Огонь, водка и медные трупы - Вячеслав Шалыгин

– Опять барахлит, – констатировал Петька, с досадой пнув по никелированной дверце, – электрика уволили, а лифтер на «гундоске» женился и в их квартал переехал.

– На гундешманке?! – ужаснулся Зигфрид. – Как же он с ней... хвост же мешает...

– Ну-у, – Петька озадаченно почесал в затылке. – Не-е, почему мешает? Не мешает, он же сзади...

– Ты что, пробовал?! – Капитан перевел изумленный взгляд на товарища по оружию.

– Кто? Я?! – Чумкин замахал руками. – Нет! Мне рассказывали!

Было видно, что сантехник врет, но Зигфрид не стал муссировать эту щекотливую тему.

– Мало тут суперманоидов живет, так мы же сами их и плодим, – лишь сказал он с разочарованием.

– Ну, они же не сразу получаются, – смущенно пробормотал Петька. – Это же результат третьего поколения... Так в энциклопедии написано. У меня в сортире лежит. Я ее иногда читаю.

Сантехник был чрезвычайно горд собой.

– Вот вы где! – раздалось позади товарищей. – Очень удачно!

Боевые друзья невольно пригнулись и медленно обернулись на голос. Аглаида Карловна схватила их обоих за руки и потащила в свою квартиру.

– Эй, Карловна! – возмутился Зигфрид. – Договаривались же – утром!

– Такое несчастье, Зигфрид, такое несчастье! – запричитала Аглаида Карловна. – Краник прорвало, ну почти как у тебя! Полная ванная! А пару-то полная квартира! Идемте, ребятки... Я потом вам налью.

– Идем, – в один голос согласились воинственные напарники...

...Течь, по заявлению Петьки, оказалась сложной.

– Тут без специального инструмента не обойтись, – он вылез из-под ванны весь в паутине и чешуйках облупившейся краски.

– Так вот! – нашлась старушка. Она ловко поставила на стиральную машинку, стоящую рядом с ванной, бутылку мутноватой жидкости. – Сама гнала.

– Самагнач, значит? – определил марку напитка Петька.

– Самогон, – уточнил более грамотный Зигфрид. – Годится.

– Да-а, – Чумкин хитро покосился на товарища. – Только тут еще и держать надо... Один крутит, другой – держит. Иначе никак.

– Ну, что же делать? – Аглаида вздохнула и поставила рядом с первой еще одну бутылку.

– За работу! – с энтузиазмом воскликнул Петька, прикладываясь к одной из бутылок. – Ого! Крепкий инструмент!

– Работайте, соколики, – старушка прикрыла дверь в ванную и засеменила на кухню. – Я вам закусочки налажу.

– Чего она сделает? – не понял Чумкин, высовываясь из-под ванны.

– Закуски, – пояснил Безногий, – наладит.

– Это как?

– Ну, колбасы настрогает, консервы откроет...

– А-а...

– Что держать-то?

– Держать? А вот эту трубу подержи, чтобы совсем не отвалилась.

– А может, ее тоже починить?

– А потом что делать? Если сразу все починить, то и звать не будут! Эх ты, капитан! Тут тебе не космос, тут соображать надо! Сегодня я ей кран починю, она нальет. Завтра – трубу. Она снова нальет. Послезавтра...

– Я понял.

– Ну, вот!

За работой и приятной беседой они не слышали, что творится в других частях здания. Зато это хорошо слышала Аглаида Карловна. Накрыв нехитрый стол, она прошаркала к входной двери и выглянула в коридор. По всем этажам сновали какие-то мрачные типы с оружием в руках. Они стучались в квартиры и задавали жильцам непонятные, а значит, явно каверзные вопросы.

Старушка прислушалась. Искали «хозяина квартиры 7595». Аглаида прикрыла дверь и задумалась. Чумкин наверняка врал, и напарник для работы ему не требовался, но могло случиться и наоборот. Проходя мимо ванной, она заглянула в щелку и увидела, что Зигфрид действительно держит какую-то трубу. А раз дело обстояло так, как говорил Петька, и без напарника ему было не справиться, то Зигфрид должен был сначала выполнить свою священную миссию в ванной, а уж после идти разбираться с теми, кто его ищет.

В дверь постучали. Не слишком громко, но уверенно и настойчиво. Аглаида Карловна поправила прическу, приосанилась и открыла дверь ровно на пять сантиметров.

– Доброй ночи, – пожелал суперманоид, одетый в точности, как мнимые соседи из нижней квартиры. – Я вас не разбудил?

– Не разбудили, – старушка улыбнулась ровной фарфоровой улыбкой. – Я вообще мало сплю. Возраст, знаете ли...

– Разве у вас есть причины сетовать на возраст? – отвесил он изящный комплимент.

– Ах, юноша, сетовать можно даже на молодость, – Аглаида смущенно зарумянилась. – Все зависит от взгляда на жизнь.

– Если смотреть просто, то и сетовать не на что, – догадался молодой суперманоид. – Вы такая замечательная собеседница... Неужели вам никто не составляет компанию? Я бы, например, не отказался.

– Так в чем же дело? – Старушка открыла дверь пошире. – Входите, скрасьте мое одиночество.

– Извините, – суперманоид окинул взглядом прихожую и видимую часть гостиной, – служба... Но как-нибудь я обязательно загляну.

– Буду рада, – Аглаида снова улыбнулась и захлопнула дверь.

Жить на Супертрахбахе было легко и приятно. Даже мегаполиция здесь была просто воплощением учтивости.

– Карловна! – проревел из ванной Петька. – Инструмент кончается, а мы еще ни разу не закусили!

Аглаида выпала из сусальных мечтаний и больно ударилась о грешную твердь. Вежливые и тактичные суперманоиды были где-то там, снаружи реальности, а внутри ее Аглаиде приходилось довольствоваться общением с вечно пьяными хамами-соотечественниками.

Когда Аглаида Карловна вернулась в гостиную, звуки производимых в ванной работ уже стихли и на смену бряцанью железок пришел молодецкий храп. Уставшие работнички отдыхали от праведных трудов. Старушка заглянула в оккупированное ими помещение и, убедившись, что течь устранена, решила сэкономить хотя бы на закуске. Стараясь не шуметь, она вышла в общий коридор и снова прислушалась. В доме наступила подозрительная тишина. Ни шагов, ни голосов вежливых мегаполицейских слышно не было. Аглаида Карловна выглянула на пожарную лестницу, проверила лифты, но следов присутствия агентов не обнаружилось и там. Немного поразмыслив, она пришла к выводу, что, даже если полиция и ушла из небоскреба, она не могла не оставить пост или, как ее... засаду в потенциально опасной квартире 7595.

Старушка поднялась на этаж выше и осторожно приблизилась к висящей на одной петле двери в жилище Безногого. То, что предстало перед ее взором, не поддавалось никакому описанию. Квартира Зигфрида была приведена в полный упадок. Обои, линолеум, и навесной потолок были сорваны и изрезаны в мелкие кусочки, словно кто-то искал впрессованную в них иголку. Мебель превратилась в щепки, а от бытовых приборов остались только обломки и груды микросхем. Аглаида опасливо прошла по коридорчику и заглянула в одну из комнат. Там картина была ничуть не лучше. Старушка вернулась к входной двери, и тут из кухни донеслось негромкое ругательство на незнакомом языке, а затем грохот и жалобный звон посуды. Видимо, тот, кто устроил все это безобразие, по-прежнему находился в квартире. Старушка бросила прощальный взгляд на лишившееся штор окно и засеменила прочь...