На всех хватит! - Андрей Уланов

Разумеется, моего достижения никто не заметил — а ведь достанься победа в этом забеге Крису, его соплеменники наверняка судачили бы об этом до конца Эпохи. Впрочем, надо признать, у моих спутников была смягчающая причина — позабыв обо всем на свете, кроме разве что необходимости изредка дышать, они увлеченно разглядывали происходящее за нашими спинами.

Как я и предполагала, пули Криса не оказали на неупокоенных никакого особого действия — все шестеро упавших от выстрелов активно барахтались в снегу, пытаясь подняться. Вот встал один, второй… и первый, шагнув вперед, снова неловко завалился на бок.

Только теперь я поняла, что придумал проводник. И мне стало стыдно — потому что я могла и должна была додуматься до этого изящного, почти что эльфийского способа сама.

Все дело в анатомии. Конечно, мы не изучали именно человеческую анатомию, но между двумя нашими расами не так уж много отличий — свидетельством чему служат бесчисленные потомки смешанных браков. В частности, коленная чашечка устроена совершенно идентично у обеих рас: кость, хрящ, мениск и все такое прочее. Когда же в это великолепное творение Матери-Природы попадает быстролетящий кусочек свинца… на получившийся в результате фарш очень затруднительно опереться даже движимому магией мертвецу.

— Отличная идея, — сержант Флеминг уже уронил свой мешок и теперь деловито манипулировал с прицельной планкой «винчестера». — Ползком эти бравые зеленые парни точно нас не догонят.

— Только не жгите патроны зря, — посоветовал Ханко. — Пусть подойдут поближе.

Флеминг, оскалившись, подмигнул проводнику, приник щетиной к прикладу — и еще один неупокоенный, покачнувшись, упал на снег.

Забавно, как быстро меняется настроение у людей. Подавленно-гнетущая атмосфера исчезла, словно унесенная порывом ветра, сменившись шуточками по адресу плетущихся за нами мертвецов, спорами на тему, откуда они взялись — толстенький астролог и девушка при этом едва не подрались из-за подзорной трубы. Профессор утверждал, что большую часть неупокоенных составляют древние скандинавы, которые, согласно некоторым легендам, достигали порой берегов этого континента. Линда же с не меньшим жаром настаивала, что зомби при жизни были обычными карибскими пиратами. Трое же поочередно сменявших друг друга стрелков — к Флемингу присоединились Юлла и Малыш Уин, тогда как Ханко вновь занял свое место во главе каравана — почти сразу же устроили негласное соревнование. Предметом спора стало максимальное количество неупокоенных, отстреливаемое за один заход. В итоге победителем оказался гном, сумевший «охромить» сразу четырнадцать тварей. Его соперники принялись дружно сетовать на то, что зомби было мало — «слишком быстро-де они кончились».

Наконец мы поднялись на гребень.

— Почему стоим?

— Дальше этого места, — медленно произнес Крис, — я еще никогда не заходил в Запретные Земли. И не один из известных мне проводников — тоже. Те полдюжины бездельников, которые после третьего стаканчика принимаются расписывать свои подвиги «в самом сердце Запретных Земель», расходятся в деталях уже после второй фразы.

— Но, — предположила я, — возможно, один из них все же побывал там?

— Лучше на это не надеяться, мисс, — Ханко, заслонив глаза рукой, вгляделся вперед. — Никто не знает, что находится там, впереди… а те, кто узнал, уже не поделятся этим знанием с другими.

— Там — Зло!

Короткая фраза прозвенела, словно упавшая на камни сосулька. Я резко обернулась — Николай стоял, скрестив руки на груди, и тонкие губы на бескровном лице кривились в жутковатой пародии на усмешку.

— Эт-точно, — Ыыгыр Ойхо Третий, зажав большим пальцем левую ноздрю, шумно прочихался, утерся одним из свешивавшихся с его шапки хорьковых хвостов и продолжил: — Там свило гнездо самое что ни на есть всамделишнее Зло, какого вы, люди, еще никогда не видали!

— А ты, значит, видал?

— Не-а. Я шо, на собственное чучело похож? Ни один гобл в те горы не сунется. Так предки велели, а они, — веско добавил шаман, — были не чета нам.

— Предки? — развернувшись к нему, быстро спросила Линда. — Значит, это Зло появилось там сравнительно недавно?

— Ййдит знает, — равнодушно отозвался Ыыгыр Ойхо Третий, — а нам это ни к чему! Мы, гоблы, никогда не старались запомнить, сколько лун прокатилось по небу. И самый старый герой в наших гимнах живее дюжины трусливых псов, сдохших последней весной.

— А кто еще, кроме вашего Ййдита, — настойчиво произнесла мисс Пума, — может ответить на этот вопрос?

— Тролли. Это они жили в этих горах… и спустились с них, когда Зло пришло сюда.

— Все?

— Нет, не все. Те, кто остался — умерли!

— Веселенькая перспективка, — сержант Флеминг озабоченно поправил шляпу, после чего оглянулся назад — проверить, как чувствует себя ползущее за нами мертвое войско.

— А что, обойти это гнездилище никак нельзя?

— Можно, — сказал шаман, и то, как он при этом выпятил клыки, мигом навело меня на ряд неприятных предположений. — Есть и другой путь… под горами. Там, правда, крюк… миль в сорок.

— Ну, уж нет, — покачал головой проводник. — Пусть я не знаю, что за хрень угнездилась впереди… но вот кто обосновался в здешнем пещерном лабиринте, представляю более-менее ясно. Пытаться идти сквозь них… Ыыгыр, ты, похоже, меня с обкурившимся троллем перепутал.

— Не, это я так, шутю, — ответил гобл. — Вздумай ты в пещеры лезть — я бы тебе мигом по бошке врезал, не глядя ни на какие гримпфелдовские штучки.

— Добрый ты у меня, — задумчиво пробормотал Ханко.

Он оглянулся на притихший отряд, задержав — или мне это все же показалось? — свой взгляд на моем лице чуть дольше, чем на прочих.

— Что ж, леди и джентльмены, — голос его прозвучал почти обыденно. — Мы идем вперед. Если кто из вас когда-либо учил молитвы — то подсказываю: сейчас самое время вспомнить их. Благо, — улыбнулся проводник, — в этом вопросе наши религиозные различия весьма кстати. Из стольких богов хоть один отзовется почти наверняка.

— Э-э… мистер Ханко…

— Что?

— А эти, — закутанный в одеяла кавалерист махнул рукой в сторону неупокоенных, — так и будут ползти за нами?

— Будут, будут, — подтвердил Крис. — Но недолго. До первого же подходящего места, где мы сумеем спустить на них камнепад.