Новый дозор - Сергей Лукьяненко

И улыбнулся — грустно и понимающе…

Мы все так и остались в тех позах, в которых нас застало пророчество. Я — протянув руку к горящему кубку, Надя — прижавшись к холодильнику, Кеша — отважно прикрывающий ее, Арина — в сторонке, тихо хихикающая и топчущаяся на месте. Неужто старая ведьма сошла с ума?

— Это было пророчество? — спросил Кеша.

Я молчал. Потрогал лицо — оно было мокрым от слез. Посмотрел на ноги — они были в пыли.

Лихо. Это что же, была не просто иллюзия? А что-то вроде путешествия во времени?

— Мне кажется, я что-то такое… тоже говорил… только забыл… — тихо добавил Кеша. — Но… там было про Тигра…

— Микросхема в игрушке была маленькая, — ответил я. — Все не записалось.

— Никогда не доверяла технике, — произнесла Арина. И прыснула от смеха.

— Папа, я должна буду с кем-то сражаться? — спросила Надя. — И убить его?

Я посмотрел на Арину. Ведьма была счастлива, будто наелась каких-нибудь своих ведьминских мухоморов в жабьем соусе.

— Чему так радуешься? — спросил я. — Ты понимаешь, что произошло? Мы услышали пророчество, из-за которого Тигр сегодня убил Эразма Дарвина.

— Убил? — Арина нахмурилась, но улыбка с ее лица не исчезла. — Жалко старого алкоголика, жалко… Но я рада, что все решилось. Мы покончим с этим, Антон! Ты и я… точнее — твоя дочь. А мы поможем. Тигр придет, и Надя его уничтожит.

— Мне кажется, ты плохо расслышала пророчество, — сказал я. — Мне решать. Понимаешь?

Я шагнул к дочери и обнял ее.

— Мне решать, убьет ли Надя Тигра.

— Я не хочу никого убивать, — быстро сказала Надя. — Папа, я не хочу!

— К сожалению, выбора больше нет, — спокойно сказала Арина. — «Палач умрет, и волшебство покинет наш мир». Сказано! Если сейчас мы расскажем пророчество людям — оно станет истиной.

— А если не скажем? — спросил я.

— Тогда придет Тигр и убьет всех Иных, знающих пророчество. — Арина улыбнулась. — Я-то готова. Я все равно умру, когда исчезнет Сумрак, ты же понимаешь… люди не живут столько, сколько я.

— Это ты виновата, — сказал я. — Ты как-то замешана… ты ведь знала, как активировать пророчество? Давно знала?

— Догадывалась, — спокойно сказала Арина. — Это в общем-то старый метод ведьм — подвешивать заклинание на разрушение ценной вещи. Тогда можно надеяться, что его используют только в случае крайней нужды. Но ты был совершенно прав, Антон, я не смогла бы повлиять на твою дочь. Я не смогла бы зачаровать Абсолютную волшебницу. Надо было сделать так, чтобы у нее не осталось выбора… у нее и у тебя.

— Выбор всегда есть. — Надя выскользнула из-под моей руки и сердито посмотрела на Арину. — Я не стану никого убивать! Пусть даже меня убьют!

— Но убьют еще и твоего папу. — Арина пожала плечами. — И Кешу, кстати. Ты сможешь спокойно смотреть, как Тигр их убивает?

Надя сникла.

— Значит, на Надю ты повлиять не могла, — сказал я. — А на Эразма?

На мгновение Арина потупила взгляд.

— Всего лишь любопытство… Оно, как известно, сгубило кошку. И старого ирландского пьянчужку — тоже.

— Зачем?

— Чтобы подтолкнуть тебя. Эразм предрек, что ты услышишь его последнее пророчество. Значит, он должен был успеть с тобой связаться. А ты — запаниковать. И решиться разрушить кубок.

— Оставалось последнее — сделать так, чтобы Надя вовремя попала домой… — Я кивнул. — И не одна… чтобы я чувствовал ответственность еще и за чужого ребенка… Случайно ли приболела Анна Тихоновна, я даже не спрашиваю.

— В нашем возрасте, Антон, здоровье такое хрупкое! — воскликнула Арина. — Ну извини! Извини старую ведьму! Ты же понимаешь — я не ради себя! Ради высшей цели!

— Какой?

— Прекратить все это! Хватит кормить Сумрак! Хватит платить человеческими страданиями за нашу Силу!

— Арина, но ты ведь даже не знаешь, активно ли то пророчество… и про что в нем говорилось! Быть может, все беды уже упали на нашу страну и закончились!

Арина пожала плечами. И твердо сказала:

— Все равно. То, что мы делаем, противно Богу. И если мы можем с этим покончить… то мы должны покончить.

Я вдруг почувствовал покалывание в кончиках пальцев. Резкое, секундное…

Сработали сторожевые заклинания вокруг нашего дома, навешенные давным-давно Гесером… и, как я теперь понимаю, еще и Завулоном. Заклинания, оберегающие Абсолютную волшебницу. Ту, кого Великие держали в запасе как оружие Судного дня.

Я посмотрел в окно. И увидел, как со стороны переулка к нашему дому идет Тигр.

Это было очень легко увидеть — он не скрывался, он не пробовал обойти или снять защиту. Он ее просто проламывал — точно так же, наверное, как ломал защиту нашего офиса, когда шел за Кешей. Тигр был похож на человека, отлитого из раскаленного добела металла. Он шел, а вокруг него бушевал огненный шторм. Вспыхивали ветви на деревьях. Переворачивались, взвизгивая сигнализацией, припаркованные автомобили. Очумевший от происходящего приблудный дворовый кот начал метаться перед идущим Тигром, будто не мог выбрать, в какую сторону убегать.

Коты видят на всех слоях Сумрака. Может быть, он видел сейчас что-то такое, что было немыслимо даже для него, следящего ночами за крадущимися оборотнями и наблюдающего полеты ведьм в сумрачном небе.

Тигр остановился перед котом. Нагнулся. Погладил его. И пошел дальше.

Кот, мгновенно прекративший паниковать, сел посреди двора и стал вылизываться.

А Тигр двинулся к нашему подъезду.

— Папа, мне страшно, — сообщила Надя. Они с Кешей стояли у окна, глядя на Тигра.

— Тебе надо будет его ударить, — торопливо сказала Арина. — Только ударить. Чистой энергией. «Пресс». Но в полную силу! Понимаешь?

С неба в Тигра ударила молния. Хорошо что тучи есть на небе, люди хоть какое-то объяснение себе найдут…

Тигр, замерший посреди воронки из дымящегося ломаного асфальта, помотал головой. Выбрался. И пошел дальше.

— Папа, у тебя телефон… звонит… — сказала Надя.

Я похлопал себя по карманам, достал трубку. Сказал, не отрывая взгляда от Тигра:

— Да, Гесер.

— Что ты творишь! — завопил шеф.

— Извини. Меня обвели вокруг пальца. Я… я узнал пророчество Эразма.

Гесер выругался.

— Откройте портал, шеф, — попросил я. — Мне… надо чуть-чуть времени. Чтобы понять, как поступить.

— Я не могу открыть портал, — тихо сказал Гесер. — Извини, Антон. Но… Сумрак будто взбесился. Я ничего не могу сделать.

— А что делать нам? — спросил я. — Пророчество Эразма…