Цитадель - Александр Прозоров

— Это получается, — переспросил Симеон, — город возьмут только лет через двенадцать?

— Лет через двадцать, — поправил Найл. — И то если все будет нормально. Смертоносец-Повелитель уже сейчас думает о подготовке второй группы лазутчиков, если первой не удастся сделать свое дело.

— Но ведь пленные наверняка станут попадаться раньше? — с надеждой спросил медик.

— Наоборот. Смертоносцы и близко туда не сунутся ближайшие годы. Зачем беспокоить жертву раньше времени?

— А как же мы?

— Теперь мы им неинтересны, — дружелюбно обрадовала медика принцесса Мерлью. — Раньше пауки хотели использовать выживших людей для оздоровления «чистопородных» слуг. А зачем мы нужны, если совсем недалеко здоровых людей — целый город?

Симеон сделал мрачное лицо и решительно заявил:

— Мы должны что-то сделать!

— Что? — хором поинтересовались правитель и принцесса.

— Что-нибудь неожиданное, чего Смертоносец-Повелитель предвидеть не может. Например, самим напасть на этот город и захватить побольше пленных.

— Кто нападет? — с сарказмом вопросила Мерлью. — Стражницы Посланника Богини или мои гвардейцы? Или твои мед-девочки нападут? Да без смертоносцев мы даже жратву из крестьян вытрясти не сможем, не то что город завоевать!

— Тогда нужно отправить туда посла, — вернулся медик к забытой было идее. — Пусть нападут они и изнасилуют наших женщин.

— Да смертоносцы их дальше Диры не пропустят, — хмыкнул Найл, — только спасибо скажут за вкусный обед.

— Ну, тогда… Тогда… — зачесал голову медик.

— Слушай, Симеон, — не без ехидства спросила его принцесса Мерлью, — а ты всерьез уверен, что переспать с женщиной можно только путем изнасилования? Про иные способы ты не слыхал?

— Как это? — не понял ее медик.

— Ну, например, по обоюдному влечению… — Мерлью, не удержавшись, кинула в сторону Найла короткий взгляд.

— Да как мы устроим это обоюдное влечение? Между городами-то?

— Очень просто, — мило улыбнулась Симеону принцесса, — поедем туда в гости.

— Так вот просто, возьмем и поедем, — не очень уверенно съязвил медик, — в незнакомый город без всякого повода?

— Можно с поводом… Например, с торговым караваном, — с ходу сымпровизировала Мерлью. — Взять десять повозок, да по шесть гужевых женщин в каждой, да по четыре охранницы, да по две начальницы, плюс начальница груза с помощницей, плюс начальница охраны с помощницей, плюс начальница всего каравана…

— Зачем столько начальниц? И почему ты хочешь запрячь женщин вместо гужевых мужиков?

— Симеон, ты дурак или прикидываешься? — не выдержала принцесса. — Тебе что, мужики детей рожать будут?

Медик несколько секунд смотрел на нее непонимающе, потом прямо на глазах начал расцветать.

— Так это получается почти сто детей с каждого каравана… А если их отправлять каждый год… А если три… А если… Ха! Вот рожа будет у Смертоносца-Повелителя!

— Чем торговать-то будете? — с улыбкой поинтересовался правитель.

— Наберем чего-нибудь, — отмахнулась принцесса.

— Чего-нибудь не подойдет. — Найл извлек из ножен меч и положил на стол между опустевшей бутылкой вина и вазой с фруктами. — Как, по-вашему, способны наши кустари сделать хоть что-то такого качества?

— Да, таких мастеров у нас нет, — согласилась Мерлью, — но ведь торговать можно и тем, что растет само. Виноградом, например.

— Виноград мы через пустыню не довезем.

— Тогда мясом вяленым. Оно ведь не испортится?

— Нам его на десять телег и за десять лет не набрать.

— Найл, на тебя не угодить, — пожала плечами девушка. — Придумай тогда сам!

Но думать правитель не мог. Перед его глазами продолжали расстилаться широкие просторы незнакомого озера с россыпями зеленых островов, скользили лодки с сильными, красивыми людьми, и Найлу действительно захотелось, чтобы кровь этих свободных охотников и рыбаков притекла в жилы запуганных жителей его города… И тут его осенило:

— Рыба! Пауки отродясь рыбу не ловили! В нашей реке ее должно быть очень много. Можно навялить не десять, а двадцать телег! — Но тут же спохватился: — Нет, не получится. Их город стоит рядом с огромным озером, у них рыбы у самих навалом.

— Ну и что? Главное, чтобы у нас ее хватило. Чем дольше не раскупят, тем дольше девочки пробудут в гостях. Больше шансов получить от кавалера нужное приобретение…

— Отлично! — Симеон допил свой бокал и, покачиваясь, направился к калитке. — Тогда я пошел женщин готовить…

— Вот молодец, — хмыкнула вслед принцесса, — он «пошел женщин готовить». А рыбу кто будет ловить? Я не умею.

— Нужен трал, — сообщил Найл. Из теорий по ловле рыбы в его памяти оказалась только такая; — Траулер тралит тралом треску, креветок, кальмаров и прочих морских тварей, и рыба остается в нем.

— Я ничего не поняла, — честно призналась Мерлью.

— Ну… Делается такая сетка, с ячейками немного уже рыбы, потом берется за края и тянется в воде. Рыба при этом зацепляется и вытаскивается.

— Так. — Мерлью взяла из вазы яблоко, с хрустом откусила небольшой кусочек, прожевала. — Примерно ясно. А из чего делается сеть?

— Я думаю, можно попробовать склеить из паутины.

— Хорошо, — кивнула принцесса, — этого добра у нас сколько угодно.

— Тут есть один нюанс, — замялся правитель, — обычная паутина слишком толстая…

— Ну и что?

— Понимаешь, у смертоносцев на брюшке есть несколько бугорков, которые выделяют тоненькие нити, а уже эти нити склеиваются в паутину. Я думаю, клеить сеть нужно из тонких нитей…

— Кто же из смертоносцев позволит людям у себя из-под брюха нити растаскивать? Найл промолчал.

— Ты намекаешь, что мне нужно опять идти к Меченому и просить помощи?

— Принцесса Мерлью доела яблоко и положила огрызок на блюдце. — Мы, между прочим, четыре дня на ногах: за дикарем беглым гонялись. Меченый хоть и паук, но тоже есть хочет. Меня сюда привез, а сам на охоту собрался, на западную окраину.

— Давай отложим до его возвращения, — примирительно предложил правитель.

— На добрый десяток дней? — Девушка вздохнула. — Ладно, попробую его догнать. Но тогда извини, мне нужно торопиться.

Раньше пауки охотились в квартале рабов или питались теми людьми, кто перешагнул сорокалетний рубеж. После заключения Договора охотничьи угодья сдвинулись за город, в места свалок. Первые месяцы дичи здесь хватало на всех. Однако довольно скоро смертоносцы начисто истребили всех крыс и мух. Взамен расплодились жуки-падальщики и головоноги, которыми восьмилапые охотники брезговали, огромные жирные черви, выудить которых из-под земли было совершенно невозможно, и чайки. Белые крикливые птицы и стали основной добычей властелинов планеты.