Наследник Ордена - Сергей Садов

– Но это неважно, – закончил я. – Я стал рыцарем только потому, что у меня не было другого выхода. Я совершил ошибку и теперь расплачиваюсь за нее.

– То есть тебя принудили дать обет, так?

– Нет. Я дал его добровольно, но если бы мог, с радостью бы отказался.

– Должен признать, что совершенно тебя не понимаю, но не буду спрашивать. И, я предполагаю, ты не сможешь рассказать, где научился боевому искусству рыцарей Ордена. Бедный Буефар, – неожиданно закончил Даерх.

– Почему? – удивился я.

– Он буквально помешан на Ордене. Достал все книги, где хоть мельком упоминается о нем. Изучал воинское искусство рыцарей по всем записям, которые удавалось достать. Он считался самым крупным специалистом по Ордену, пока не появился ты.

– Иначе говоря, он хотел бы узнать, где я учился?

Даерх рассмеялся.

– Он бы правую руку за это отдал, но настаивать никогда не будет. Он слишком горд. Думаю, если бы он был свободен, то обязательно предложил бы себя вам в спутники.

– Он мне так и сказал.

– А ты бы его взял?

Я обдумал эти слова.

– Вы предлагаете его мне в спутники?

– Я могу освободить Буефара от его клятвы. Сам он никогда не попросит. Слишком щепетилен, когда дело касается его чести. Но я-то вижу, какой он ходит с того момента, как узнал, что ты рыцарь Ордена.

– И вы его отпустите?

– Проклятье на тебя! Не трави душу! Он мой самый близкий друг. Он меня с рождения воспитывает. Мне будет трудно с ним расстаться, но я слишком уважаю Буефара, чтобы держать его около себя силой данной им клятвы. И, я знаю, ему тоже будет тяжело оставить меня, но он пойдет за тобой.

– Только потому, что я рыцарь Ордена?

– Нет. Ему всегда хотелось совершить свой главный подвиг в жизни. И он почему-то уверен, что ты сможешь дать ему такую возможность.

– Почему?

– Не знаю. Он мне сказал, что рыцари Ордена никогда пустяками не занимались. А для Буефара подвиг – это как минимум спасение мира.

У меня против воли вырвался нервный смешок. Эльф, внимательно слушавший, но не вмешивающийся в беседу, поспешно отвернулся.

– Я что-то не то сказал?

– Да нет, сэр Даерх, просто большие запросы у вашего воспитателя.

– Ну это я так, образно.

– Я понял, но не могу принять решение один. Мне надо посоветоваться.

Отто удивленно посмотрел на меня.

– Я не тороплю, если это действительно необходимо. Сообщи о своем решении. – Даерх пришпорил коня и поехал в начало колонны.

– Что скажешь? – спросил я эльфа. – Кажется, нам навязывают спутника.

– Навязывают? – Эльвинг удивленно посмотрел на меня. – Не думаю, что это правильное слово. Ты вполне можешь отказаться. А сэр Даерх был искренен, когда говорил о причинах, по которым он просит взять с собой Буефара.

– А что ты сам думаешь?

Эльвинг нерешительно посмотрел на Буефара.

– Он человек чести. Его слову можно верить.

– Я не это спрашивал. Я спрашивал: стоит его брать или нет?

– Чем больше нас будет, тем больше внимания мы будем привлекать, но с ним путешествовать будет гораздо безопасней.

– Слушай, ты! С каких это пор ты стал выражаться так туманно? Я же тебя конкретно спрашиваю, вот и ответь просто: да или нет.

– С одной стороны…

– Да или нет!

– Э-э…

И тут я понял, что эльф просто боится ответить. Он боится, что если с нами будет еще один рыцарь, изменятся наши дружеские отношения. Не думаю, что у эльфа, с тех пор, как он стал изгоем, было много друзей. И теперь он снова боится остаться в одиночестве. Но прямо отказать ему мешает его честь.

– Дурак ты, а еще эльф.

– А?

– Два. Неужели ты думаешь, что я меняю друзей как перчатки?

Эльф отчаянно покраснел.

– Не думаю, – пробормотал он.

– Тогда хватит юлить и говори прямо, а то я подумаю, что ты так и думаешь.

Эльвинг сделал попытку осмыслить мою фразу. Потом вздохнул.

– Помощь Буефара может оказаться полезна. Ты, конечно, извини, но его могут пустить туда, куда нас не пустят, несмотря на твое рыцарство.

– Я тоже не возражаю, – вмешался Мастер. – Будет в вашей развеселой компании хоть один взрослый. Возможно, хоть он сможет удержать вас от авантюр.

Ну, если и Мастер поддерживает, то тут уж не поспоришь. Мастер хорошо разбирается в людях и зря советовать не будет.

– В таком случае, если все за, то пойду сообщу это сэру Даерху, а потом поговорю с Буефаром. Кстати, а где Рон? Что-то я давно его не видел.

– Где же еще он может быть, как не с солдатами, – усмехнулся Эльвинг. – Выслушивает очередную байку.

И действительно, Рон ехал в окружении нескольких всадников, которые что-то ему рассказывали. За этого сорванца можно было не беспокоиться.

О нашем решении я тут же рассказал Отто Даерху. Тот благодарно кивнул.

– Мне будет очень не хватать моего друга, но не могу держать его против воли. Пойду поговорю с ним, а то ведь он может сгоряча отказаться, а потом всю жизнь об этом будет жалеть.

– Только это ведь может быть очень опасно.

Едва я это сказал, как понял, что если хотел отговорить, то выбрал не те слова. Даерх расплылся в улыбке и завистливо посмотрел на нас.

– Если бы меня не держали здесь обязанности, от которых, к сожалению, никто не в силах меня освободить, то я обязательно взглянул бы поближе на вашу опасность. Жаль, что это невозможно. Однако надеюсь, Буефар мне обо всем расскажет. Если же нет… сообщите мне о том, как он погиб.

– Обещаю. – Спорить было бесполезно.

Наверное, я никогда не смогу понять этих людей. Готовы немедленно отправиться в путь и рисковать своими жизнями ради иллюзий… Конечно, мое дело не было иллюзией, но они-то откуда могли это знать? Все их желание помочь основывалось на мнении, что рыцари Ордена пустяками не занимаются, а все их дела благородны и служат восстановлению справедливости. Интересно, кто здесь дети – я с Роном и эльфом или Отто Даерх с Буефаром? Я бы не смог ответить на этот вопрос.

Тут ко мне подъехали оба рыцаря.

– Сэр Даерх сообщил мне о вашей просьбе сопровождать вас…

Так, оказывается, это я просил Отто. Интересно, о чем я еще просил?

– …и о том, что ваша миссия крайне важна. Последнее обстоятельство вынуждает меня следовать закону чести и предложить вам помощь.

Хитрость была прозрачнее родниковой воды. Буефару самому хотелось отправиться с нами, и он отчаянно искал повод для оправдания своего поступка.