Варька - Маргарита Полякова

– А пусть помучаются, как я! Хотя нет… Как я, наверное, все-таки не надо, – устало вздохнула графиня. – Пусть девицы де Крус в этом заранее несчастном другом измерении хоть сестрами не будут! Меньше вероятности, что они встретятся! А поодиночке общество, наверное, их все-таки переживет. Только что толку мечтать? Это все равно невозможно.

– Ну… Я бы не был таким категоричным, – поднял на Варьку лукавый взгляд черт.

– А что, возможно? – встрепенулась Варька. – Правда возможно? Ты можешь это сделать?

– А что мне за это будет? – поинтересовался черт, еще ни разу не видевший Варьку такой оживленной.

– А что хочешь?!

Черт хмыкнул, подумал и замял для ясности.

– Ладно…

Это было самое счастливое утро в Варькиной жизни за последние две недели! До нее донеслась радостная, неправдоподобная и совершенно потрясающая весть – девицы де Крус исчезли. Совсем. Обе сразу. Не оставив в данном мире никаких следов своего пребывания. Варька издала вопль радости, достойный Тарзана, расцеловала Хай-Ри и понеслась поздравлять окружающих с этим достославным событием. Когда графине сообщили, что ее ожидает присланный кем-то сундук, она еще была в эйфории. Варька велела втащить подарок в свою комнату, открыла его и… тут же захлопнула крышку. А потом, сильно постаравшись, сдержала дикий, истошный визг. Успокоившись и заперев все двери, Варька открыла крышку и осмотрела содержимое сундука еще раз. Сомнений не было. Это была голова гоблина. И не просто гоблина, а горячо нелюбимого Варькиного супруга. Варька захлопнула крышку и стала думать. А потом приказала позвать принявшего подарок слугу.

– Послушай, а к сундуку никакого послания не прилагалось? – уточнила Варька, хотя и так могла догадаться, чей это сюрприз.

– Было послание, – поклонился слуга. – Но мне было велено его отдать только по вашей просьбе.

– Я прошу.

Слуга протянул графине послание, поклонился и вышел. Варька развернула лист. «Желаю счастья в личной жизни, графиня!» Варька истерически рассмеялась. Рубь за сто, что ни одна из ее подруг такого свадебного подарка не получала. Ну Рюрик, ну и тип… Когда она говорила черту, что подумывает выйти замуж за Хай-Ри, она же не имела в виду, что собирается выйти замуж так скоропостижно! Ну что ж… Зато теперь она была свободна. И ей ничего не оставалось делать, как уничтожить послание и позвать Хай-Ри. Варька вздохнула. Первый раз в жизни она жалела, что не имеет опыта заныкивания трупов.

Хай-Ри оглядел гоблинскую морду и не придумал ничего умнее, кроме как объявить, что он и графиня де Сент-Труа Тьен скоро вступают в законный брак. Гонцы разлетелись в разные стороны, двое стражников занялись жуткой посылкой, а Варька так и осталась стоять у окошка с открытым ртом. Впрочем, Хай-Ри скоро привел ее в чувство. Он громко попросил всех оставить его с графиней наедине, улыбнулся, приподнял Варьку, покружил ее по комнате и остановился, крепко прижав графиню к себе.

– Ты знаешь, я безумно рад, что все так кончилось! Я даже рад, что мне не пришлось убивать твоего мужа. Я ведь мог… Просто для того, чтобы ты стала свободной. Я никогда не встречал такой женщины, как ты.

– Кто бы сомневался! – тут же погордилась собой Варька.

– Ты сделала меня равным себе и своим друзьям. Теперь я ни от кого не завишу. У меня в жизни есть гораздо больше, чем я мог бы помыслить в самых смелых своих мечтах. Гораздо больше, чем ты мне обещала. Но я не хочу быть свободным без тебя. Я привык к тебе, привязался, и, более того, я тебя люблю. Я знаю, что иногда злю тебя, что ты не всегда мной довольна и что мы постоянно будем с тобой спорить. Но я все равно хочу тебя спросить. Ты выйдешь за меня замуж?

– Ха! – искренне возмутилась Варька. – А тебе не кажется, что поздно об этом спрашивать после того, как ты уже сообщил всем, что мы женимся?

– Все еще можно исправить, если твой ответ будет отрицательным. Так ты выйдешь за меня замуж?

Варька вспомнила свой разговор с Рюриком в «Млине», четыре раза открыла рот, но «нет» выдавить из себя так и не смогла. Она зло прокляла собственную бесхарактерность и сдалась.

– Ладно…

– Я знал это! – ликующе воскликнул Хай-Ри, впечатался в Варьку поцелуем, поднял ее на руки и понес в спальню. Похоже, для того, чтобы порадоваться Варькиному согласию, Хай-Ри первой брачной ночи дожидаться был не намерен.

Ушел Хай-Ри от Варьки только утром. Правда, в несусветную рань. Однако оказалось, что кое-кто только этого и ждал. Не успела за пиратом закрыться дверь, как к Варьке в спальню залетел Наркот.

– Варька, ты чего спишь? Вставай! Нас ждут великие дела!

– Нарк, ты что, совсем обалдел? Ты соображаешь вообще, куда ты заперся ни свет ни заря?

– Ой, да ладно тебе! Не изображай из себя застенчивую курсистку. Вставай давай! У меня новая гениальная идея по поводу открытия в данном измерении неизвестного вселенского праздника.

– Что? Опять Новый год? Или все-таки восьмое марта?

– Да какой Новый год? Какой март? Что ты паришь? Я тебе про твою свадьбу речь веду.

– А что не так с моей свадьбой? – тут же подскочила на постели Варька.

– Она у тебя неправильная, – заявил Нарк.

– Это как? – не поняла данного заявления Варька. – Знаешь что, Нарк? Ты мне мозги давай не пудри! Неправильными только бутерброды бывают у кота Матроскина.

– Ты все как всегда поняла не так, как мне хотелось, – вздохнул Нарк. – Я ж тебе хотел предложить просто справить твою свадьбу по-русски.

– В смысле? – уточнила Варька.

– В смысле, как в нашем родном измерении справляют! Кареты с ленточками, пьянка в загсе, ряженые с баянами… – начал перечислять Нарк.

– Битье морд, засыпание харями в салате, пение матерных частушек, – подхватила его идею с полуслова Варька.

– Во-во! Чтоб веселуха была полнейшая! – обрадовался Нарк, что его поняли.

– Угу. И чтоб о дате собственной свадьбы я имела самое смутное представление. Типа с пятнадцатого на тридцать первое в ночь. Нарк, тебе чего, заняться больше нечем?

– Варь, ну давай! – не отступал Нарк.

– Да отстань ты! – попыталась выпереть его из спальни Варька, однако Нарк не сдавался.

– Давай, а? Напьемся, гимн споем…

– Какой еще гимн? – Не поняла Варька.

– СССР который, – пояснил Нарк.

– Зачем?

– А он по пьяной лавочке поется хорошо. Душевно. Замок у тебя большой, соседям мы не помешаем… Вот если бы мы в собственном измерении были…

– Соседи проснулись бы в холодном поту и срочно повключали бы радио, с тихим ужасом ожидая услышать доклад диктора о том, как тракторист Иванов намолотил в закрома Родины очередные пятнадцать тонн кроликов.

– Это как же он кроликов молотил? – растерялся Нарк.