Делай что должен - Александр Гедеон

– Мне повезло, – слабо улыбнулся Нэйв.

Дышать и одновременно говорить было больно. Переведя дух, он продолжил:

– Прости.

Дана вздохнула, помедлила с ответом, будто не была уверена, что сказать, и посмотрела в глаза Грэму.

– Если пообещаешь больше ничего не решать за меня.

Нэйв улыбнулся. Слова Даны внушали надежду на то, что она всё же видит его рядом с собой в будущем.

– Обещаю, – ответил он.

– Думала, своими руками тебя придушу, – с грустной улыбкой призналась Дёмина, – пока не узнала, что ты погиб.

Пшикнул сервопривод двери.

– Да вообще гад! – раздался голос Рама.

Полковник въехал в палату, держа в руке комм.

– Я его даже помянуть успел, засранца, – продолжил он, приближаясь к койке. – Как положено, стопочку галетой накрыл. А он, говнюк, живой. Как-то даже неудобно перед людьми.

– А ты не торопись убирать, – Нэйв помолчал, переводя дух. – Чувствую себя гаже, чем Дана выглядит.

Замутнённый разум с трудом выстраивал фразы, потому Нэйв говорил с большими паузами. Блайз-младший дёрнул ухом, показывая своё участие в беседе.

– Над комплиментами тебе ещё работать и работать, – весело хмыкнула Дёмина.

– Ну, ты правда идеально гармонируешь с ним цветом лица, – развёл руками Костас. – Оба нежно-зелёные. Прям как семейка жмуров из того ужастика, что ты так в детстве любила. Не, с этим пулеуловителем-то понятно, а с тобой что случилось-то?

Вошла идиллийка-врач. Неодобрительно покосившись на саблезуба, тихо переползающего под бок Нэйву, она сделала Грэму укол и вышла, закрыв за собой дверь.

Инъекция прочистила Грэму разум. Дышать стало немного легче, и даже мир перед глазами прояснился и обрёл чёткость.

– Да, что случилось? – вернулся он к прерванному разговору.

– Готовят его подружки хреново, – сообщила Ракша, потрепав Блайза-младшего по холке. – Чистая отрава.

Нэйв насторожился. Помня увлечение Лорэй ядами, он подумал, что сёстры пытались убить Дану. Но тогда почему она жива? Не рассчитали дозу? Или применили яд, к которому у дорсайцев иммунитет? Если так – то лучше сестричкам искать нору подальше и поглубже. Ибо даже репликанты их не спасут. Но… Нет, чушь какая-то. Тогда почему Дана жива и Блайз на месте? Зачем, в конце-концов, Лорэй убивать Дёмину вместо того, чтобы, сдать своим? Надо разобраться.

– Хотели убить? – прямо спросил Грэм.

– Может и хотели, – пожала плечами Ракша, – но из уважения к тебе не стали. Вывели из строя, пока я не успокоилась.

Костас закрыл глаза ладонью. Спасая дочь, он упустил из виду её характер.

– Дай угадаю, – сказал он. – У тебя в заду засвербело, и ты, вместо того чтобы тихо прикинуться ветошью и не отсвечивать, решила погеройствовать?

В другое время Дана бы взорвалась от такого вопроса, но сейчас всё ещё чувствовала себя слишком уставшей и разбитой для ссор.

– А если бы тебя отправили загорать в столицу, пока я умираю в Зеларе, ты бы тоже сидел на жопе ровно? – спросила она, уставившись в глаза Костасу.

– Вот будут у тебя дети – тогда ты меня поймёшь, – отозвался тот, не отводя взгляда. – Но, окажись я на твоём месте, действовал бы иначе. Месть – это блюдо, которое подают холодным. А в горячке упарывают только косяки. Я тебе поражаюсь: то ты хитра, как лиса из сказки, то вдруг отключаешь мозги и галопом вперёд, расшибать лоб об стену.

– Ну простите, что мне не безразлично, когда погибают близкие люди! – возмутилась та. – Есть от чего потерять голову.

«Близкие люди». От этих слов на душе у Нэйва потеплело. Нащупав руку стоящей рядом Ракши, он сжал её пальцы и повернулся к Костасу:

– Видишь? А ты говорил, что она нас убьёт.

– Я бы на твоём месте не обольщался, – подмигнул ему Рам. – Она может и передумать.

– Поправляйся, – посоветовала Ракша Грэму. – А то я обещала кое-что передать от Свитари.

– И почему у меня дурное предчувствие? – едва слышно прошептал тот.