Жена напоказ - Елена Счастная

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Но наутро проснулась не совсем так, как рассчитывала. Сначала меня разбудил приглушённый шум внизу. А затем только я отделила от него явственно знакомый женский голос. Села на постели, хмуро глядя в окно и пытаясь понять, какой вообще теперь час. Но ещё ничего не успела сообразить толком, как в комнату ко мне впорхнула Оли. Обмахнулась шляпкой и отбросила её на банкетку.

— Прости, что я так рано! — защебетала она. — Но в нашей глуши дилижансы ходят не так часто, как хотелось бы. Потому пришлось выбирать: приехать рано, или не застать тебя дома. Ты же постоянно в делах!

Она подбежала к моей постели и, склонившись, чмокнула меня в щёку. Меня обдало облаком духов — как по мне, слишком сладких и насыщенных для такой жары и вообще утреннего часа.

— Доброе утро, Оли, — запоздало ответила я. — Да, ты могла меня сегодня не застать, если бы приехала позже.

— Куда ты на этот раз?

Сестра заинтересованно оглядела столик трюмо, взяла с него баночку с тем самым кремом — подарком Ивлины — и, сняв крышечку, принюхалась. В этом была вся она: ходячее нарушение спокойствия всего живого. Я не обращала внимания — ведь такой она была всегда. Но вот мадам Хибоу Оли недолюбливала, хоть и не говорила мне в открытую. Но каждый раз, когда сестрица наведывалась в Эйл, лицо экономки принимало каменное выражение. Словно она постоянно заставляла себя сдерживаться от замечаний в её адрес.

— Мне нужно ехать в Марбр, — проговорила я, нащупывая ногами на полу домашние туфли.

— О-о! — одобрительно протянула Оли и с готовностью слушать подробности, уселась в кресло у окна. Её жёлтое платье показалось ещё более ярким, когда на него упало пятно света. — После смерти мужа ты разворачиваешься всё шире. Уже дотянулась до королевского двора…

Я покосилась на неё, пытаясь распознать, что кроется за её словами. В своё время Оли просто грезила тем, что однажды окажется при дворе. Хотя бы по службе. Но в один день её мечты рассыпались — и ей пришлось долго смиряться с тем, что они уже никогда не возродятся.

Когда я стала женой Эдгара и узнала об истинных своих силах, попросила его придумать способ, как с помощью них восстановить ауру сестры. Но он категорично оборвал меня: это невозможно. Я долго обижалась, считая, что он не проявил достаточного участия проблеме Оли. Но сама не могла ничего с этим поделать.

— У меня встреча с послом, — пояснила, решив, что радость сестры за меня всё же искренняя. — Надеюсь, она откроет новые перспективы для продаж вина в Сьерво.

— Знаешь, я ведь мне тоже нужно в Марбр, — Оли покривила губами. — Представляешь, пришло извещение о встрече с Ренельдом де Ламьером…

Она вынула из сумочки небрежно свёрнутый листок, взмахнула им и опустила обратно.

— Прости, — я вздохнула. — Но мне пришлось указать, что незадолго до того, как я попала в ту магловушку, ты приезжала в Эйл.

Всё равно подозревать её в причастности к этому глупо!

— Я всё понимаю… Необходимость, — Оли помолчала. — И я слышала, что с недавних пор тебя часто видят в компании то одного, то другого из братьев де Ламьер. Ты бы знала, сколько об этом болтают! Но откуда тебе знать. Тебя всегда мало интересовали слухи.

Нет, я ожидала, что так будет. Уже после того злосчастного бала мне начали приписывать интрижку с Ксавье. Но то, что сплетни доберутся так далеко… Я и правда недооценила силу людских кривотолков.

— Кто бы знал, что когда-то мне придётся столкнуться с этим семейством, — я затянула пояс халата потуже. — Но пока всё складывается довольно непросто. Расследование, нападения… Ты ещё не знаешь, но на днях я угодила в ловушку второй раз. И если бы не месте дознаватель…

— Будь осторожна с братьями де Ламьер, — вдруг серьёзно прервала меня Оли. — Лучше бы вообще держаться от них подальше.

Я так и замерла, схватившись за концы пояска. Закрыв дверцу шкафа, медленно повернулась к сестре — а та развела руками на вопрос, что наверняка отразился в моих глазах.

— Ничего не могу сказать насчёт младшего, — пояснила она. — Но если он хоть немного похож на старшего, то ничего хорошего тебя не ждёт.

— Ты никогда не говорила мне…

— Я и сейчас не хочу. А в своё время герцог Энессийский, его отец, подробно объяснил мне, как важно молчание о том, что случилось между нами. И тем более о том, чем это всё закончилось.

— Насколько близко ты была с ним знакома? — я едва удержалась от того, чтобы приложить ладонь к груди. Может, это хоть немного помогло бы унять бешено колотящееся сердце.

Вот почему я ничего не знала о том, кто был тем мужчиной, о котором Оли рассказывала с таким упоением по приезду домой на каникулы. Она не называла имени — и наверняка хранила загадочность нарочно, чтобы потом огорошить нас с отцом посильнее. Но порой намекала, что, возможно, однажды выйдет за него замуж. Теперь всё сложилось одно к одному так плотно, что я даже удивилась, как не догадалась обо всём раньше. Ещё в тот день, когда месье дознаватель начал расспрашивать меня о сестре.

— Очень близко, — усмехнувшись одним уголком рта, ответила Оли. — И поверь, встречаться с ним снова мне вовсе не хочется.

И после её слов я поймала себя на мысли, что мне тоже не хочется, чтобы сестра виделась с месье дознавателем. Не то чтобы я опасалась за неё из-за слишком въедливых расспросов герцога… Просто не хотелось. Как не хотелось выведывать подробности той давней истории. И так понятно, что приятного в ней мало — а мне сегодня нужно настроиться на важные переговоры с послом.

Слушая бодрые рассказы Оли о том, что случилось с ней за последние пару недель, я всё же умудрилась собраться и даже позавтракать, несмотря на почти полное отсутствие аппетита. То ли из-за волнения, то ли из-за горечи, что осела в горле после предупреждения сестры насчёт братьев де Ламьер.

— Когда ты собираешься в Марбр? — уточнила я у неё напоследок.

— Поеду завтра, — беспечно отмахнулась та. — В этой гадкой бумажке мне назначено на завтра, — сестра скривилась, словно одно только упоминание этого доставляло ей мучения.

— Хорошо.

Оставив сестру знакомиться с Ивлиной под присмотром особенно строгой сегодня мадам Хибоу, я всё же отправилась в Марбр. Оказалось, что Оли всё же удалось немало меня задержать — и я рисковала приехать позже назначенного для визита часа. Потому пришлось подгонять кучера, чтобы тот, в свою очередь, подгонял лошадей. И тот старался так, что меня порой нещадно подбрасывало, когда колёса попадали в ямки или налетали на колдобины. Наверное, поэтому моё благостное настроение к моменту прибытия в резиденцию порядочно растрясло.