Работа для героев - Михаил Калинин

– Все очень просто… – вдохновенно начал Рамил.

– Мэтр, – прервал его Джошуа, – вы точно уверены, что стоит вдаваться в детали до начала процедуры?

– Ну хоть кто-то из них соображает, – пихнула Паки лучница локтем в бок.

Паки важно кивнул.

– Хуже не будет, – уверенно заявил старший чародей.

– Не будет, – авторитетно поддержал его дракон.

Кай, скрестив руки на груди, молчал, судя по выражению нахмуренного лица, не имея сил участвовать в этой идиллии взаимопонимания видов.

Джошуа в душе был с ним полностью солидарен.

Но мэтра Гаренцворта уже было не остановить. Все сошлось как по нотам: вдохновение, новый интересный собеседник, возможность опасного и непроверенного, но демонски интересного эксперимента, фионнитовая обоснованность необходимости этого эксперимента для их миссии, наличие всех компонентов и свободного времени… Результат был предрешен. Такие мелочи, как недавняя схватка, трупы вокруг, шаткость некоторых формул в их теории не могли отвратить его от попыток реализовать задуманное.

Джошуа вдруг отчетливо понял одну из причин, по которой новатор и исследователь, один из лучших волшебников-практиков нескольких поколений был так гоним и преследуем собственной братией, большая часть которой училась в свое время по его работам, как разрешенным, так и запрещенным.

Именно из-за этой неуемной жажды узнать неизвестное, познать непознанное, опробовать неопробованное. Навязчивая тяга воплощать свои догадки, несмотря на риск как для себя, так и для окружающих, которые, как ни старался или ни пытался убедить себя в этом Рамил, также могли пострадать; эта способность радоваться искренней, почти детской радостью любым новым знаниям; эта готовность поверить тем, кто стал или только прикинулся единомышленником – вот что делало бывшего архимага Арана тем, кем он был. Легендарным изгоем мэтром Гаренцвортом.

– Мы собираемся использовать вашу кровь, чтобы на ней заключить с вами некоторое подобие контракта. Хотя столь официально называть его не стоит. Скорее это уговор, включающий в себя взаимные обязательства, как с вашей, так и с нашей стороны. Специфика его позволит нам узнать известную вам информацию и защитит нас от возможного вреда с вашей стороны.

– А защитит ли она меня от ваших попыток? – уточнил дракон.

– Наглая змеюка! – возмутилась Майриэль.

– А по-моему, вопрос резонный, все же первыми напали именно вы.

– Скажем так, – вмешался Джошуа. – Если ты дашь нам свое Слово, что будешь сотрудничать и не причинишь нам вреда, тем самым получишь право рассчитывать на соответствующее отношение.

– То есть мне вы подобного Слова не дадите?

– Это будет зависеть от того, что ты расскажешь.

– Кстати, – решил все-таки высказаться Кай, – пять минут, которые ты просил, уже давно истекли, а ты не сказал нам еще ничего, что могло бы нас заинтересовать.

– Хм, и верно, – задумался дракон. – Вам ведь нужна принцесса? Такая крикливая девица с каштановыми волосами?

– Тебе это прекрасно известно.

– Хорошо. Вот вам полезная информация. Принцесса жива и здорова. По крайней мере, так было сегодня утром. Как? Сойдет для первого раза?

– Вполне. Если это правда.

– Чистейшая. Ну а о том, что в случае моей гибели ее ждет печальная судьба, думаю, говорить излишне?

– Уже угрожаешь?

– Ну что вы. Все еще пытаюсь быть вежливым и полезным.

– А похоже на угрозу.

– Это все от негативного отношения.

– Да он просто время тянет, – догадалась Майриэль. – Берите уже с него это Слово, и пусть выкладывает все как на духу.

– Ну вот, опять обвинения, – опечалился дракон.

– Довольно. Рамил, Джошуа, – махнул рукой Кай. – Начинайте, и прошу, заканчивайте поскорее.

– Да пора бы. Паки устал ждать, – весомо заявил Паки.

Явно расстроенный от невозможности обсудить с испытуемым некоторые моменты эксперимента, мэтр Гаренцворт приступил к приготовлениям. Для начала он драконьей кровью начертал на лбах каждого из присутствующих соответствующие руны, долженствующие разделить силу Слова между всеми ими равномерно.

– А не будет ли это излишним? – полюбопытствовал Кай, убирая волосы со лба.

– Нет ничего лучшего, чем прямой контакт с ингредиентом, – успокоил его Рамил.

– А эта гадость хорошо отмывается? – спросила Майриэль, не торопясь подставиться под добрую руку старшего чародея.

– Не хуже обычной крови, – успокоил ее Рамил.

Закончив малевать на спутниках руны, он и сам подставил лоб под осторожные росчерки младшего мэтра.

– Ну и идиотский же у нас вид, – подытожила Майриэль, когда каждый получил себе по знаку на лоб.

– Майриэль, – строго сказал старший чародей, – будь добра, проникнись важностью момента. Быть может, впервые за три сотни лет смертные заключают договор с драконом. Этот момент сам по себе достоин того, чтобы сохраниться в памяти потомков.

– Не впервые, – возразил дракон. – Но об этом позже.

– Тебе-то откуда знать, змеюка? – усомнилась эльфийка.

– Я был последним, кто заснул.

– Ты слышал? – возмутилась лучница. – Теперь он, похоже, за ритуал.

– Значит, Слово – это все же не просто старая легенда? – не смог сдержать любопытства младший мэтр.

– Ваши сказки и легенды – это отголоски ваших же прежних знаний. Которые, насколько я могу судить, хоть и развивались в мелочах, многое утеряли в основном.

– В чем-то он прав, – согласилась с ним остроухая шовинистка.

– Давайте уже закончим, – сказал Кай. – Рамил, не отвлекайся, а вы все – умолкните и проникнитесь… важностью момента.

Пока все присутствующие в меру сил, способностей и желания пытались исполнить приказ командира, мэтр Гаренцворт продолжил. По мановению его посоха котелок с остатками крови неторопливо взлетел и, перемахнув через голову дракона, повис в воздухе на уровне его глаз.

– А-а, самая древняя и самая действенная магия, – похвалил дракон.

Кровь из котелка потянулась к его голове, замерла ненадолго, словно решая, где на его вытянутой морде начинается и заканчивается лоб. После чего, очевидно выбрав подходящее место, поставила росчерк руны жирным щедрым мазком.

В очередной раз Джошуа восхитился мастерством мэтра Гаренцворта, способного левитирующей субстанцией рисовать нужные руны почти вслепую. Ведь несмотря на явную симпатию к их пленнику, встать перед его мордой он все же не решился. Или ему хватило благоразумия этого не делать.

– Превосходно, – похвалил дракон, повернувшись к ним профилем и усиленно кося глаза на результат труда мэтра Гаренцворта. – Я бы даже сказал, мастерски. По крайней мере, я буду уверен, что мне не оторвет голову в самый ответственный момент, когда заклинание достигнет своего пика.