Свет. Испытание добром? - Юлия Федотова

Нет, не четверо. Пятеро!

– Что, хватило совести остаться? – угрюмо бросил Черный Легивар.

– Хватило, – печально подтвердил Семиаренс Элленгааль. – Вы простите моего дядюшку, он порой бывает излишне резок.

– Вот именно! Излишне! – пробурчал Йорген.

Переговоры оказались серьезным испытанием для его нервов. Чувствовал он себя плохо: мелко-мелко дрожало все внутри, так бывает после опасного боя, в котором чудом удалось выжить. Причем случается подобное не только с юнцами, впервые взявшимися за боевой меч, но и с самыми закаленными из воинов, просто они в том никогда не признаются.

– Мы здесь по делу, между прочим, – уточнил Йорген.

– Да, я понял. Вы пришли остановить войну. Что ж, вам это удалось. Я восхищен.

– Вот еще, – передернул плечами Йорген, он все еще был зол. – Потащились бы мы в такую даль ради одной вашей войны! Мы тебя искали. Чтобы ты по дружбе рассказал нам все, что тебе известно про грядущий Свет. И только попробуй уклониться! Да! И еще ты должен… все вы, альвы, должны мне двести крон золотом! Чтобы я смог заказать себе новый медальон. Это был лучший экспонат моей коллекции! – Он хотел, чтобы величина его жертвы была оценена по достоинству. Что ж, ему удалось произвести впечатление.

– Велик мир и странен! – прошептал Семиаренс Элленгааль. Светлые альвы всегда так говорят, если чем-то безмерно удивлены.

…Раз в тысячелетие приходит на землю Тьма. Некто по злому, по доброму ли умыслу либо случайно, из любопытства, спускается в зловещие подземелья в скалах Хагашшая и открывает ей путь. Она выползает и повисает над миром – скучная, серая, жаркая мгла, запачкавшая собою небо. И в этой мгле плодится воинство ее – кровожадные ночные твари, враги всего живого. Зубами и когтями прокладывают они дорогу Тьме, и та расползается, захватывая все новые и новые земли. Но для ее окончательной победы одних тварей мало – судьбу своего мира решают живые. И если они позволят взять верх Воплощению Тьмы, смертному, добровольно впустившему в душу Зло, – наступит конец времен. Мир перестанет принадлежать живым и уподобится мрачному Хольгарду – грешные души чужих мертвецов заселят его. Но если Воплощение терпит крах – Тьма отступает на тысячу лет.

Только победу смертным праздновать рано.

За Тьмой следует новое испытание: Свет. Другая сторона в игре правящих мирозданием сил. Цель у него схожая: превратить мир в загробный, истребив все живое и населив его душами чужих праведников. Но путь – иной. Ведь в небе нет пещер, нет вместилищ, каковые можно отворить или, наоборот, закрыть. Все происходит по-другому.

Воинство Тьмы – это ночная нежить. Воинством Света становится один из смертных народов: люди, гномы, светлые альвы – как карта ляжет. На этот раз выбор фатума пал на людей. В их руки попал источник чудесных артефактов, способных управлять разумом смертных. В их умах родилась идея о всеобщем благе, о мире, свободном от всяческого зла. Они, вознамерившись построить дивный Регендал на земле, развязали войну «праведного» с «греховным», взяли на себя роль судий и палачей.

На самом деле историческая роль сторонников новой веры проста – споспешествовать истреблению смертных, проторив путь убийственному Свету. Но жизнь умеет себя защищать, ни Тьме, ни Свету она не сдается без боя. Чтобы мертвое одержало победу, надо преодолеть волю живых к жизни. И вот для этого нужны магические яйца! Пока они спят, чары каждого в отдельности слабы. Но таинственный источник создает все новые и новые артефакты, а поклонники новой веры разносят их, как заразу, по городам и весям, подчиняя все новые и новые земли, бросая в костры все новые и новые жизни.

Зачем надо жечь колдунов? Чтобы искоренить грехи мира? Конечно же нет. Затем лишь, что они – самая удобная жертва. Простой народ всегда опасается и недолюбливает тех, кто владеет тайными знаниями. На того, кого боишься, легче поднять руку, даже если это твой добрый сосед или даже родственник. Но колдунами дело не ограничится – ведь яйца нужно питать, они не желают обходиться лишь медом и росой, им жизни подавай. Кончатся колдуны – придет черед мудрецов, лекарей, книжников, кузнецов, женщин, полукровок, инородцев… Потом благочестивые верующие начнут сами себя убивать во славу Дев Небесных… Да что там, уже убивают, и не только по праздникам! Полыхают костры по землям Фавонии, корчатся в пламени тела несчастных, прибывает час от часу сила артефактов, приход Света близится.

А если вдобавок случится война, сцепятся, к примеру, светлые альвы с гномами – и вовсе удача: столько крови прольется разом! Много быстрее дело пойдет.

– Постой! Разве твой дядюшка-тан об этом не знал, когда вел вас на Вашаншар?

– Знал. Но рассудил так: случится эта война или нет, беды все равно не миновать. Большинству смертных предстоит погибнуть в лучах погибельного Света, лишь немногие спасутся под землей. Так пусть это будут альвы. А остальным не все ли равно, месяцем раньше или месяцем позже помереть?

– Дядюшка твой – ну просто образец благородства!

– Да, этого у него не отнять…

Так вот, когда артефакты напитаются вволю, чары их, сложившись, усилятся многократно. Свет, порожденный оными, воссияет над землей и приведет тех, кто должен окончательно превратить живой мир в загробный. Очевидцы описывают эти создания как тени, смутные тени в сияющем мареве…

– Значит, Девы Небесные тут ни при чем? Я был прав?

– Девы Небесные? А есть ли они? Кто из богов существует в действительности, кто лишь красивый вымысел верующих – смертным знать не дано. Равно как и оценить роль их в вечной игре Света и Тьмы, начавшейся задолго до рождения нынешних богов. И мрачный Хольгард, и дивный Регендал – лишь малые частицы ее… При условии, что они действительно существуют.

– Но есть же в мире Добро и Зло?

– Да. Но они не есть Свет и Тьма. Нельзя говорить о том, будто Тьма – это непременно Зло, а Свет – Воплощение Добра, хоть мы и привыкли так считать. Ведь и в нашем мире есть множество вполне безобидных, вовсе не кровожадных существ, обитающих в ночи и стерегущихся солнца, как мы стережемся темноты. Спросите их, и они назовут доброй Тьму, а Свет сочтут худшим из зол. И тоже будут неправы. Высшие силы существуют вне представлений смертных о Добре и Зле, для них это всего лишь условия игры.

– Пусть так. Но Девы Небесные существуют. Они бесконечно добры, и я стану молиться им о спасении.

– Молись. Это лишним не будет.

Но это еще не все. Нельзя забывать о Воплощении Света, о том, чья воля подтолкнет артефакты к слиянию.

– И кто же им станет?

– Об этом мы можем лишь гадать. Помните, кто воплощал Тьму? Светлый по природе, но впустивший Зло в душу свою. Возможно, Свет воплотит некто изначально темный, но посвятивший себя служению Добру.

– Э-э! Что вы все на меня так смотрите! Сколько можно?! Я себя служению Добру не посвящал! Я темная тварь и на том стою!