Фактор превосходства - Алекс Орлов

Джим и Тони сидели на берегу озера Лошадиная голова и лениво отмахивались от выбегавших из травы гигантских пауков.

Джим забрасывал их обратно в траву, а Тони спихивал в воду, на радость крупной рыбе.

– Подумать только, мы на Ниланде по заданию Фарковского, – сказал Джим.

– Обычное дело, рано или поздно новые покровители начинают подсовывать какую-нибудь гадость.

– Как будто скутер?

– Похоже.

– Иди в заросли, а я ему помашу, как покажется.

– Нет, это ты иди в заросли, а я помашу, – не согласился Тони. – Давай-давай, ты вел переговоры, а я помашу.

– Да он тебя испугается, ты вон какой здоровый и с пушкой.

– Нормальный я, и пушка у меня пропорциональная телу, – сказал Тони, поднимаясь.

– Хорошо, тогда я недалеко отойду, – согласился Джим и укрылся за раскидистым кустом медовника, усыпанного душистыми желтоватыми цветами. Невольно в памяти возникли какие-то ассоциации, связанные с этим запахом, какие-то прошлые события защекотали нос, но Джим так и не вспомнил, с чем это было связано, полностью сосредоточившись на встрече Рихмана.

Подумать только: сам Эдд Рихман!

Скутер сбросил обороты и шел накатом. Тони помахал седоку рукой, тот помахал в ответ.

Из камышей шарахнулись на глубину мутировавшие зурабы. Скутер прошелестел по песку и остановился.

– Тони, я тебя сразу узнал! – воскликнул Рихман, соскакивая на берег и поднимая забрало.

Они обнялись, насколько это было возможно в защитных костюмах. Подошел Джим.

– Подумать только: сам Эдд Рихман! – закричал он и тоже обнял огромного, как медведь, старшину.

– Эх, ребята, даже не верится… – Рихман шагнул назад, чтобы посмотреть, как выглядят его воспитанники. – У вас прикид, как у бронетранспортеров!

– Так и есть, – кивнул Тони.

– Эдд, какое счастье, что вы живы, а то до нас доходили слухи, что вас здесь всех перебили! – вспомнил Джим.

– Да, ребята, было дело, только перебить нас им не удалось, однако базу с землей сровняли. А теперь, как видите, мы вернулись…

Они снова обнялись, похлопывая друг друга по спинам жесткими рукавицами.

– Даже не верится, – повторил Рихман после объятий. У него от волнения перехватывало горло. – А наши дураки ругали меня: не езди, там ловушка… Но я твой голос, Джимми, сразу узнал, да и Блохин узнал тебя тоже. Он у нас теперь вроде начальника. Будет расти.

– Да, Блохин. Он такой же лопоухий?

– Это военному не мешает.

Они помолчали, пережидая, пока схлынут эмоции. Было тихо. Где-то на другой стороне озера ударил хвостом зураб, и снова наступила тишина.

– Так вы… по какому делу тут, я гляжу, оснастка у вас не нашенская?

– Да уж это точно, – согласился Тони. – И не нашенская, и не вашенская.

– Так это вы наши машины побили?

– Мы, Эдд. Это у нас такое задание было.

– А на кого же вы теперь работаете? – Голос Рихмана стал глуше.

– Работали, старшина Рихман, но теперь уже нет, – сказал Джим.

– Да, – подтвердил Тони. – Теперь уже нет.

– И куда вы теперь – к нам? Или наши машины снова бить будете?

– Ваши машины просто так не побьешь, – заметил Джим. – Посмотри, как они нас отделали. Да еще десять самых лучших роботов уложили.

– И все же, куда вы теперь?

– Наверное, придется заняться вашей проблемой, чтобы перестали вас беспокоить.

– Да! И чтобы ни на Ниланде, ни в других местах никакой сволочи не осталось, – начал горячиться Тони.

– Не слишком круто берете?

– Если знать, где надавить, чтобы больно было, то не круто…

Они еще помолчали.

– Ну, мы пойдем, Эдд. Очень был рад вас увидеть, – сказал Джим. – Приятно было побывать в Междуречье, хотя здесь все сильно изменилось.

– Да уж, с базы теперь не высунуться, – подтвердил Рихман.

– Прощайте, Эдд, передавайте от нас привет Кортесу Блохину, – сказал Тони. – И хочу вам сказать, что, как показал наш опыт, Двадцать Четвертая база оказалась единственным местом, где нас не предавали.