Война с демонами. Книги 1-5 - Питер В. Бретт

Ожидание продлилось вечность. Лиша следила за тенями и понимала, что прошло не больше четверти часа, но ей казалось, будто миновали дни. Сердце гулко стучало.

И вот ворота отворились достаточно широко, чтобы явить знакомое лицо. Госпожа Джизелл, бывшая наставница Лиши, махнула мясистой рукой:

– Скорее!

Они поспешно устремились внутрь. Джизелл заперла тяжелую дверь и затворила меченую стальную створку. Заперев и ее, она спрятала ключ за лиф.

Стражник в сторожке отключился, сидя за столом, а Рони стирала с его губ красный воск. Она взяла полупустую кружку с элем, вылила немного на стол и мундир, затем вставила ее в неподвижную руку. Из-за соседней двери доносился смех.

Лиша простерла руки, собравшись обняться со старой наставницей, но Джизелл сунула ей заставленный кружками поднос:

– Обнимемся, девонька, когда благополучно уйдем.

Лиша взяла поднос, а Джизелл бесстыдно приподняла ей бюст, как недавно Рони – свой. Лиша уже несколько часов не сцеживала молоко, и не пришлось особо стараться, чтобы придать ей вид, соблазнительный для мужского взгляда.

– Выходи как своя в доску и разноси.

Оглянувшись, Лиша увидела, что Рони так же обрабатывает Кендалл. Углублять ее вырез не стоило, поскольку шрамы юной жонглерши могли запомниться, а потому пришлось укоротить юбку и взбить волосы. Пол уже исчез. Уонда неловко стояла, не зная, что делать.

Джизелл ущипнула Лишу за мягкое место, не давая зациклиться на проблеме. Лиша вскрикнула от неожиданности, и ее протолкнули в дверь.

Лиша выпрямила спину, нацепила широкую улыбку и шагнула в караульное помещение:

– Кто хочет пить?

Мужчины приветственно загалдели. Некоторых покачивало на стульях; всех обслуживали девочки Джессы, и нескольких Лиша узнала. Кэди, былая ученица Лиши, подпирала в углу стражника, который еле стоял у стены и сонно пытался ее облапать.

– Праздник чуток затянулся, – подмигнула Кэди.

Покачав головой, Лиша принялась раздавать полные кружки и собирать пустые.

Джизелл вышла на середину комнаты:

– Сегодня, ребята, для вас – особый сюрприз. И если это не самая смазливая жонглерша в Энджирсе, то я подземник.

Пока все смотрели на Джизелл, Кендалл выскользнула из сторожки и неторопливо вошла, выставляя на всеобщее обозрение ноги и гриву. Она выполнила обратное сальто, приложила к струнам смычок и заиграла бодрую мелодию. Мужчины восторженно взревели.

Уонда попыталась выйти следующей, но сержант случайно повернул голову и заметил ее.

– Эй! – Он наставил на нее неверный палец.

Лиша обмерла. Она стояла сзади с увесистой глиняной кружкой в руке. Можно…

– Эймс, тебе еще полчаса дежурить! – заревел сержант. – Марш в сторожку!

– Есть. – Стараясь говорить басом, Уонда потупилась и втянула шею в доспехи. – Слушаюсь.

Она поспешно скрылась в домике.

Сержант хрюкнул и вновь уставился на вырез Лиши.

– Рехнуться можно, каким высоченным становится этот малый.

По дороге в лечебницу Джизелл они держались шумных торговых улиц. На первый взгляд, это был обычный день – люди спешили сделать последние покупки до комендантского часа.

Но если присмотреться, то становились очевидны страх и растерянность. Продуктовые подводы были полупусты, остатки продавали втридорога. Народ ежился, когда мимо случалось протопать деревянным солдатам и Горным Копьям.

Процессия достигла лечебницы на закате. Джизелл открыла дверь на свою частную лестницу:

– Быстрее. Подземники вот-вот восстанут, и нам незачем торчать на улице.

