронике нет ни одного упоминания о нем. Ричард утверждает, что проводит все время за чтением, но по его поступкам его легче принять за солдата или командира, чем за книжного червя. Вероятно, в нем говорит память убитого. Но кем бы он ни оказался, он не дворянин. Он не знает своего места.

– И он находился возле Гривза, когда тот умер, - добавил Бреннан. - Гривз схватился за него, когда понял, что умирает, и хотел назвать его имя. Мы все видели это!