Грозный отряд - Люк Скалл

Бродар Кейн поскреб подбородок. Он наконец нашел время побриться и теперь выглядел гораздо лучше.

— А кто командует этой армией, если вы ничего не имеете против моего вопроса?

Брианна нахмурилась. Выглядела она весьма обыкновенно: высокая и изящная, одетая в непримечательное синее платье. Тем не менее Саша поняла, на что способна Брианна, когда та разогнала стражников на другом берегу канала. В результате этой зрелищной магической атаки никто не погиб — и Саша подозревала, что таков и был замысел Брианны. Это было проявлением сдержанности и полной противоположностью жестокому тирану Сонливии. Со временем Саша все больше восхищалась этой женщиной.

— Каждый из трех батальонов наемников возглавляет свой генерал, — ответила Брианна на вопрос старого варвара. — Генерал Зан командует армией в целом. Он несравненный воин и прекрасный тактик.

Заговорил темнокожий убийца.

— Генерал Зан может быть непостоянным, — предупредил он тихим, свистящим голосом. Вероятно, шамаатанец каким-то образом избежал петли у себя на родине. Опыт приближения к смерти явно оставил на человеке неизгладимый след.

«Некоторые раны никогда не заживают, — подумала Саша. — Мы можем прикрыть их и сказать себе, что мы в порядке, но шрамы никуда не исчезают, и их видит весь мир». Ей нужна лунная пыль. Нужна так сильно, что у нее вспотели ладони.

— Генералы сумнианских наемников добиваются своих постов исключительно проявлением доблести в сражении, — продолжил убийца. — Любой воин батальона может бросить вызов, чтобы занять пост командующего. Ему надо лишь победить действующего генерала в бою до смерти. Генералу Зану очень давноне бросали вызова… — Последняя фраза завершилась зловещей тишиной.

— Ему нравится биться без доспехов, — добавил Коул. — И он огромен. Больше всех, кого мне приходилось видеть.

Трехпалый нахмурился.

— Он угрожал вздрючить меня в зад.

Убийца потер шею.

— У генерала странное чувство юмора. Но он — грозный командир. Делайте, как он велит, и не задавайте вопросов.

— Я надеюсь, что смерть Салазара предотвратит сражение, прежде чем стороны понесут серьезные потери, — сказала Брианна. — Я сама из Сонливии. И не хочу видеть, как моих людей убивают в войне, чтобы убрать тирана, к которому они не испытывают никакой любви.

— Не бойтесь, госпожа Брианна, — сказал Коул излишне громко, при том что все стояли всего лишь в нескольких футах. — Я дал клятву уже давно. — Он помолчал несколько секунд, чтобы заглянуть в глаза каждому. — А когда Даварус Коул говорит, что он что-нибудь сделает, вы можете считать, что это сделано. Салазар умрет. — Широким жестом он выхватил Проклятие Мага из-за пояса и стал потрясать им в воздухе. Кинжал красиво заблестел в лучах солнца, к явному удовлетворению Коула.

Саша расстроилась, но не подала вида. Джерек оказался не столь сдержанным.

— Эта черрртова штуковина меня уже достала, — проворчал он. — Убери ее. А еще лучше — используй, чтобы побрить подбородок. Ты выглядишь как придурок.

Несмотря на всю свою неприязнь к Волку, Саша была вынуждена согласиться с ним.

— В лагере ополченцев будет полным-полно народа, — сказала она. — Некоторые из них могут тебя узнать. Тебе следует избавиться от бороды. И подстричь волосы. Я помогу.

Коул, похоже, собирался возразить, но заговорила Брианна:

— Да, новая внешность. Более суровый вид. Как подобает человеку действия, — добавила она с легкой улыбкой.

Она попала в самую точку. Коул принял задумчивый вид и затем кивнул.

— Ты должен избегать всяких подозрений, пока не окажешься в городе, — продолжила Брианна. — Об остальном позаботится наше доверенное лицо.

Саша хотела послать весточку Гарретту и остальным Осколкам, но Брианна настаивала на том, чтобы их посланник провел в Сонливии как можно меньше времени. Белая Госпожа раскрыла свои карты, когда ее агенты пытались убить Салазара в прошлый раз, и тиран будет начеку в отношении странных бледных женщин. Если посланника каким-то образом схватят, то их заговор, ставящий целью убийство лорда-мага, потерпит неудачу.

Саше пришла в голову мысль.

— А где Айзек? — спросила она.

С тех пор как «Ласка» спасла их от преследования солдат, слуга держался в высшей степени неприметно. Коул отчего-то сразу его невзлюбил.

— Здесь, — донесся приглушенный голос слуги. Притаившись за штабелем ящиков, он яростно строчил что-то на куске пергамента. — Я просто кое-что сочинял. Оду героям, можно сказать.

Саша нахмурилась.

— Это — лютня?

Айзек опустил взгляд на маленький деревянный инструмент, лежавший рядом.

— Ну конечно. Просто не верится, что она пережила наши приключения.

Брианна, похоже, была поражена.

— Лютня — один из любимейших инструментов моей госпожи. Ты хорошо на ней играешь?

— Довольно сносно, — скромно ответил слуга. — Мне еще многому нужно учиться.

Бродар Кейн покачал головой и грустно улыбнулся.

— Зная юного Айзека, я полагаю, это значит: он может сыграть так, что заставит рыдать камни. А есть ли что-нибудь такое, чего ты не умеешь делать, парень?

Слуга пожал плечами, и на лице его отразилась задумчивость.

— Я стараюсь узнать понемногу обо всем. Тем не менее есть еще очень много всего, в чем я не смыслю.

— Такова жизнь, — глубокомысленно заметил старый варвар. — Ты, Айзек, полезный человек, чтобы путешествовать вместе. И не однажды спасал наши шкуры.

Джерек кивнул.

— Да, — подтвердил он. — Ты все делал как надо.

«От такого психа, как он, — подумала Саша, — вряд ли можно ожидать более высокой похвалы».

Коула, казалось, все это сильно обеспокоило.

— Да, и у нас были свои приключения, не так ли, Трехпалый?

Бывший заключенный пожал плечами:

— Конечно. Если ты считаешь приключениями то, что нас бросали из одной дерьмовой дыры в другую и к тому же мы чуть не утонули.

— А как насчет грандиозного побега? Помнишь, как я спас Соумана?

— Да, но он все равно умер. Тот летающий Манипулятор всадил стрелу в его костлявую голову.

— И я заставил его заплатить за это, — сурово ответил Коул.

— Да это я с ним покончил.

Лицо Коула помрачнело.

— А сколько стражников тыубил? Давай посмотрим. — Он поднял руку и начал считать на пальцах. — Один. Два. Все? Забавно, не могу больше припомнить. А на лодке, которую я уничтожил, была по крайней мере дюжина…

— Я уверена, что твои героические действия заслуживают долгих рассказов, — вежливо встряла Брианна. — Но твой величайший подвиг — еще впереди. Мы отплываем на закате.