Шпаргалка для некроманта - Дарья Сорокина

– Да уж. Идем? – Синд протянул ей серебряный лом.

Ужасы прошлой стычки с келпи будоражили сердца двух некромантов, но хуже всего был страх опоздать и найти знакомых мертвыми. Именно тревога гнала Синда и Натт вниз по старым каменным ступенькам.

Почти ничего не напоминало о том, что место было затоплено. На сухих стенах висели сферы, освещая ведущий вглубь коридор. С каждым шагом волнение нарастало, а дыхание становилось тяжелее.

– Если там больше нет воды, то и речной лошадки может не быть, – предположил Синд, и девочка кивнула.

Слова друга немного приободрили ее, когда от крипты их отделяла неплотно прилегающая дверь.

Внутри раздавались голоса двух мужчин. Они громко спорили, а один явно злился на второго. Разобрать, о чем говорили незнакомцы, не удавалось из-за мучительных стонов. Стонала женщина, плакала, хрипела и умоляла отпустить, но никто ее не слушал.

– Там точно не наши одногруппники, – сердце Натт сжалось от боли за страдающую по ту сторону двери. – Что будем делать?

– Не знаю, – прошептал Синд. – А если они стихийные маги? Мы справимся?

Девушка мысленно потянулась наверх в поисках подпитки или, на худой конец, могилы, чтобы создать нексу, но, увы, они сами постарались освободить кладбище от старых останков.

– Надо бежать за помощью. Мы одни ничего не сделаем, – покачала головой некромантка.

– Пока доберемся до Тэнгляйха, эти двое уже убьют свою жертву.

Точно в доказательство слов заклинателя, женщина слабо закричала, снова захлебываясь кашлем и рыданиями.

– Попробуем ее незаметно вывести, пока эти мерзавцы ругаются, – предложила Натт и осторожно потянулась к двери.

Потная ладонь соскальзывала с круглой ручки. Девочка зажала лом между ног и попыталась помочь себе второй рукой. Петли были хорошо смазаны, и створка легко распахнулась. Некромантка тут же потеряла равновесие, пошатнулась и с грохотом выронила инструмент.

Две пары тяжелых сапог застучали по каменному полу, и оба студента зажмурились в ожидании атаки двух извергов, мучающих в подземелье женщину.

– Форсворд, Мёрке? Какого демона вы тут забыли? – Деард Рё’Тен был скорее растерян, нежели зол.

Он резко спрятал за спину крохотный мерцающий шарик и обреченно обернулся к алтарю крипты, на котором мучительно умирала Йоханна Стаат.

– Деард, уведи их отсюда, дальше я сам, – Йеден забрал артефакт из рук магистра и подтолкнул его к студентам.

– Шагайте за мной, – сказал Рё’Тен таким тоном, что спорить Натт и Синд не решились.

Где-то на середине подъема некромант вновь напустил на себя строгий вид.

– Я требую объяснений. Что вы делаете в Элскер Крик, особенно после объявления о грозящей близ озера опасности и запрете покидать территорию академии?

– А вы? – хмуро спросил Форсворд.

В тот же миг Деард схватил студента за горло и приложил о стену. Несильно, но мелкие камешки все равно посыпались с потолка.

– Тебя это не касается, адепт! Сегодня же сделаю так, что вы вылетите из академии! – процедил магистр.

– Не посмеете. Мы теперь знаем ваш маленький секрет, – серые глаза юного Форсворда недобро блеснули. – Если одни поверят в чудесное исцеление Йоханны, то у других могут возникнуть вопросы.

– Мёрке, поднимайся на поверхность. Мне нужно поговорить с твоим замечательным другом, – губы некроманта подрагивали в попытке непринужденно улыбнуться. Деард убрал руку, и Синд потер покрасневшую шею.

Натт постояла в замешательстве, недоверчиво поглядывая на участников сцены, но когда Форсворд утвердительно кивнул, нехотя пошла наверх. Увиденное в крипте не выходило из головы, а крики девушки до сих пор звенели в ушах. Йоханна сама хотела смерти. Молила о ней. От этого желания содрогались старые стены. Страх пробирал до костей. Почему же мужчины отвезли больную сюда, а не к целителям?

Девочка потерла виски, вспоминая отвратительное происшествие в мертвецкой и гадкие слова Гостклифа Анда: «Давай расскажи мне сказки, как ты закопаешь ее в землю и не попробуешь воскресить!»

Но ведь госпожа Стаат жива. Пока что…

Наверху было тихо и спокойно. Ужасы и отчаяние остались в склепе. Натт вздрогнула, мазнув взглядом по темному силуэту лошади, но, отметив большие белые пятна на боках Торна, выдохнула и подошла к нему. Интересно, чувствовал ли мертвый конь страдания своей хозяйки? Натт вгляделась в черные блестящие глаза, но не нашла ответа. Просто оболочка. Не факт, что душа настоящего питомца живет внутри. Вполне вероятно, тело занял хитрый бессат морт и лишь притворяется Торном, чтобы ему позволяли существовать. А если такое проделать с человеком? Мёрке покачала головой. Плохие мысли, неправильные вопросы. Людям возвращаться нельзя. Особенно любимым. Так часто говорил на занятиях Деард Рё’Тен.

Синд и магистр вернулись довольно быстро, и девочка не могла не заметить, с каким превосходством держался друг. Мужчина же, напротив, ссутулил плечи, но вокруг него сгустилась такая убийственная аура, что Натт поняла – юный Форсворд нажил себе врага в лице своего преподавателя.

– Это Торн? – Деард удивленно уставился на дредхоста.

– Извините, магистр Рё’Тен, мы очень торопились и решили взять лошадь из вольера Йедена Стаата. Синд рассказал вам, что случилось? – Мёрке пыталась прочитать эмоции педагога. Злился? Разочарован? Боится?

– Рассказал, – сухо ответил некромант, не глядя на Форсворда. – Как ты это сделала?

Натт хотела возмутиться. Разве это важно сейчас, когда четверо студентов бродят где-то по окрестностям, рискуя встретить келпи?

– Но, магистр Ре…

– Я задал вопрос, адептка Мёрке. Как. Ты. Приручила. Дредхоста. Йоханны?

Казалось, лишнее слово или неповиновение, и Деард сорвется.

– Думала о Бьелке. Вспоминала, как подружилась со своим жеребцом. И начала стягивать тянущиеся от Торна черные нити…

– Ты видела черные нити? – профессор немного смягчился, не скрывая внезапно возникшего интереса.

– Я и сейчас их вижу.

– Занятно. Форсворд, а ты видишь что-то необычное вокруг дредхоста?

– Нет.

– Хорошо, хорошо, – задумчиво повторил Рё’Тен.

Затем магистр прикрыл глаза и резко хлопнул в ладоши. Вокруг появилось несколько разломов, из которых раздавались мерзкие, визгливые крики. Баллтрэ вылезали наружу, цепляясь коготками за края, и втягивали ночной воздух уродливыми носами.

– Вы двое отправляетесь обратно в академию. Я прослежу за тем, чтобы с вами ничего не приключилось.

– А как же наши одногруппники? – в один голос возразили Натт и Синд.

– Вас разыграли. Весьма жестоко. Но наказаны будут все. Они – за злую шутку, вы – за доверие, непослушание и глупость. Два идиота с тягой к геройству.