Ректор моего сердца - Лидия Миленина

— Тайна? Тоже? — удивленно переспросила я. Мозг отчаянно пытался осмыслить открывшееся мне.

— Да. У тебя есть тайна. У меня есть тайна. И у Клауса есть тайна. Потому что… Конечно, они пригнали армию на штурм замка, огромные магические силы были задействованы в этой операции. Но, Астер, твои родители были сильнейшими магами современности. Вспомни. Представь себе. В их руках были все стихии и сила древних Хранителей. Никакая армия не сломила бы их и тех, кто сражался под их руководством, если бы не нечто, что сделал полководец нападавших.

— Что именно?

— Этого я не знаю, — серьезно ответил Герат. — Но знаю, что битва закончилась резко, быстро. Словно кто-то опустил занавес — одному ему известным способом. По словам стоявших под стеной, твои родители вдруг потеряли способность сопротивляться. Резко, в один момент.

— Да, я помню… — прошептала я. Перед глазами встали всполохи пламени, огромные синие волны воды, бьющие в стену, а в ушах раздался рокот взрывов, шипение притушенного пламени, завывание ураганных смерчей… — Я то стояла у окна, то сидела на стуле… Но все время слышался грохот и взрывы. А потом вдруг стихло… В один момент. Действительно, словно кто-то опустил занавес…

— Вот так и было. А лишив твоих родителей магической защиты, можно было просто подняться на стену… и… убить их, как обычных людей, — жестко закончил Герат. — Я не знаю магического артефарта или приема, который смог бы лишить сил магов, подобных твоим родителям. А значит, у Клауса был козырь. Тайна, которую знает, возможно, лишь он сам и его родители.

— Я не понимаю… — тихо сказала я. Вторую часть слов Герата я словно пропустила. Когда он сказал о «просто подняться на стену и убить их…» я представила себе, как Клаус — мерзкий, самоуверенный, со сладко-жестокой улыбкой на лице — поднимается на стену, велит своим людям убить моего отца и цинично перерезает горло моей матери. От этой картины захотелось заорать. Просто завыть во весь голос. Я дернулась, плечи вздрогнули.

— Тихо, Астер! — Герат нежно поднял мое лицо и мягко поцеловал в губы. Одновременно я ощутила, как страшные картинки покидают голову. Словно собирают вещи и уходят. — Правда бывает такой. Но тебе нужно ее знать, если ты хочешь идти до конца.

— Я знаю, да… Но я не понимаю! Зачем было убивать их, если их лишили сил! Неужели Статир так боялся! Ведь можно было посадить в тюрьму, как-то еще… Но сохранить им жизнь!

— Ну, во-первых, Статир действительно боялся. И боится до сих пор, — как можно спокойнее произнес Герат. — А во-вторых. Знаешь, сейчас уже не ясно, какой именно приказ отдал король своему сыну…

— Что вы хотите сказать?! — изумилась я.

— А то, что неизвестно, чего хотел Статир — пленить своего бывшего друга, убить, или, может быть… просто попугать, продемонстрировать силу короля. Известно, что он отдал приказ штурмовать замок. А как свершилась смерть твоих родных, по приказу короля, или… по личной инициативе принца Клауса, мне неизвестно. И никому из тех, у кого я могу получить информацию.

— То есть, может быть… Статир не хотел убивать их? — неуверенно прошептала я.

— Да, так вполне может быть. Статир властный и ленивый при этом король. Но не подонок, Астер. А вот Клаус… Я никогда не был близок с принцем. Но то, что вижу — мне не нравится. Ясно, что если принц «превысил меру правосудия», штурмуя твой замок, то Статир все эти годы скрывал жестокую выходку сына. И создал удобную легенду о смерти герцога Сампрэ…

Меня начала бить нервная дрожь. Правильно сделал Герат, что не рассказал мне все это до бала. Тогда я бы просто не смогла там находиться. А увидев сладко-красивое лицо Клауса, возникшее из-под иллюзии, ударила бы без раздумий. На поражение, с отчаянием и упоением мести… Герат просчитал все правильно, предотвратил возможную катастрофу.

С минуту я дрожала в руках ректора. В жестких сейчас, но надежных объятиях единственного на свете человека, кто знал мою тайну и кому я доверяла. Без него казалось, что я вишу в воздухе, как капелька воды, и вот-вот упаду. Рядом с ним даже сейчас можно было ощутить почву под ногами и идти вперед.

— Что же нам теперь делать?! — спросила я. Я не знаю. Мой план уперся в стену. Зашел в тупик, когда убийца моих родителей захотел меня.

— Нам или тебе? — с усмешкой переспросил Герат и резко разомкнул кольцо рук.

Мне стало холодно, даже как-то обидно. И я внезапно ощутила, как трясется карета. Мы выехали из центра города и уже приближались к академии.

— А есть разница? — спросила я в ответ. Тоже резко, мне было обидно, что Герат опять стал жестким.

— Есть, и очень большая, — усмехнулся Герат и сложил руки на груди. — Послушай, Астер. Сейчас у тебя есть шанс изменить все в своей судьбе. Пойти другим путем. Ты можешь… выйти за принца. Реально выйти за него замуж. Или хотя бы залезть к нему в постель. Обрести влияние через этот союз. Вкрасться к нему в доверие и узнать все, что произошло в прошлом. Дальше… Тебе открыт любой путь мести. Например, ты можешь просто зарезать нашего принца во сне. Это возможный путь, Астер. Ты это знаешь. Изящно и неплохо, если действовать медленно, тонко и постепенно, то все получится. И если ты выберешь это, я не стану тебе препятствовать. Если желаешь только этого.

Расширенными от обиды и ужаса глазами я смотрела на него. Да, Герат прав, это путь. Возможный путь. Коварный, жестокий. И будь я… другим человеком, то я бы могла поступить именно так. Или я могла бы вывернуть себя наизнанку, пойти за своим желанием мести и стать такой. Если бы я была одна… Но я больше не была одна.

— Вы сошли с ума, если всерьез рассматриваете это! — сказала я. — Во-первых, меня проверили бы… как невесту или фаворитку дофина, и рано или поздно докопались до истины…

— Попросила бы Клауса избавить тебя от этого, — пожал плечами Герат. — Думаю, он это может. Да и мэтр Остар мог бы сделать твою «легенду» в голове более подробной…

— Да, только вот это путь… без вас, — твердо сказала я. — Ведь вы бы… не стали моим тайным союзником. Я знаю. Вы не из тех, кто мог бы…

— Помогать и направлять тебя, когда ты будешь кувыркаться с принцем, вызнавая его тайны на досуге? — едко сказал Герат. — Да, не такой. Я убил бы кого-нибудь из вас тут же, — огненные глаза сверкнули. — В этом ты права, Астер. Я не пойду с тобой по этому пути.

Сердце мое возликовало. Ревнует. Сильно ревнует. Провоцирует. Проверяет, не захочу ли я пойти по этому коварному одинокому пути. И ждет, что я вспылю и откажусь… быть без него.

— Нет, Герат, — улыбнулась я. — Я не пойду этим путем. Я не пойду никуда без… моего ректора. Поэтому спрошу еще раз: что делать нам? Нам с вами, вместе?