Невеста поневоле - Доминика Арсе

Клесанцев. Бросила на ковер куклу кучерявую из искусно сшитого материала. Мозг затуманенный с тугим скрипом разгоняется и соображает, перебирая информацию. Маг сотворил убежище для своей семьи и ушел на войну с людьми — бабочками?!

Интересно, а он знал, что им сюда не пройти, делал все для этого? Торжествую. Замок принял меня. А автоматика распознала, как хозяйку. Пусть со сбоями. Но!

Выхожу из комнаты, размером с мини — футбольное поле. Из противоположной арки виднеется такая же. Да, весь этаж для детей. Поднимаюсь выше. Снова холл и картина огромная на всю стену. На ней изображена знакомая со второго этажа дамочка с красными волосами. Очень красивая, теперь я оценила.

На этаже две большие спальни. Кровати огромные и высокие под многослойным балдахином на четырех столбиках. Будто это интерьер из восточной сказки. Потолок — одно сплошное зеркало, вот это да! В комнатах по шесть статуй. Эти просто огромные. Метра под два. Мощные торсы и широкие морды. Сглотнула. Одно неверное слово и порвут ведь.

Потянулась к трельяжному шкафчику. А там драгоценностей горы! Спешно закрыла, отшатнулась. Валерия, не поддавайся, стой, все потом… Это чары! Нельзя поддаваться! Двинулась дальше, руки трясутся, схватить хотят, почувствовать кожей целое состояние, порыться в нем!!

Исследуя территорию, пришла к выводу, весь этаж по площади меньше нижних. Зато я разыскала лоджию. Вышла на открытый, знойный воздух. Перила мощные, мраморные. Вид на внутренний двор открылся великолепный. Отсюда и местность просматривается, стены замка ниже по уровню. По сторонам озираюсь. А лоджия, похоже, круговая. Стала обходить, любуясь пейзажами своих земель. Надо мной навес. Видимо, на верхнем этаже тоже есть балкон.

Зашла в другую спальню, отодвигая серебристые занавески, нависшие над аркой. Очаровательные комнаты и евроремонт на уровне. Ноги устали, к кровати подошла, но с опаской. И все — таки! Оно ж мое, с этой мыслью присела, а затем и разлеглась.

Легкий разряд.

— Приветствую тебя, Родерика Раетта Вальке! — Раздается чувственно и дальше та же песня про мебель и белье, про то, как всю жизнь по командировкам, дети растут, а он их не видит.

Лежу и слушаю «радио». Нежусь…

— Я прощаюсь с тобой, любовь моя, — говорит с горечью. — Пусть этот дом напоминает о нашем счастье. Когда ты будешь здесь, вероятно, меня уже не станет. Как жаль… И если ты решишь уйти из этого дома, не примешь мой дар. Просто разбей сердце замка, чтобы не осталось следов. Если ты захочешь узнать обо мне былое, обратись в синий очаг, будущее, если не страшит тебя — прикоснись к красному очагу. Прощай, моя любовь. Твой навсегда Ревалту Гаянэ Альбус.

Трезвеет сознание. Альбус!!

Тот призрак с красными глазами в гардеробе особняка моего! Он ли это? Просто совпадение или его родственник?! Третье имя что означает? Сын? Внук? У кого бы спросить. У самого Альбуса если только. Но центр управления Друма обмолвился, что это всего лишь образ памяти, имитация или что — то вроде. Как же все тут взаимосвязано! Но и фигурки ж с Друма, что под моим особняком.

Одни вопросы!

Вскочила, взбодрившаяся от мыслей острых. Решила еще выше подняться. Очередной этаж оказался обеденным залом с крупными арками, из которых виднеется вечереющий Балейск. Широкими шагами вышла на земли свои посмотреть. Все как на ладони. Царица с башни взирает надменно на свои угодья. Лепота…

У стен суету заметила. Всадники гоняют вокруг, кричат что — то. Из леса выходят все новые и новые люди. Всматриваюсь, фокус навожу, щурясь. Зрение у меня острое стало после всех абгрейдов и мучений. Не мои это ребята. Но вполне себе знакомые. Люди соседа моего барона Ролана! Мальчишек его узнала, детин еще тех! Пытаюсь разобраться в их суете. Они что, замок хотят штурмом брать?! Или осаду готовят?! Человек пятьдесят уже набежало.

Горло продираю.

— Эй! — Кричу. Не слышат, будто я под куполом. Внешний звук — пожалуйста, а отсюда никак. Информационная безопасность на высоте.

Покричала немного, развернулась ни с чем и взвизгнула. Стоит передо мной призрак синий, ждет чего — то.

— Здрасте! — Фыркаю.

— Валерия Раетта Вальке, — начал деловито. — На замок напали. Принять действенные меры?

— Нет! — Воскликнула. — Вы кто вообще?!

— Замок еще не врос корнями в землю, и нет подпитки, процесс займет цикл одного солнца, — продолжает, игнорируя мои вопросы. — Бездействие может способствовать вторжению низших.

— Кого?!

— Валерия Раетта Вальке, низшие применяют магию легкого порядка. Принять действенные меры?

— Нет! Отставить! Стоп! Нельзя! Фу! Брейк! Табу! — Рычу. — Как еще объяснить тупоголовому призраку, что не надо трогать людей, человечков, низших, слабых и обездоленных!

Стоит, смотрит, будто слова мои переваривает. Сервер подгружается что ли?

— Где два низших, что были со мной? — Вымученно простонала.

— Нейтрализованы, — отвечает быстро. — Убить их или будете пытать?

— Где они?!

— В темнице, — быстро ответил. — Убить их или будете пытать?

— Освободить!

Пропал призрак. Так…

Спускаюсь, жаба душит, еще бы выше подняться, там помещения башни должны уже начинаться. Плюс комнаты плохо обшарила, два сундука я приметила в спальне. И в трельяже бы порылась основательно. Дуууушит жабка — то.

— Валерия! — Раздался визг Лариэля.

Спешу к ним. А они навстречу. Морды осунувшиеся, без вещей и оружия бегут ко мне обниматься.

— Там такие подвалы! — Пищит Алариэль. — Замок продавливает грунт. Ты не чувствовала землетрясенья?

— Нет. Но… похоже все вокруг почувствовали. Вон Роланские ребята прискакали. Или они на катаклизм сбежались?! Ой! Что теперь обо мне подумают!

— Валерия. В подвалах узники есть, — прошептал Лаэль. — Живые.

— То есть как?!

— Замороженные, — уточняет Алариэль и начинает дрожать. — Глаза шевелились, я видела. Просто огромные! Валерия! Давай уйдем отсюда, пожалуйста!

Выскочили из здания, будто за нами маньяк с бензопилой бежит. Двинулась к воротам. А там уже люди стоят! Остановилась, Обернулась к эльфам. Уши прижали, затряслись, усмотрели среди толпы и рыцарей.

— Зашнуруй, — прошу с виноватой гримасой. Эльфийка принялась шнуровать платье, пальцы у бедной заплетаются.

— Ты такая красивая, Валерия, — признается эльфийка, шепча в левое ухо. — И платье просто изумительно.

— Прости, Валерия, — причитает Лаэль у другого уха. — Потерял я артефакты. Их было слишком много. И магия на них не действует, а на нас действует. Древняя магия, очень древняя…

С платьем закончили, поспешили к арке. Солдаты меня увидели. Глаза выпучили, отступать стали. Ролан возник с глазами по пять копеек, смотрит на меня секунду, затем кричит своим: