Война Цветов - Тэд Уильямс

Тео дрогнул. Именно Штокрозы поручили Пижме доставить его, Тео, в город — значит, это родственник того, чье засушенное сердце прислали Пижме в коробочке. Тео среди всех треволнений совсем позабыл про них. Не похоже, впрочем, что этого лорда недавно постигло горе. На нем красивый, слегка мерцающий костюм, и сам он красив по удлиненным эльфийским канонам, но ростом для Цветка маловат. Если не считать очков без оправы, он словно сошел с картины эпохи Возрождения — такой мог бы стоять рядом с троном и улыбаться бедняге Колумбу, который просит Изабеллу и Фердинанда одолжить ему парочку кораблей. Он удивил Тео, улыбнувшись почти любезно.

— Вот мы и встретились наконец, мастер Вильмос.

— А это хозяин дома, лорд Нарцисс, — представила леди Амилия.

«Лорд Одуванчик ему подошло бы больше», — подумал Тео. Высокий по чьим угодно стандартам, с буйными волосами, торчащими во все стороны, сильной челюстью и бородкой, недалеко ушедшей от щетины. Одет в песочного цвета костюм, элегантный и неформальный одновременно. Из всех знакомых Тео Цветков он один выглядел пожилым мужчиной — и это, очевидно, значило, что на самом деле он глубокий старец. Этакий энергичный бизнесмен лет шестидесяти — из тех, что покупают твою фирму, выкидывают тебя на улицу, отбивают у тебя подружку и увозят ее на яхте.

— Надеюсь, вас хорошо здесь приняли? — Тон лорда Нарцисса предполагал, что на уме у него тысяча вещей поважнее этой.

Трудно было не преклонить колени перед этим вельможей и еще труднее не ограничиться таким же светски-учтивым ответом — но Тео начинал думать, что, кем бы он ни оказался в действительности, человеческий подход к вещам может принести ему некоторую пользу и здесь.

— Потолок у меня в комнате не протекает, но нельзя сказать, чтобы меня снабжали достоверной информацией.

Лорд Нарцисс поднял бровь ровно настолько, чтобы выразить легкое юмористическое пренебрежение, и Тео невольно восхитился точностью его мимики. Может, у главы дома есть специальная гоблинка для выщипывания и подравнивания бровей?

— Вы хотите сказать, что вас обманывают? Что мы пользуемся своим преимуществом?

— Я хочу сказать, что последним узнаю о том, что меня непосредственно касается. Речь идет о результатах ваших анализов, леди Амилия: мне стало известно, что согласно им я не смертный, а эльф. Это правда?

Она улыбнулась — сочувственно, с легким оттенком грусти. Черт, неужели они никогда не теряют самообладания?

— Вы, должно быть, имели беседу с молодым Кумбером. Мне докладывали, что ночью он выпил лишнего. Я очень привязана к этому мальчику, которого знаю со дня его рождения, и к его матери тоже — но, несмотря на полученное им образование, скромности он так и не научился.

— Прошу прощения, миледи, но пусть скромность идет куда подальше. Правда это или нет?

Лорд Нарцисс сделал нетерпеливое движение, но леди Амилия спокойно, все с той же улыбкой ответила:

— Да. Вы... один из нас.

— Из вас, то есть из Нарциссов?

— Ну уж нет, клянусь руинами Собора! — фыркнул глава дома. — У нас младенцы не пропадали!

— Прошу вас извинить моего брата, — сказала леди Амилия. — Он не хотел быть грубым, но мы в отличие от некоторых других домов действительно хорошо заботимся о нашем потомстве. Вы, как мне сказали, знакомы с моим сыном Цирусом — разве похоже, что он воспитывался в доме, способном безразлично отнестись к потере ребенка?

«Похоже, что в доме, где он воспитывался, придают слишком много значения деньгам и слишком мало — чувству ответственности». Вслух Тео этого не сказал, понимая, что эльфы смотрят на родительские обязанности не совсем так, как смертные.

