Черный меч - Иар Эльтеррус

Повисло тяжелое молчание.

– Я ответил на твой вопрос? – тихо спросил Кёрнхель через несколько минут.

– Да. Спасибо, что не разочаровал.

– Ты хотел, чтобы я показал тебе некоторые элементы моих тренировок…

Теперь каждое утро начиналось с кошмара, который полуэльф, старательно пряча улыбку, называл «разминкой для новичков». Только гордость Этьена не позволяла ему стонать во время выполнения «простейших элементов» и не трястись от страха при мысли о том, что же такое более сложные упражнения.

– Я думаю, на сегодня хватит, – улыбнулся Кёрнхель, помогая графу подняться с пола.

– Да, пожалуй…

– Жаль, здесь мало места и я могу показать только базовые приемы разминки, – с сожалением вздохнул полуэльф. Этьен с трудом скрыл облегчение – если это – базовые, то что же тогда его ждет, когда Кёрнхель возьмется за его обучение всерьез?

В этот момент в дверь постучали – негромко, но настойчиво.

Граф, обнажив клинок, подошел к двери.

– Кто там?

– Вам письмо. – Голос показался смутно знакомым, и Этьен, поколебавшись, открыл.

На пороге стоял худощавый подросток в надвинутой на глаза потрепанной шляпе и рваной куртке и поднятым воротником, скрывающим нижнюю половину лица. Мальчишка поднял голову – и граф с удивлением узнал Энни.

Служанка герцогини молча протянула ему узкий конверт без подписей, запечатанный простым синим сургучом, и коротко поклонилась.

Поддерживая ее маскировку, Этьен протянул «мальчишке-посыльному» несколько медных монет. Энни еще раз поклонилась, надвинула шляпу ниже и убежала, в точности копируя походку подростка.

Закрыв дверь, граф распечатал письмо.

Приветствую вас, друг мой. Я хочу с вами встретиться. Жду вас через два стана после полуночи в уже известной вам таверне – в той самой, где мы имели счастье познакомиться. Будьте осторожны и возьмите с собой охрану. Мой достопочтимый супруг сегодня дома, так что…

Жду вас с нетерпением.

Навеки ваша,

Рима.

Усмехнувшись, Этьен протянул письмо Кёрнхелю. Тот быстро пробежал взглядом по строчкам.

– И что это означает? – непонимающе посмотрел он на графа.

– Уже известная таверна – скорее всего, ее дом, – расшифровал Этьен. – Возьмите с собой охрану – это, похоже, намек на то, чтобы я пришел не один, а вместе с тобой. Супруг дома – это к тому, что ее сын, инквизитор, сегодня не у нее, а в своем доме. Подпись – имя «Мари», в котором слоги поменяны местами. А записка просто стилизована под любовное послание, чтобы не вызывать ненужных подозрений. Как я узнал, за прелюбодеяние карают лишь простолюдинов, апостолиты вольны творить все, что угодно.

– Понятно. Мы пойдем?

– Конечно!

Спустя стан после полуночи, Этьен и Кёрнхель, закутанные в плащи, покинули таверну. Стоило графу огляделся в поисках извозчика, как к ним подкатила двуколка.

– Куда изволите, ваша светлость? – поинтересовался Иль, сверкнув зелеными глазами из-под капюшона. Этьен настороженно отшатнулся назад, опуская руку на рукоять шпаги, и краем глаза отметил, как Кёрнхель плавно перетекает в боевую стойку, с виду почти неотличимую от обычной расслабленной позы. – Да не пугайтесь так. Я от вашей возлюбленной, – с хитрой усмешкой продолжил эльф.

Граф тихо выругался и запрыгнул на сиденье.

– Или вы хотели подъехать к парадному входу? – издевательски спросил Иль, хлестнув лошадь вожжами.

– Ты здорово рискуешь, раскатывая по городу. А если тебя схватит Инквизиция?

– Если меня схватит инквизиция, то это значит, что мне не повезло. – Эльф, ухмыльнувшись, отвернулся.

Спустя двадцать минут двуколка остановилась у неприметного домика. Этьен хотел было удивиться, но, вспомнив издевку Иля насчет «парадного входа», промолчал.

На заднем крыльце дома обнаружился очередной спуск в подземные катакомбы.

Идти пришлось долго, не менее полустана. Зато выход из подземелья располагался в конюшне дома герцогини.

Иль провел друзей в холл, где они смогли оставить плащи и шляпы, и направился к знакомой уже гостиной. Этьену и Кёрнхелю ничего не оставалось кроме как последовать за ним.

В гостиной было неожиданно много народу. В кресле у камина расположилась сама Мари, за ее спиной, скрестив руки на груди, замер сухощавый, полностью седой человек лет сорока, у зашторенного окна на подоконнике сидел сереброволосый эльф с необычайно синими глазами, не похожий на лесного. Также в гостиной обнаружилось пять человек с совершенно неприметной внешностью, высокий статный юноша с аристократичными чертами лица, пожилой человек с короткой русой бородой и болезненно худой темноволосый мужчина в черной одежде. Его светлые глаза светились каким-то странным светом… и он сразу же категорически не понравился Этьену.

Герцогиня приветственно кивнула вновь прибывшим и жестом указала графу на кресло с другой стороны камина. Кёрнхель незаметной тенью замер за его спиной – в отличие от Иля и самого Этьена, он так и не снял плаща, и сейчас капюшон по-прежнему скрывал его лицо от всех присутствующих.

– Я рада приветствовать всех собравшихся здесь членов Тайного Ордена, – звучно проговорила Мари. Все присутствующие вставали, кланялись хозяйке дома и садились обратно.

Тогда-то Этьен и заметил еще одного человека. Широкоплечий, высокий мужчина, сидевший в дальнем углу, так же как и Кёрнхель, остался закутанным в плащ.

– Также я рада представить всех вас новому члену нашего Ордена… – Герцогиня по очереди назвала имена и должности.

Сереброволосого эльфа, оказавшегося представителем высоких или светлых эльфов, звали Найал-кениа; седого человека, стоящего за спиной Мари, – Эррет, он являлся владельцем нескольких таверн Атана. Пятеро «неприметных» носили столь же незапоминающиеся имена, как и их внешность, и были «простыми жителями». Юноша-аристократ – Леорри де Марене, барон Ингемский, русобородый – глава одного из отделов стражи Атана. Темноволосого худого человека звали Ян, кем он был, Мари не сказала.

Слушая хозяйку дома, Этьен мысленно усмехался. Она даже на миг не усомнилась в том, что граф согласится стать членом Ордена.

«Я, в общем-то, тоже в этом не сомневался», – усмехнулся Эстаи.

«И ты здесь…»

«Конечно. Мне же интересно куда ты впутался, Хранитель».

Когда герцогиня назвала всех, кроме закутанного в плащ мужчины, повисла пауза. Этьен вопросительно на нее посмотрел, и Мари, тяжело вдохнув, объявила:

– Грегориан, инквизитор третьего ранга. Глава Тайного Ордена в Атане.

Тот поднялся, сбрасывая плащ.

Он был черноволос, гладко выбрит, на лице виднелось несколько шрамов. Взгляд открытый, прямой – но тем не менее граф почувствовал, как в его душе поднимается волна ненависти. Он подался вперед, опуская ладонь на рукоять шпаги – Кёрнхель тут же положил руку ему на плечо.