Выбор Шутника - Тамора Пирс

Али послушно побежала звать Улазима, а затем к Чинаол за вином. В покоях герцога и герцогини Сарэй наполнила кубки для отца и мачехи. Виннамин протянула Али письмо, принесенное посыльной. Все трое смотрели на нее выжидающе.

Али быстро просмотрела письмо. На нем была печать семейства Риттевонов: гордая крылатая лошадь, поднявшаяся на задние ноги, крылья вразлет. Почерк ровный и изящный, но было видно, что писал не профессиональный писец.

Мои дорогие Мекуэн и Винна!

Сожалею, что в этом письме нет хороших вестей. Король Хазарин умер от удара. Теперь королем является сводный брат моей жены Дайневон. Положение крайне тяжелое: царствование Хазарина было слишком недолгим, а ребенок не может управлять королевством. Но есть события и похуже. Мой брат в припадке безумия или от глупости попытался похитить Дайневона, мы не можем предположить почему. Его поступок можно расценить как государственную измену. Сейчас он находится в розыске. Кроме того, мой брат пытается поднять восстание. Этого никак нельзя допустить. Я всерьез беспокоюсь о том, что он может искать убежище в вашем семействе, как в тот раз, когда он попал в немилость короля Орона. Во имя той любви, которую вы питаете ко мне, просите его вернуться в Раджмуат и ответить на предъявленные ему обвинения. Если мой брат явится добровольно, я постараюсь оправдать его перед Королевским Советом. Если же он будет схвачен, то жизнь его будет в несомненной опасности. Мой брат всегда называл тебя и Виннамин самыми рассудительными людьми во всем королевстве. Убедите его вернуться, и Имаджан и я всегда будем вашими должниками. Мы снимаем с вас все обвинения, и скоро вы сможете вернуться в Раджмуат. Не могу представить праздник зимнего солнцестояния без вашего участия. Благодарю вас от своего имени и имени Имаджан.

Ваш друг Рубиньян

Али прочитала письмо еще раз. Рубиньян пишет, что он беспокоится, но ни разу не назвал Броно по имени и не намекнул, что заботится именно о своем брате. Кроме того, он не предлагает Балитангам вернуться домой прямо сейчас, хотя и называет их друзьями. Может, он хочет сделать их приманкой для Броно?

Она вернула письмо Мекуэну. Герцог нервно скатал его в свиток, бросил на пол и пнул ногой.

— Письмо доставила крылатая лошадь, — сказал он, — хотя оно частного характера. Что все это значит? Регент не смеет посылать крылатых лошадей, это прерогатива Короны.

— Наверное, он хотел, чтобы мы получили это письмо как можно скорее, — объяснила герцогиня. — Он думал, ты это поймешь.

— Мне это не нравится, — сказал Мекуэн.

— Может, это тетя Имаджан хотела, чтобы мы побыстрее получили это письмо? — спросила Сарэй. — Она ведь тоже королевского рода, как и Дайневон, хотя и не наследница престола.

Али сложила руки на груди.

— Ваша светлость расскажет об этом письме домочадцам? — вежливо спросила она. — Ведь им нужно знать, что следующее посещение принца может несколько… — она помолчала, подбирая слова, — отличаться от предыдущего.

Герцог и герцогиня обменялись взглядами. Ответила Сарэй.

— Разве слугам нужно это знать?

— Если принц приедет и начнется столкновение, то слугам придется принять в нем участие. И некоторые из них… — она замолчала. В комнате внезапно стало светлее. Али поняла, что свет исходит от нее. — Что за игры? — спросила она Киприота.

— Ты хочешь, чтобы они слушали? — спросил бог. — Тогда продолжай.

Али внутренне собралась. «Постараюсь, чтобы мое следующее задание обошлось без богов», — подумала она и вновь обратилась к Балитангам:

— В доме есть слуги, которые окажутся полезными, если что-то пойдет не так. Во-первых, Улазим, Окобу, Верон, шпион он или нет, должны быть в курсе, на случай, если Броно приедет вооруженный и с солдатами. — Али тихонько подошла к двери, ведущей на черную лестницу, и резко открыла ее. Дов подслушивала. — Леди Дов уже тут. Ей ведь тоже нужно знать, в каком мире она живет.

— Дов, подслушивание — уловки раба, — сказал герцог своей младшей дочери.

— Прошу прощения, папа, — сказала Дов, опустив глаза в притворном раскаянии.

Али оглядела всю семью. Она светилась силой, данной ей богом.

— Я даю вам советы только потому, что хочу быть уверена — с вами ничего не случится. Я защищаю вас и ваших детей, но одной мне не справиться. Я не могу взять по мечу в каждую руку.

Герцогиня сжала губы.

— Разумеется, мы должны слушать тебя, — сказала она.

Свечение Али начало потихоньку гаснуть.

— Позови сюда тех, кто, по твоему мнению, должен быть посвящен, — сказал Мекуэн, — а мы им все объясним.

Али отыскала Окобу, Улазима и Верона и привела их к герцогу. Затем она отравилась на кухню. Чинаол и кухонные служанки кормили вестницу, донимая девушку вопросами. Чинаол подмигнула Али. Естественно, она уже узнала все, что хотела.

Али кивнула Чинаол и вышла. Во дворе крылатая лошадь и Нават внимательно смотрели в глаза друг другу. Губы Навата двигались. Али заинтересованно остановилась.

— Они разговаривают, — сказал незаметно появившийся откуда-то Локидж. — Нават хочет узнать все новости, которые привез кударунг.

Али потеребила металлическое кольцо на шее. Сегодня оно беспокоило ее сильнее.

— Мешает? — спросил Локидж. — Зато ты чувствуешь себя как рэка. Даже те, кто не носит ошейник, чувствует раздражение на своей шее.

Али нахмурилась. Повторялась история с Окобу.

— Я знаю, что вы ненавидите луаринов, — ровным тоном ответила она. — И вы считаете, что для того чтобы снять ваши воротнички, надо пролить кровь? Те луарины, которые только унаследовали порядки Риттевонов, должны умирать, чтобы освободить ваши шеи?

— Ты говоришь о семье наших хозяев или принце Броно? — спросил Локидж. — Род Джимайен известен своими зверствами по отношению к рэка. Так что мы только порадуемся, если прольется их кровь.

Нават, засунув руки в карманы, отвел крылатую лошадь к кормушке и подошел к Локиджу и Али.

— Она говорит, что зимние дожди в джунгли придут поздно, — сказал он, — рыбная ловля будет неудачной. Она говорит также, что свободные кударунги знают, что на острове живут представители древнего рода. Когда придет время, кударунги соберутся чествовать новую королеву.

Али задумалась. Символ чьих-то прав всегда оказывает свое благодатное воздействие — появление Доминионского бриллианта убедило торталланцев, что Джонатан законный король. Она кивнула.

— Поблагодари ее. Мы рады, что кударунги нам помогут.

— Все будет так, как прежде, — прошептал Локидж, и глаза его возбужденно заблестели. — Законная королева в Раджмуате и резвящиеся кударунги в небесах.

— Но пока ваша королева не на троне, — предостерегающе сказала Али, — не позволяй своим мечтам обгонять здравый смысл. — Она посмотрела на лошадку. Та свернула крылья и ела. Али вернулась к замку, рассеянно потирая свой ошейник.