Без царя в голове - Сергей Шангин

— Хр-р-р, нету, нету у меня той закладной, — с трудом вырвавшись из цепких лап магистра, прохрипел граф Вельде, — ваша птичка утащила ее с собой. Я собственными руками ее в гиперкапсулу упаковал, она фьюить и улетела.

— Куда? — устало поинтересовался магистр.

— Не видел! В который раз объяснять? Задвинул он меня в такую тьму-таракань, что я вообще мало что видел, — сорвался граф на тонкий бабий визг. — Вы обещали денег, где деньги? Я только страдаю и ни гроша за это не получаю! Мы так не договаривались, работа есть работа, заплатите мне мои деньги и продолжим работу. Нет денег, нет работы! — заявил он решительно и встал в позу оскорбленной невинности.

— Никакого от вас толку, граф. Если бы не надежда, что он вернется, я бы вас шлепнул на месте, помяните мое слово, — с явным отвращением в голосе ответил магистр.

— Ну что вы такое говорите, магистр. Я же все понимаю, готов служить нашему делу, — на ходу переобулся граф, верно истолковав стальные нотки в словах магистра. — Не извольте беспокоиться, как птичка прилетит, в тот же момент извещу Ваше сиятельство. А деньги можно и потом, я не спешу, главное сделать дело!

— Конечно не спешишь, чего тебе спешить, — брезгливо ответил магистр. — Таким как ты кроме денег ничего в жизни не требуется.

— Так ведь и пташка малая за так не чирикает, — осторожно пошутил граф.

— Почирикай сперва, прежде чем рот на наши деньги разевать, — буркнул магистр. — Сворачивайте декорации, спектакль окончен, — приказал он подручным.

Пока подручные суетились с мебелью, освещением и стенами, Иван пребывал в раздумьях. Сбываются предсказания собеседника деревянного, ищут Аливандер, ищут секрет перемещения варги проклятые. И пусть овечками не прикидываются, думая, что Иван примет за чистую монету всю их брехню. Не таких хитрецов видали, не таких обламывали.

Меж тем магистр достал из кармана гиперфон и набрал некий номер, после нескольких гудков ему кто-то ответил. Иван напряг слуг, но граф, к великому сожалению, охотничьим слухом не обладал, да и сидел далековато от гиперфона, так что голоса собеседника магистра Ивану послушать не удалось.

— Здравствуйте, граф, — поприветствовал магистр собеседника. — К сожалению мы не получили нужной информации. Нет. Нет. Да, он снова исчез. Могу сказать определенно, что он из вашей империи. Нет, никаких дополнительных данных о нем не имеем. Но есть определенный факт, по которому вы без труда сможете отследить нашу пташку — недавно на его счет было зачислено пятьсот миллионов кредитов. Догадываетесь, о ком идет речь? Поделитесь информацией? Как хотите, но в следующий раз я тоже подумаю, насколько могу быть с вами откровенным. Кстати, граф, передайте этому вашему Каховскому, чтобы в следующий раз не допускал подобных ошибок.

Иван вспотел от неожиданности, до него дошло, с кем именно сейчас разговаривал магистр. Каховский действовал по заданию графа Меньшикова и в сговоре с варгами! Вот так ребус, вот так неожиданный поворот событий. В этот момент рухнули шторы, закрывавшие широкие окна. Просторную комнату залил солнечный свет, Ивану открылся вид с птичьего полета на… стольный град Москву!

— Еперный театр, вашу же мать, да как же так можно?! — не сдержался Иван.

— Магистр, он снова здесь! — заорал граф Вельде. — Он все слышал!

— Не ломайте комедию, граф, — скривился, как от зубной боли магистр. — Не пытайтесь поднять свой рейтинг дешевым балаганом. Наш друг сейчас далеко и, будем надеяться, им займутся серьезные люди.

— Я правду говорю, почему вы мне не верите? — возмутился граф Вельде. — Вы можете сами у него спросить, он нас внимательно слушает.

— Уговорили. Итак, милый друг, вы готовы продолжить нашу беседу? — глядя с иронией в глаза графу, поинтересовался магистр.

Иван решил не отвечать. Во-первых, его оскорбил факт сговора графа Меньшикова с варгами, во-вторых… да и во-первых достаточно. Иван мысленно представил собственное тело и в тот же миг открыл глаза. Волгин ожидал изумленных слов друзей и веселых шуток относительно своего отсутствия, но этого не произошло.

Никто не смотрел на него, никто и не заметил даже, что пилот Иван Волгин снова в сознании. Взоры присутствующих были обращены ко входу в трапезную. В проеме широкой двери стоял граф Меньшиков и с интересом разглядывал веселую компанию. За его спиной замерли в ожидании гвардейцы с бластерами на изготовку — эти шутить не будут.

— Вот что, братцы, вы тут останьтесь, а у нас с графом есть интересный разговор с глазу на глаз. Я не ошибся, Ваше сиятельство? — осведомился Иван, вставая с пола и отряхиваясь.

— Дерзок. Ценю. Не ошибся, — раздельно уточнил граф свою позицию по данному вопросу. — Иди за мной, лейтенант, и без шуток, кончились шутки.

— Иван… — дернулся Семенов.

— Ша, братцы, все будет путем. Главное Люську не обижайте, — неожиданно ляпнул Волгин, крякнул и замолчал.

* * *

Не растравляй раны ближнего, страждущему предлагай бальзам…

Копая другому яму, сам в нее попадешь.

Козьма Прутков

Граф впереди, следом за ним Волгин в плотном окружении гвардейцев, спешным шагом прошагали по коридорам и закоулкам дворца, пока не оказались перед малоприметной дверцей. В тот момент гвардейцы одним ловким движением сцепили руки Волгина за спиной тонкими, но прочными наручниками и втолкнули в комнату. Следом зашел Меньшиков, оставив гвардейцев снаружи.

— Проходи, не стесняйся, присаживайся в креслице, — приветливо подтолкнул граф Ивана к металлическому креслу с пристяжными лентами. — Тут тебе будет удобно, — ухмыльнулся он.

Иван спорить не стал, да и что бы изменилось, воспротивься он графу? Силком бы запихали, да еще бы бока намяли. Пока не бьют и мы ведем себя спокойно и рассудительно — решил Иван. — А там уж куда кривая выведет. И ведь что обидно, ничего в голову не приходит, как себя с графом вести, что говорить, об чем помолчать? За последнее время столько в голове лишних знаний, что неровен час сболтнешь чего не следует.

Граф устроился поодаль в мягком кресле и, судя по всему, чувствовал себя в полной безопасности. Он внимательно разглядывал Ивана, не спеша задавать вопросы.

— Скажи, солдат, за царя жизнь отдашь? — неожиданно спросил граф.

— За царя? Отдам, как же иначе? Я ж присягу давал! — удивился Иван простоте вопроса.

— А за меня, к примеру, жизнь отдашь?

— Так вы же не царь, Ваше сиятельство, — ухмыльнулся Иван.

— Тоже верно. Сформулируем иначе — за Россию жизнь отдашь, солдат?

— Ваше сиятельство, вы уж определитесь, жизнь у меня одна — или за царя или за Отечество. За то и другое по очереди не получится.

— Шутишь, это хорошо. Терпеть не могу с трусами беседовать. Ты же, Волгин, если не ошибаюсь хотел меня убить. Это так?

— Никак нет, Ваше сиятельство, ошибочка вышла.