Меч Рассвета - Сергей Раткевич

Эруэлл величаво кивнул гномам. Он совсем недавно научился проделывать этот хитрый королевский трюк. Дать собеседнику прочувствовать собственное величие – это вам не в разведку ходить! Линард и Винк Соленые Пятки с ним месяц бились, пока хоть что-то получаться стало. А когда эти двое уставали или отчаивались, за него бралась Шенген. Чего не сделаешь ради любимой жены? Эруэлл научился и почитал это самым большим своим достижением. И самым бесполезным. Ну, скажите на милость, зачем оно ему может понадобиться? А вот поди ж ты – пригодилось! Гномов нужно поставить на место – и быстро.

– Ужасно неучтиво с вашей стороны, – упрямо повторил предводитель гномьего воинства, чуть смущенный величавостью Верховного Короля, но по-прежнему готовый стоять на своем.

– Неучтиво не отвечать на приветствия, – возразил Линард. – А это сделали именно вы. Так чем же вы недовольны?

Гномы замерли.

Их предводитель сделался вдруг несчастным-несчастным.

– Это правда, – наконец сказал он. – Верно говорят, что обида и гнев плохие советчики. Мы тоже оказались неучтивы. Проявили непочтение. Ваша неучтивость больше нашей, но вы – всего лишь люди, а мы – все-таки гномы. Так что и виноваты – поровну. Одна вина уничтожается другой. Мы приветствуем вас и просим забыть этот маленький инцидент.

– С удовольствием, – кивнул Линард. – Но нам бы всё-таки хотелось узнать, чем мы вызвали ваше недовольство? Ведь тот, кто не знает, в чем его ошибка, может, по незнанию, повторить ее снова…

– Вы не пригласили нас на эту битву, – ответил гном.

Линард вздохнул с облегчением. А потом на чистейшем старогномском, используя наиучтивейшие формы, попросил уважаемых гномов принять участие в битве. И гномы милостиво согласились. Их предводитель, его ближайшие советники и военачальники назвали свои мудреные имена, – был бы при том Мур – обзавидовался бы! – а Линард попросил гномов располагаться на том месте, где они находятся, и пригласил их предводителя с советниками и военачальниками на Великий Совет, который должен состояться после того, как Его Величество Верховный Король Эруэлл поприветствует прочие войска.

И Его Величество Верховный Король сошел с коня и произнес короткую прочувствованную речь, суть которой состояла в том, что он счастлив от того, что в его войске будут сражаться еще и гномы, что он всегда восхищался гномами и что сам всю жизнь мечтал стать гномом, вот только ростом не вышел.

Гномы аж умилились от такой речи и заявили, что за такого учтивого Верховного Короля они будут стоять до конца и не отступят, пока молоты не заржавеют. А гномские молоты не ржавеют!

– Мы будем биться, пока земля не потрескается и не поглотит нашего Врага! – горделиво заявил предводитель гномов с непроизносимым именем и такой длиннющей фамильной жилой, что один только Линард оказался в состоянии ее запомнить.

– Какой кошмар, – искренне вздохнул Йолн Холнамуртен, когда они отправились дальше, и гномы уже не могли их услышать. – Подумать только, а ведь я так жил когда-то… и мне казалось, что все нормально, все правильно!

– Могу я всерьез рассчитывать на этих воинов? – спросил у него Линард.

– Да, – тут же ответил Йолн Холнамуртен. – Если гномы поклялись молотами… Я, по правде говоря, удивлен, что они это сделали… Видно Его Величеству удалось их по-настоящему тронуть. Мы, гномы, в глубине души очень сентиментальны, романтичны даже. Быть может, поэтому в нас столько занудства, склочности и педантизма, столь ранимым существам нужна прочная броня, чтобы их не обижали… – Йолн Холнамуртен вздохнул. – Но когда они все сообща этой самой броней бряцают… я их просто ненавижу, если честно, хоть и понимаю, что это недостойно с моей стороны…

– Иными словами, доверять им можно, – сказал Линард.

– Их можно бросить в любой прорыв, – кивнул Йолн Холнамуртен. – Прорывающиеся быстро поймут, что ошиблись дверью. Гном, поклявшийся молотом, стоит сотни гномов, которые этой клятвы не давали.

– А они не станут оспаривать любой приказ? – спросил Эруэлл.

– Нет, если оформить его в виде нижайшей просьбы и пояснить, что никто, кроме гномов, с этой задачей не справится, – улыбнулся Йолн Холнамуртен.

– Скажи, Йолн, – спросила королева Шенген. – У них у всех такие сложные имена, а уж фамильные ветви…

– Жилы, – поправил ее Йолн Холнамуртен. – Ветви – у эльфов. Странно все же, что они не явились. Моя жена просто в бешенстве на своих соплеменников.

– Действительно странно, – молвила королева. – И все же… вот у тебя имя совсем не такое сложное и фамильная… жила, да?

– Жила, – Йолн Холнамуртен усмехнулся. – Но ведь я – изгой, Ваше Величество. От фамильной жилы у меня осталось то, что невозможно отобрать. Каждый из ныне сущих родов отобрал у меня свой слог, когда меня изгоняли. Четыре священных первопредка: Холнегравернеягиссон, Нартемлеттерен, Мурнэленгиссон и Тенграварнемлетартен не могли забрать свои слоги. Они сами и их священные фамильные жилы остались лишь в гномьей памяти. Некому было забрать у меня последние четыре слога. Любой изгоняемый гном уносит с собой такой вот огрызок. А что касается имени… имя я сократил, нужно же мне было как-то с людьми общаться…

* * *

Тролли встретили людей одобрительным веселым ревом и тут же предложили чего-то выпить.

– Отказываться нельзя! – быстро шепнул Линард, но Эруэлл и сам уже догадался, что к чему. Отпив вместе с вождем троллей из громадного кубка какого-то невероятного пойла, он передал его Линарду. Тот пригубил и передал кубок кому-то из троллей.

– Правильный вождь, хоть и маленький! – одобрительно прогудел тролль, осторожно хлопая Эруэлла по плечу. – Вместе драться будем! Порвем глотки врагам!

– Порвем! – кивнул Эруэлл и опять выпил из вновь предложенного кубка.

Тролли предложили что-то сплясать. Эруэлл в ужасе воззрился на Линарда.

– Отказываться нельзя, – вновь шепнул тот.

– Да при чем здесь «отказываться»! – шепотом возмутился Верховный Король. – Я танцевать не умею!

– Но ты же танцевал со мной, – шепнула ему Шенген. – Значит, и сейчас сможешь…

А тролли уже заорали какую-то дикую песню, запрыгали и затопали ногами. Что ж, прыгать и топать Эруэлл умел не хуже других. А приглядевшись, понял, как это делать правильно.

– Отлично пляшешь, вождь людей, – заметил вожак троллей. – Не совсем так, как положено, но ты же и не тролль, верно я говорю?

– Верно, – выдохнул Эруэлл… и не стал говорить, что всю жизнь мечтал быть троллем. Впрочем, в данном случае от него этого и не требовалось.

Дружески распрощавшись с троллями, они вскочили на коней.

– А теперь – Аргелл, – потребовала королева Шенген, подмигивая гному.

И Йолн Холнамуртен благодарно поклонился королеве.