По праву короля - Галина Гончарова

Лиля едва зубами не скрипела.

Милия рожала. Дело житейское, на третий раз так и вообще привычное. Да и более-менее спокойное. Ни близнецов, ни неправильного положения – молодая, здоровая женщина так и должна рожать. В принципе.

Достаточно быстро и не слишком больно.

Только вот голову не оторвешь. И не получится заставить не думать.

Милию мучили понятные вопросы.

Гардвейг.

Кто, что, как…

А еще – она здесь почти совсем одна, с двумя детьми на руках, с третьим в перспективе, с гражданской войной на носу… а делать-то что? При всем своем уме, Милия была просто обычной женщиной. Не государственной, не воительницей, не из тех, о которых говорят, что у них мужской ум. И рядом такого не было. Домашняя девочка, теплая, уютная, но власть в руках она не удержит. И никто не понимал это лучше самой Милии.

– Я… не справлюсь. Без Гардвейга.

Лиля это тоже понимала. Но решать политические вопросы во время родов?

А, наплевать! Есть вопросы, которые надо решать хоть ты в гробу лежи! Да и Милии так будет спокойнее, хоть что-то для нее определится.

– Милия, давай по порядку, ладно? Мы выбрались из дворца, ты на свободе. Это плюс?

– Да.

Идем дальше. Сейчас тебе надо родить ребенка. Сама понимаешь, если он родится мертвым, или ты помрешь от горячки, никому лучше не будет.

– Да.

– Поэтому в ближайших планах у нас принять твои роды, все сделать, и наметить план дальнейших действий.

– Какой? – Милия уставилась на Лилиан так, словно у графини был мандат лично от Альдоная. «Все, что сделано предъявителем сего, сделано по моему приказу и для блага государства Уэльстерского. Альдонай.». Печать, подпись…

– Есть ли рядом со столицей верные твоему мужу войска? Те, в ком ты абсолютно уверена?

Милия вздохнула, накатила схватка, и разговор пришлось прервать.

– Гардвейг со мной особо не делился.

– Что-то ты должна помнить. Даже если не делился…

– Он безоговорочно доверял Альтресу Лорту.

– Который сейчас в опале и удален из столицы.

– По требованию Эдоарда.

– И сама понимаешь, за дело. Ты в курсе этой истории?

– Да.

Милия понимала, что Лилиан права целиком и полностью. Все же не надо было подсовывать соседям протухшую рыбку за свежевыловленную, могло и хуже закончиться. И то, что все обошлось, вовсе не заслуга Гардвейга. Повезло. Просто повезло.

– Кто есть поближе? Граф Шантен, ты говорила?

– Да.

– Значит, ты рожаешь, а я ищу способ сначала доставить тебя и детей в безопасное место, а потом и в Летний дворец. Или – наоборот.

– Это как?

– Графа сюда, вместе с полком, и пусть заранее вешаются. Эдуард, если что, сможет сказать нужные слова? Повторить?

– Что – повторить?

– За родину, за короля! Что еще может сказать в такой ситуации ребенок? Остальное скажут за него…

– Сможет, – Берти стояла рядом. – Я уложила детей, сейчас с ними экономка. Пусть посидит пару минут… спасибо, дочка.

Лиля хмыкнула. Так ей эта дама напомнила родную и верную Марту. Хорошо хоть няня осталась сейчас в Ативерне, стара она по чужим странам-то шляться, кости и так ломит. Да и детей полно, есть за кем присмотреть…

– Потом поблагодарите. Когда хвост из ловушки вытащим.

– Если бы ты с нами не оказалась, я бы уже умерла, – просто сказала Милия. – Спасибо. Альдонаем клянусь, ни я, ни мои дети этого не забудут.

Лиля махнула рукой.

– Лучше маленький золотой, чем большое спасибо, договорились? О размерах благодарности – потом. А пока… Берта, есть тут какой-нибудь конюх, мальчишка, которого можно послать с письмом, или еще кто?

Берта переглянулась с Милией. Вот ни разу их этот цинизм не обманул, обе прекрасно поняли, что Лиля смущена до глубины души и нервничает. А так, отшутиться…

Она бы для любого человека сделала то же самое. Вообще для любого.

– Вроде как в конюшне есть парнишка, ночует там, по поручениям бегает, племянник конюха… я посмотрю.

Она ушла. Лиля вернулась к Милии.

– Ну-ка, дыши! Правильно дыши, нечего тут сачковать!

– Что? Фуххх! Такое? Фуххх! Сачковать?

– Лениться, говорю, не надо? У тебя процесс вовсю идет, давай, работай! План действий составили, теперь выполняй, а то перевози тебя, в родах-то!

И Милия послушно принялась тужиться.

***

Лиля присела к письменному столу хозяина. И лишний раз поблагодарила свои привычки.

Не выходить из дома без денег.

Без трусов – можно. Без макияжа можно. Обритой налысо – и то можно! Но деньги и какой-нибудь документ всегда должны быть с собой. Мало ли что?

Мало ли как?

Пусть это звучит некрасиво, ты никогда не знаешь, куда тебя занесет. И там могут сильно пригодиться деньги. Это первое.

А опознавать тело по документам всяко проще, чем без них.

Вот и у нее всегда с собой была определенная сумма.

Идешь в лес? Возьми с собой деньги. Идешь на бал? Возьми с собой деньги. Идешь… все поняли, да?

Сейчас у нее было десять золотых. Не много, но и не мало. Хватит и карету нанять, и…

Ладно. Карету – потом. А сейчас надо написать мастеру Сальси. Что писать? Вот уж не вопрос.

Лиля быстро забегала пером по бумаге.

Мастер Сальси!

К сожалению, мне придется воспользоваться вашей любезностью раньше, чем я предполагала. И вашим подарком тоже.

Умоляю вас приехать немедля, быстро и тайно, потому что положение мое хуже, чем у Руты и ее отца вместе взятых.

Искренне ваша.

Лиля.

Адрес, который на всякий случай дописан внутри конверта. Теперь накапать воска и прижать к нему подаренный кулон.

Ох, недаром говорят, что земля круглая. Как же оно все отливается, и хорошее, и плохое…

К письму приложена золотая монета, и Лиля лично вертит ей перед глазами сопляка. И они тоже становятся круглыми, и желтого цвета.

– Доставишь – получишь еще одну.

Вторая монета извлекается из кошеля.

– Да, госпожа. Сей же секунд отнесу. Мастеру Сальси, на Гончарную улицу.