Таблеточку, Ваше Темнейшество? - Лира Алая

Магический совет на землях светлых абсолютно точно не желал, чтобы король хоть как-то сотрудничал с темными землями. Хотя тут стоит уточнить, что против той же торговли они ничего не имели, но вот обмен знаниями, договоры с Темной Башней — ни в коем случае! У них же совет со своими гениальными учеными, специально отобранными, между прочим. А что там у темных? Одни остатки, одни бесполезные люди, разве можно получить равноценный обмен? Никак! Да и сами темные, понимаете ли, мерзкие и гадкие, репутация ужасная, обманут на ровном месте, хорошо, если не убьют.

— Консерваторы, — презрительно отметил принц.

— Но-но, — Десятый демонстративно поцокал, покачал указательным пальцем чуть ли не перед самым носом у принца. — Сначала алчные, потом уже консерваторы. Как думаете, кто платит магическому совету? Казна, а если говорить более точно — король. Именно он подписывает договор, согласно которому на содержание магического совета и всех ученых выделяется жалование. И получается, что магический совет с подконтрольными ему учеными, являются обычными монополистами, которым, кстати, и жалование не урежешь — тут же начнутся разговоры о том, что король собственноручно тормозит прогресс светлых земель. И, что еще серьезнее, деньги себе в карман кладет. А что сумма, выделяемая магическому совету Светлейших, скоро сравниться с содержанием полноценной армии — так это же на развития нашей земли, это же правильно.

— Разумеется, короля такое положение вещей не слишком устраивает, — понимающе кивнул Рэйвен. — Отсутствие прямых конкурентов приводит к застою.

— Необязательно так скромничать! Что ж вы так принижаете свои успехи, Ваше Темнейшество? У Темной Башни тоже нет конкурентов, но вы вполне себе резвыми темпами развиваете науку и улучшаете качество жизни на темных, — фыркнул Десятый, заговорщицки подмигнув Рэйвену.

Непростой человек этот советник, даже чересчур, я бы такого обходила десятой дорогой. Символично звучит, однако. Но и Его Темнейшество тоже из этой категории, жаль, что обходить его уже поздно. Или не жаль. Я бросила взгляд из-под ресниц на красивое лицо Рэйвена. Конечно, я бы предпочла влюбиться в кого-нибудь более обычного, у которого меньше власти, да и денег — Шорсейн мне как-то проболтался, что состояние Рэйвена соперничает с таковым у старых аристократических семейств. Ну, что есть, то и есть. В конце концов, Рэйвен и так слишком хорош. Но, зная его положение в обществе, трудоголизм, кучу возложенных обязательств и привычку замалчивать важные вещи (например, о том, что меня пытались убить, мог бы и сказать, идеальным я его считать не могла. Но со всеми этими недостатками, пожалуй, смириться возможно.

Рэйвен заметил мой взгляд, подмигнул и только после этого ответил Десятому:

— Не сравнивай. Темная Башня достаточно независима и содержит сама себя, а потому я даже не думал соотносить ее как-то с магическим советом. Значит, ваш король хочет одним выстрелом поразить две цели: и от Темной Башни получить выгоду, и подстегнуть магический совет?

— Верно-верно. Хотя со вторым пунктом будет сложнее, чем с первым. И король, и совет прекрасно знают о планах друг друга, но прямо высказать все не могут, а потому изо всех сил будут демонстрировать, что решение другого неправильное. Король будет доказывать, что сотрудничество с темными полезно, а совет — что ни к чему хорошему не приведет. И в первом случае все относительно понятно. Договариваемся с тобой, показываем, насколько Темная Башня хороша, чтобы совет это принял. Не получится с первого раза, тогда со второго. Попыток много, рано или поздно совет сдастся под напором. А вот со вторым намного труднее: совету будет нелегко доказать, что Темная Башня плохая. Связи с темными нет, а дискредитировать вас как-то надо, чтобы король и дальше продолжал вливать золото в магический совет. А кто лучше подойдет для вашей дискредитации, как не сбежавшая с темных земель аристократка.

— Которая еще и с учеными работала, жила рядом с Темной Башней, а потому, конечно, знает много-много всего, — заключил Рэйвен. — Что же, теперь мне понятен расклад. Под вопросом остается лишь одно: как Эстерия со светлыми собирается доказывать, что Темная Башня — ужасно бесполезная и страшная?

— Если бы я знал, то давно бы уже все рассказал, — ответил Десятый. — Понятия не имею. И выяснить пока не могу: эту Эстерию стерегут как зеницу ока, к ней даже тайная стража короля подобраться не может, что уж говорить о всех нас. Единственное, что могу предположить — все случится во время совета. Но мы относительно готовы к этим неожиданностям: ровно одна треть Светлейших — люди короля, а потому поддержат любую его идею. Где-то четверть будет нейтральна, потому что действительно много работает, а не просто пытается отполировать на роскошном стуле с мягкой обивкой свои шелковые штанишки. Кстати, а шелк полировать можно? Так, не суть. Ну, оставшаяся часть, как понимаешь, сурово против короля, Темнейших, темных и иже с ним. Вот так-то.

Десятый советник выразительно закатил глаза, поджал губы, а после переключился на меня:

— Госпожа Лерия, мы тут не надоели вам своими разговорами о политике? Может, поговорим о чем-то не менее существенном?

Я невольно глянула на Рэйвена, который не проявлял никакого беспокойства, а потому не слишком уверенно кивнула:

— Хорошо. О чем?

— О том, что вы собираетесь предоставить в качестве изобретения для получения титула «Непревзойденный талант». Есть у меня тут одна идея насчет вас…

— Оставь эту идею при себе, не трогай Лери, — отрезал Рэйвен. — Знаю я твои авантюры, поэтому не зли меня.

— Нет-нет, точно не буду, — тут же активно замахал руками Десятый. — Мне моя жизнь дорога как наследие от мамы с папой, так что злить я тебе определенно не буду. Но идею все же послушай. Она не в отношении госпожи Лерии, а по поводу ее выступления для подтверждения титула «Непревзойденный талант».

— Эй, да у меня идея в отношении ее выступления, а нее самой. Что, если мы начнем доказывать совету, что сотрудничество с Темной Башней — это хорошо, прямо с выступления госпожи Лерии? Если ты отправляешь ее получать такой титул, то она ведь невероятная?

Рэйвен задумчиво постучал по столку кончиками пальцев, подозрительно сощурился и уточнил: