Сокровища чистого разума - Вадим Панов

– Кровь! – задаёт тон Мритский.

И бешеный праздник пожаром вьётся по соломенным крышам деревенских домов.

– Кровь! – поддерживает губернатора свита.

Офицеры разбились на тройки и загоняют жертв с ловкостью опытных ловчих. Из каких-то окон пытаются стрелять, но мриты отвечают плотным огнём карабинов и пистолетов, швыряют гранаты, поджигают дома и платят за рейд всего двумя ранеными.

Всего двумя…

Зато жестоко забивают осмелившихся сопротивляться.

– Кровь!!

Кто-то пытается спастись огородами, мчится к лесу, ища убежища от смерти. Их догоняют. Не ловят – затаптывают копытами и засекают плетями, если торопятся – добивают из огнестрела и мчатся дальше. Кому-то из местных везёт – успевают укрыться среди деревьев, пока мриты расправляются с соседями. Таких не преследуют: в деревне достаточно развлечений, нет нужды забираться в непредсказуемый и опасный лес.

– Кровь!!

Это всё, что им нужно. Не добыча – охотники не обращают никакого внимания на жалкий скарб, не рабы – везти их в Карузо нет никакого смысла, нужна только кровь. Мясо. И снова кровь.

На улицах паника и суета, распластанные на земле люди. Возможно, кто-то притворяется, возможно, потерял сознание от ужаса или удара, но многие действительно мертвы, и жирная, плодородная земля Сочности густо смешана с кровью, росой и слезами. Истоптана копытами. Разворочена взрывами. Согрета пожаром.

Впитывает зло, что пришло в неё снова.

Вениамин на центральной площади. Он уже стрелял, топтал жеребцом, рубил саблей, бил плетью. Он с ног до головы забрызган красным и теперь, привстав на стременах, жадно дышит воздухом страшного пира, наслаждаясь аурой ужаса и краем глаза подмечая картинки происходящего.

Вот лейтенант Чим избивает «спинодёром» здоровенного мужика в грубых портах. Мужик орёт, пытается закрывать голову руками и орёт, как будто крик способен остановить кошмар, как будто не понимает, что, попытайся он стащить Чима с лошади, умер бы сразу, а так придётся помучиться… Металлические крючки рвут несчастному кожу, постепенно добираясь до костей… «Спинодёр» оказывается прекрасным инструментом… Вот поднимает пистолет капитан Жедар, самый меткий стрелок личного полка губернатора, когда-то мечтавший стать бамбальеро, но так и не добравшийся до Химмельсгартна. Три выстрела сливаются в один, и Жедар вскидывает вверх левую руку, демонстрируя, что снова не промахнулся. Ему нравится стрелять, и другие охотники обижаются на капитана за слишком быстрый расход «дичи». Не все успевают насладиться в полной мере, напиться крови допьяна… Вот старик пытается закрыть собой молодого парня с охотничьим ружьём в руках. Зачем парень выскочил из укрытия, не ясно, возможно, сгоряча, возможно, дурак, но подвиг его отца или деда не имеет смысла: острая сабля майора Дальбо сечёт старику грудь, а парню – шею. Ружьё выпадает из ослабевших рук, из дома с криком выбегает простоволосая женщина, и сильно наклонившийся Дальбо колет её в живот, буквально насаживая на острый клинок.

Запах дыма становится сильнее.

Крики несчастных – резче.

Звуки сливаются в гул боли.

Вениамин запрокидывает голову и смеётся. Стоя посреди пожарища. По горло в крови и смерти. Наводя ужас и питаясь им. Смеётся громко, потому что счастлив.

– Ваше превосходительство! Ваше превосходительство!

Свита не в первый раз на охоте и прекрасно знает, как меняются настроение и желания губернатора. Верные люди наблюдали за приступом агрессии, затем – созерцания и, наконец, дождались бешеного хохота, который обязательно нападал на Вениамина перед жаждой насилия. К этому моменту всё готово, поскольку никто из ближайшего окружения губернатора не хочет отвечать за нерасторопность.

– Сюда, Ваше превосходительство, пожалуйста, сюда.

В переулке – короткий проход от главной улицы к какому-то невнятному строению, на первый взгляд амбару, – дрожат пленницы: женщины в соку, девушки «на выданье» и совсем молоденькие, едва сформировавшиеся девчонки. Никто не мог предугадать, чего захочется Вениамину, а потому помощники согнали в переулок лучшее, что сумели найти и спасти. Мритский знал, что офицеры делали ставки на его выбор, но сквозь пальцы смотрел на дерзкую забаву.

– Беляшки… – Вениамин спрыгивает с жеребца, на несколько секунд замирает, жадно разглядывая пленниц, после чего тычет пальцем в одну из взрослых: – Разденьте!

Офицеры рвут ночную рубашку за ворот и хватают женщину за руки, не позволяя прикрыть полную грудь с крупными розовыми сосками. Ей двадцать пять, не больше, но, судя по округлости бёдер и чуть дряблому животу, она рожала, и не один раз. Но именно такую жертву, как выясняется, желает сейчас губернатор. Пышность опытной женщины приводит его плоть в неистовство.

– Мы подготовили спальню, – шелестит один из помощников.

– Нет! – рычит Мритский. До дома метров пятьдесят, а терпеть Вениамин не может, он почти в исступлении. – Что это? Амбар?

– Сеновал.

– Отлично! – Губернатор делает шаг.

– Сеновал мы тоже подготовили, – продолжает шептать царедворец.

– Молодец!

Опытные люди всегда на вес золота, а в определённых случаях – на вес алмазов. И хотя на охоте Мритскому приходилось удовлетворяться в различных условиях, он предпочитал хоть какой-то комфорт.

– Нет! – рыдает пленница.

– Тебе понравится, – обещает Вениамин, с трудом сдерживая желание наброситься на женщину прямо в переулке. Мритский едва достает ей до плеча, но кажется – кажется! – что нависает над пленницей, настолько он сейчас сильнее. – А крик лишь украсит нашу встречу.

Она не слышит, а если слышит – не понимает. Её почти несут внутрь, где на сухое сено брошена широкая простыня. Полные ноги женщины и округлый, чуть обвисший зад заставляют губернатора дрожать. Он торопливо следует за помощниками, но в это мгновение из-за спин офицеров выскакивает присланный радистом вестовой:

– Ваше превосходительство! Срочное сообщение от капитана «Легавого»!

– Потом! – отмахивается Вениамин. – Пошёл прочь, пока цел!

Женщину бросают на простыню, губернатор делает шаг, опомнившиеся офицеры дёргают вестового за рукав, пытаясь оттянуть назад, фактически пытаясь спасти, – офицеры знают, что опасно мешать вошедшему в раж губернатору, но молодой солдат не сдаётся.

– Ваше превосходительство! – кричит он, упираясь. – В семидесяти лигах к северо-западу замечено по меньшей мере шесть боевых цеппелей! Шесть крейсеров!

– Дерьмо! – Вениамин замирает, поворачивается, несколько секунд смотрит на вестового, держа ладонь на рукоятке пистолета, торчащей из расстёгнутой кобуры, после чего хрипло требует: – Уточни курс!

– Капитан «Легавого» уверен, что эскадра следует к Карузо.

– Идентификация?

– Предположительно лекрийцы. Импакто не выходит на связь и держится вдалеке.