С дальнего конца лестничного колодца доносился такой шум, что Лиша оторопела.

– Я научилась уже по гомону понимать, сколько там занято коек, но ничего подобного не слыхала.

– Оно и неудивительно, – пропыхтела Джизелл. – Кладем по двое на койку, и еще на полу лежат.

– Ночь! – сказала Лиша.

– В то первое новолуние выпотрошили уйму людей, – продолжила Джизелл. – Мы знаем свое дело и потеряли немногих из тех, кто добрался, но нам пришлось соблюдать осторожность и не привлекать внимания, особенно ночью. Мы дожидались дня, и самых тяжелых лечили в темном помещении магией. Остальные пусть справляются сами. У нас кончаются хора.

Она распахнула дверь кабинета, торопливо завела туда спутниц и щелкнула замком. Сидевшая за столом женщина встала и подошла поздороваться.

– Графиня. – Лицо у Джессы было размалевано, как у ее девочек, прическа – безукоризненна. Расправив шелковые юбки, она присела в умелом реверансе. – Какая радость…

Не дав ей договорить, Лиша ударила сорнячницу в нос.

Челюсти отвисли у всех. Лиша их не винила. Она ожидала увидеть здесь Джессу и бить не собиралась, но при виде самодовольной физиономии в ней вскипел гнев.

«Это все магия», – подумала она, благо недавно хорошенько Втянула и не отдала себе отчет, насколько это усилило бурю в душе. Но только ли магия виновата? Лиша поймала себя на том, что смотрит с удовлетворением на Джессу, тяжело осевшую на пол.

Зажимая расквашенный нос, Джесса невнятно заблажила:

– Недва, за што?!

Лиша вспомнила слова Тамоса: «Бывает, что вождь обязан стоять на своем, даже если не прав». Тогда она не согласилась, но теперь оценила его мудростью.

– За Бекку, которую ты чуть не убила, и за всех, кто поплатился за твои махинации.

Достав тряпицу, Джесса высморкалась кровавыми пузырями и опытными пальцами ощупала нос, проверяя, не сломан ли. Затем ущипнула себя за лоб, чтобы остановить кровотечение.

– Ты не без ядер, девонька! Бруна бы расплющила тебе пальцы клюкой. Она бы не потерпела подобного ханжества.

Уонда шагнула вперед:

– Как ты смеешь так разговаривать с госпожой Лишей?!

Джизелл только дотронулась до нагрудной пластины Уонды, но этого хватило, чтобы Уонда остановилась.

– Не суйся, девочка. Разговор давно назрел и пусть идет своим чередом.

– Бруна выгнала тебя, Джесса, а не меня, – сказала Лиша.

Джесса вскинула руки:

– Признаю. Я хотела выкрасть секрет жидкого демонова огня. Знаешь почему?

– Потому что эгоистична и жаждешь власти?

– Потому что мне приказала Арейн! – рявкнула Джесса. – И точно так же велела Бруне меня учить. По-твоему, это случайность?

Лиша моргнула. В этих словах заключался неприятный резон, и они объясняли, почему Арейн так доверяла этой женщине.

– Ты была ей не столь верна, когда опаивала ее сына.

Джесса уперла руки в боки:

– По глазам вижу – ты хочешь обвинить меня во всех бедах, что стряслись за последние месяцы.

– Отчего бы и нет? – парировала Лиша. – Если бы не твои интриги, я никогда не вернулась бы в этот проклятый город. Юкор не послал бы на юг свое огненосное оружие. Рожер остался бы жив.

Джесса влепила ей пощечину. У Лиши взорвалась голова, и она отшатнулась с горящей щекой.

– Не говори мне о Рожере! Этот мальчик был мне как сын. По-твоему, я желала ему зла? Или мне хотелось скрываться, вместо того чтобы поехать на его похороны?