— Очень хорошо. Откуда же я в таком случае взялся?

— Этого мы не знаем, мастер Вильмос, — сказал лорд Штокроза. — Нам лишь известно, что некоторые из ведущих домов уже давно наблюдают за вами. И что недавно произошло нечто, придавшее их интересу более активный характер. Наш... источник, имеющий доступ в эти дома, дал понять, что от наблюдения они намерены перейти к другим действиям. — Лорд, говоря это, не сводил с Тео пристального взгляда — проверяя, возможно, поспевает ли тот за ним. — В этой точке событий мы решили, что пора вмешаться. Знаете ли вы что-нибудь о том, что у нас здесь творится? О наших политических партиях?

— Я в них совсем запутался — но в общем-то да, имею понятие. Вьюны, Сорняки, все такое. Все спорят о том, мочить смертных или нет. Мне рассказывали.

Штокроза позволил себе усмехнуться.

— Хотел бы я послушать, как вам это излагали. Итак, если вы в курсе, то, возможно, поймете, почему мы не могли позволить нашим противникам действовать, как им вздумается. И отчего ваша персона вызвала у нас некоторое любопытство.

— Непонятно все-таки, почему я. Мы с вами говорим о Чемерице и Дурмане, правильно? Для чего я мог им понадобиться?

— Мы не знаем, — признался Штокроза, — но они, несомненно, будут огорчены, узнав, что вы у нас.

— Вы их известите об этом?

— У него вопросов тьма-тьмущая, — вступил в разговор Нарцисс. — Какова бы ни была его истинная природа, смертное воспитание определенно превалирует. — Судя по его тону, он не находил в этом ничего хорошего.

— Подождите! Я думал, вы на стороне смертных.

Нарцисс посмотрел на него свысока — как в переносном смысле, так и в буквальном.

— Мы, Симбионты, против уничтожения смертных и за сосуществование обеих рас. Это вряд ли идентично тому, что мы «на их стороне».

Тео, усталый и подавленный, откинулся на спинку своего стула. Он, может, и не смертный, но думает и чувствует, как они. Не очень-то весело постоянно слышать о том, как все вокруг ненавидят тебе подобных.

— Простите мне мою смертную наглость, но я все-таки хотел бы знать, собираетесь ли вы сообщить моим потенциальным убийцам, что я нахожусь у вас.

— Не похоже, чтобы вас действительно хотели убить. — Лорд Штокроза по крайней мере говорил с ним, как с представителем того же биологического вида. — Это составляет часть всей загадки. Нам не меньше вашего хотелось бы знать, зачем они охотятся за вами с таким упорством. Узнав о вашем местонахождении, они, как мы надеемся, подумают, что нам уже все известно, и либо откажутся от своих планов, либо перестанут скрывать их.

— А я выступаю в роли рудничной канарейки, так, что ли? Ну, скажите честно. Если меня опять попытаются убить, то я в самом деле что-то значу.

— Если они даже желают этого, то не посмеют, пока вы находитесь под моей защитой, — заверил лорд Нарцисс. — Это могло бы привести к новой Войне Цветов, а она не нужна никому, даже таким ярым Глушителям, как Чемерица.

Тео посмотрел в окно. Город за стенами дома Нарцисса тянулся до самого горизонта — лишь в одной стороне лежала огромная темная гладь Иса, то ли озера, то ли моря, с серебристыми корабликами на ней. Тучи почти разошлись, и небо поголубело. Тео впервые пришло в голову, что при наличии современных поездов и автомобилей он ни разу не видел здесь самолетов. Не потому ли, что некоторые эльфы способны летать самостоятельно? Но у самого богатого и влиятельного класса крылья отсутствуют, так что эта теория критики не выдерживает. Возможно, это как-то связано с изменчивой топографией — взять хоть нестабильность их железнодорожных станций. Тео уже собрался спросить об этом, но тут лорд Штокроза вдруг спросил сам: