Беглец - Олег Бубела

– Что случилось? – спросил я.

Принцесса подняла на меня взгляд и испуганно закрылась руками, еще и присев, чтобы спрятаться в воде. Издав аналогичный визг, она вскочила как ошпаренная, но, наткнувшись взглядом на меня, снова присела, погрузившись в воду по грудь, и крепко сцепила зубы.

– Так ты просто воды холодной боишься? – облегченно выдохнул я, убирая клинок в ножны. – А я уже подумал невесть что.

Отвернувшись, я пошел к костру, приказав напоследок:

– Не сиди там долго и смотри, вытрись досуха.

Не хватало мне еще ее от насморка лечить. Поймав пробегающего мимо Алена, я развернул его со словами: «Нечего тебе там смотреть!» и шлепком по заднице придал мальчишке нужное ускорение. Еще один защитник нашелся, блин! Я усмехнулся, представив испуганно закрывающую руками грудь Алону. Да там и смотреть-то не на что! Первый размер, может, самую капельку побольше. Все-таки она еще совсем ребенок, размышлял я, возвращаясь к костру. И как же ее отпустил отец одну, в чужое государство, в руки охотников? Хотя, если повернуть ситуацию прямо противоположным образом... Тут я надолго задумался.

Через пять минут к костру вышла Алона, злая, нервная и все еще трясущаяся мелкой дрожью. Я поднялся, пощупал ее руки и усадил к костру. Натаскав побольше сушняка, я покидал его в огонь, а сам сел позади принцессы, тесно прижавшись к ней и обняв за плечи. Алона сначала вырывалась из моих объятий, но я шикнул на нее и прижался поплотнее, согревая своим телом. Немного магии, и вот я уже горячий, как резиновая грелка, передаю свое тепло гномке. Ален сначала с улыбкой смотрел на наши объятия, но, когда я гневно на него глянул, поспешно отвернулся.

Постепенно Алона согрелась, дрожать перестала, ее тело расслабилось, и она совсем перестала дичиться моих объятий. Наоборот, устроилась поудобнее и положила свои руки на мои. Посидев так еще немного, я убедился, что простуда принцессе больше не угрожает, и разжал руки. К моему удивлению, Алона сама не захотела меня отпускать и прижалась еще теснее. Аккуратно освободившись, я все же поднялся, поймав ее удивленный взгляд, а затем достал из сумки плащ и укутал в него гномку, попутно подкинув еще веток в костер. Раздумывая, не дать ли ей глоток лимэля, чтобы окончательно избежать простуды, я все ловил ее внимательный взгляд, обращенный на меня. Потом все же подумал, что еще неизвестно, как эльфийское зелье подействует на гномий организм, и решил не рисковать. Вот если заболеет, тогда и придется применить, а пока не стоит.

Оставив Алону греться, мы с Аленом соорудили две теплые лежанки, куда ушли все наши куртки и одеяла. На одну из них, что была поближе к костру, я отправил принцессу, а вторую занял мальчишка. Я же устроился на траве и стал ждать, пока дети заснут, а костер догорит, чтобы вновь заняться магическими экспериментами и потренироваться в удержании силы. Сегодня, когда я проверил свой резерв, он был заполнен уже примерно на двадцатую часть, и я поразился, как мало мне потребовалось времени, чтобы собрать такую прорву энергии!

Костер догорал, Ален уже тихо сопел во сне, а Алона все ворочалась на лежанке. Я лежал без движения, гадая, когда же она угомонится. Но все пошло совсем не так, как я ожидал. Когда костер совсем прогорел, принцесса вдруг поднялась и, кутаясь в плащ, направилась ко мне. Ну, все, решил я, теперь будет долго и нудно стыдить меня за то, что я осмелился посмотреть на ее обнаженное тело! Когда она тихонько подошла ко мне и опустилась рядом, я уже придумал хорошую отмазку – скажу, что темно было, и я толком ничего не увидел, заодно напомню, как я бесстрашно ринулся на визг ее спасать, и прощение будет мне обеспечено!

– Алекс, – шепотом позвала Алона.

– Не спится?

– Алекс, скажи мне, только честно... – Алона улеглась рядом и прошептала прямо мне в ухо: – Я некрасивая, да?

Я аж поперхнулся.

– Кто тебе такое сказал?

– Никто. Просто я вижу, что ты смотришь на меня, будто я какая-нибудь уродина!

Я вздохнул. Ну никак мне не понять этих женщин! Что у них в голове – загадка, наверное, даже для них самих.

– Алона, – я повернул к ней голову. – Ты очень красивая девушка, не переживай никогда по этому поводу.

– Тогда, значит, тебе не нравятся гномы? – не успокаивалась принцесса.

– Против гномов я ничего не имею, – ответил я. – Можешь спать спокойно.

– Может быть, тебе эльфийки нравятся больше? Ты же с ними встречался?

– Видел я этих эльфиек и особой красоты в них не обнаружил...

Ну, это если вспомнить свои человеческие впечатления, я ведь тогда совсем слепым был. А в свою бытность эльфом у меня с ними вообще не складывалось ничего, о чем можно было вспоминать. То ли мне не хватало уверенности в себе, то ли мои сверстницы видели во мне не заслуживающего внимания неудачника, но отношений с противоположным полом наладить мне не удавалось никогда.

– Алона, а вообще к чему такие вопросы? – заволновался я.

Грустно вздохнув, Алона тихо прошептала:

– Почему я тогда тебе не нравлюсь?

Песец, приплыли!

– Алона, это неправда, ты мне очень нравишься, – сказал я, даже не покривив душой. – А почему ты так решила?

– Ну, тебе ведь не понравилось мое тело, ты начал сторониться меня, когда его увидел...

– Подруга, ты что там себе напридумывала? – поинтересовался я.

– Алекс, просто я... я... – гномка долго не решалась это произнести. – Я влюбилась в тебя, Алекс!

Принцесса залилась краской, а потом попыталась меня обнять и поцеловать. Я едва успел подставить ей щеку вместо губ, а когда она удивленно посмотрела на меня, стал лихорадочно думать, как теперь выкручиваться.

– Понимаешь, Алона... – начал я, медленно подбирая слова. – Дело в том, что я тоже люблю тебя... Но только как свою младшую сестренку.

Принцесса обиженно поджала губы, она едва сдерживала слезы. Попыталась подняться, но я обхватил ее за плечи и прижал к груди, понимая, что если сейчас отпущу, то нашим приятельским отношениям наступит конец и мне уже не отмыться до смерти. Поэтому я стал шептать ей на ушко:

– Прости меня, Алона, я не хотел тебя обидеть. Просто когда я сказал тебе про свой возраст, я совсем не врал. Для меня ты слишком маловата, чтобы я воспринимал тебя как взрослую девушку. Хоть я выгляжу моложе, но разница у нас с тобой почти в десять лет, а согласись, это очень много. Вот если бы мы встретились с тобой годика через три, когда ты немного подрастешь, тогда бы я непременно предложил тебе свое сердце.

Я повернул лицо Алоны к себе и заметил слезы в ее глазах.

– Поверь, ты очень красивая и смелая, через несколько лет тебе встретится прекрасный принц, который возьмет тебя в жены и увезет в свое королевство, а я на эту роль совсем не гожусь.

– Неправда! – прошептала принцесса. – Ты храбрый, умный и благородный. Любое королевство почтет за честь провозгласить тебя своим королем.