Хрустальная колыбель - Сергей Станиславович Юрьев

– Ну, может быть, не стоит торопить события, – рассудительно заметил Проповедник. – От неё мы ещё можем поиметь если не пользы, то хотя бы удовольствия. И не надо забывать, что, может быть, именно ей посчастливится найти отсюда выход… Ведь нашла же она сюда вход.

– Она нашла?! – тут же возмутился Хаффиз. – Это я нашёл! Я всё сделал, а она в последний момент всё по-своему переиграла. Как будто того и ждала. Нет, не зря её Великолепный в камень закатал. Знал, что она за фифа! И я теперь знаю.

Он вдруг умолк, заметив, что Воитель раскрутил над головой клинок двуручного меча, и мерцающий стальной веер начал выписывать невероятные фигуры. Маг прижался к стене, и вовремя – Сим запрыгнул на стол, не переставая орудовать мечом, но дубовая столешница не выдержала тяжести доспехов. Раздался треск ломаемых досок, и Сим Тарл с лязгом повалился на пол. Поднимаясь, он ощупал голову, проверяя, на месте ли она, и тут же похвалил Мага:

– Молодец! Хорошо приделал… Может, в кости срежемся – на спорные территории?

– Я же сказал – мне ничего такого не надо! – отозвался Проповедник. – Земли, титулы, сокровища – это всё ваше. Мне нужно только то, что вам совершенно ни к чему. Я вам не соперник, а значит, мне можно доверять. Доверять во всём!

– А, помнится, ты в «Пути Свободы» писал, что доверять кому-либо – последнее дело, – заметил Маг, который накануне успел прочесть труды Брика.

– Ну мне-то можно! – немедленно отреагировал Проповедник. – Я же избавил тебя от излишней привязанности к Дряни. Ну хотя бы из благодарности…

– А не ты ли писал, что чувство благодарности – это лишь одна из форм духовного рабства, – тут же заметил Маг, – наряду с любовью, дружбой и уважением. А?

– Истина не настолько проста, чтобы быть однозначной! – Проповедник гордо задрал подбородок и выпятил нижнюю губу, восхитившись изяществом собственного изречения. К тому же этот ответ годился для любого вопроса.

– Хватит трепаться! – вмешался в дискуссию Воитель. – Того гляди баба припрётся, а мы всё думаем, что с ней делать.

– А что, если попробовать сделать с ней то же, что она сделала со мной? – предложил Хаффиз. Эта идея показалась ему настолько заманчивой, что даже причмокнул от удовольствия и предвкушения.

– Нет уж! – воскликнул Брик. – Вы оба её плохо знаете. Она вывернется, и тогда нам всем до конца дней своих придётся убирать за ней дерьмо.

– Искромсать её, и все дела! – Сим одним взмахом меча срезал задранную кверху дубовую ножку сломанного стола.

– Это не выход, – резонно заметил Брик. – Меня вон тоже марба разорвал всего, однако я цел и чувствую себя хорошо. Среди Небытия убить никого невозможно, если тот сам сдохнуть не желает.

– Так пусть пожелает! – предложил своё решение бывший лорд, не переставая вертеть в железных пальцах рукоять меча. Маг и Проповедник только хмыкнули в ответ.

– Стоп! – Хаффиз вдруг хлопнул себя по лбу, и Брик с надеждой посмотрел в его сторону. – А если нам просто смыться? Сделать так, чтобы она нас не нашла…

– Трусливый щенок! – рявкнул Воитель. – Бежать? От бабы? Никогда!

– Ну зачем же лишать себя такого уютного жилища, – поддержал его Проповедник. – Конечно, я готов и к лишениям, и к скитаниям, но зачем же так сразу-то?

– Вы не поняли! – Хаффиз начал ощупывать одну из стен, сбрасывая на пол висевшие на ней древние щиты и гобелены. – Вы же ничего не знаете, а я успел. Я подсмотрел, как Гейра перемещается сквозь Небытие. Она просто метит те места, куда хочет попасть. Вот! – В стенной кладке под гобеленом с изображением горной вершины и её отражения в озёрной глади обнаружился почерневший от копоти камень, на котором чётко отпечаталась узкая длинная ладонь. – Вот… Выбросить отсюда этот камушек, и она нас никогда не найдёт. Скинем её с хвоста, пусть подыхает здесь от тоски, дрянь…

– А я тоже кое-что придумал! – Брик даже захлопал в ладоши – настолько удачной показалась ему собственная идея. – А давайте зашвырнём его поближе к инферам. Гейра отправится будто бы сюда, а сама попадёт прямо под их недремлющие очи! Тут уж точно ей конец. И нам только останется дождаться своего часа.

Воитель тут же вцепился железными когтями в края булыжника с отпечатком ладони и почти без усилий выдернул его из стены.

– Ну, куда его? Где эти ваши, как их…

– Инферы, – повторил Брик. – Кидай туда, где Алая звезда.

И в тот же миг Алая звезда мелькнула в проломе, откуда только что был извлечён камень.

– Смотрите! Гордые Духи дают нам знак! Мы всё делаем правильно! – закричал Брик. – Ну, Воитель, кидай же! Кидай, пока не погасла!

Сим кинул. Булыжник, казалось, на мгновение застрял на своём прежнем месте, но Хаффиз начертил в воздухе светящуюся спираль, которая мгновенно сжалась в пружину, завертелась огненным смерчем и вытолкнула булыжник наружу, в объятия Небытия.

– А теперь давайте замок перетащим, – предложил Брик. – Лучше бы нам не рисковать…

– Куда? – в один голос спросили Маг и Воитель.

– Туда, где нас ни одна зараза не найдёт, – ответил Брик. – Великолепный веками выбрасывал на свалку свои творческие неудачи. Тут целый океан отбросов – вот туда-то нам и надо.

– Меня? На помойку? – возмутился Железный Сим и замахнулся мечом на проповедника.

– Это вовсе не помойка! – Брик запрыгнул на потолок, чтобы не попасть под шальной удар. – Там наверняка найдётся много интересного и полезного. Вы уж мне поверьте, я лучше знаю.

Булыжник с отпечатком ладони стремительно приближался к Алой звезде, постепенно ускоряясь. Инферы, почувствовав движение в окружающем пространстве, начали медленно поднимать веки. Никто и ничто не смеет приблизиться к Алой звезде, никто и ничто не может нарушить уединение узников, пока хранитель Узилища не позволит им погрузиться в сон. Такое уже было однажды, но теперь хранителя не стало, а значит, бдение должно быть вечным.

Взгляды скрестились в той точке, где среди тёмного пространства мчался тёмный предмет, и было не важно, что это или кто это. На мгновение сияние Алой звезды померкло, из несколько пар ничего не выражающих глаз вырвались фиолетовые лучи и сошлись там, где двигался нарушитель спокойствия.

В тот же миг Гейра, смотрящая вслед улетающей гарпии, ощутила боль в ладони. Кожа покрылась пузырями, а потом обуглилась. Холодное обжигающее пламя чуть было не охватило всю руку, но усилием воли она заставила его погаснуть.