Трое в Долине - Юрий Никитин

Мрак застонал и ускорил шаг. Таргитай посмотрел на ученоговолхва с укоризной, как можно истязать раненого, ведь занудство есть худшее измучений!

От городских ворот дорога раздваивалась: одна шла к лесу,другая тянулась к далеким горам. Для Олега и Таргитая она вскоре истончалась,исчезала, только Мрак видел, что дальше дорога вовсе не то длинная змея,вывалявшаяся в пыли и обвившаяся вокруг горы, не то небрежно наброшенный нагору исполинский пастуший кнут.

Олег начал на ходу шептать заклятия, когда из-за крохотнойрощи выдвинулось маленькое распаханное на зиму поле, женщины и детишки рыхлилиземлю, пятеро мужчин с натугой выдирали кряжистый пень.

Детишки первые оставили работу, вытаращили любопытныеглазенки. Мрак шел впереди изгоев красивый и горделивый, как подобает человеку,побывавшему в киммерийском царстве, летавшему на чудищах с крыльями, способныминакрыть целую деревню, побывавшему в подземном мире, вирии и даже на МировомДереве.

Эти простые люди, не покидавшие свой маленький мир, смотрелина троих рослых людей в звериных шкурах со страхом и уважением. Дети раскрылирты, а один вовсе засунул палец в рот и смотрел выпученными глазами.

— Нам нужна дорога к горным великанам, — сказал Мрак. — Мыслыхали, что они забредают в эти края.

Мужики переглянулись, начали отодвигаться. Женщины закрылисьплатками, поспешно исчезли, даже детей утащили. Осталось трое самых отважных,но их тоже трясло, а глаза пугливо бегали по земле, будто искали норки.

— Вон... там... — проговорил наконец один. — За той...вершинкой... начинается тропка...

Мрак кивнул на едва заметную дорогу, что от окраины селавилюжилась в сторону гор.

— А эта разве не прямее?

Мужики переглянулись, он увидел, как двое побледнели, атретий вовсе попятился.

— Плохая, — проговорил один, наконец, тихо, опасливооглянулся и повторил, — очень.

Мрак переглянулся с друзьями. Им другие вовсе не попадаются,будто для них троих хорошие заказаны.

— Чем же плохая?

Мужики снова переглянулись, один сказал боязливо:

— Дурные предзнаменования.

— У нас есть мудрец, — воскликнул Мрак, — что хошьперетолкует в дурное. Но мы еще живы. Что там: вороны побелели, рак свистнул,сухая верба зацвела?

— Когда путник идет по этой тропе, — сказал самый смелый измужиков, остальные отступили и делали знаки, отгоняющие злых демонов, — то подногами сперва слышен шепот, потом выступает кровь!

Олег заметно посерел, а Мрак спросил с интересом:

— Много?

— Пятнами, — объяснили ему. — Кровавые пятна!

— Ага, — понял Мрак. — Только пятна. И это говорите нашемуволхву, который привык бродить в крови по колено?.. А то и по развилку?

Он стукнул Олега по спине, тот невольно выпрямился. Мужикисо страхом косились на широкую грудь волхва, разведенные в стороны плечи,длинные могучие руки, а женщины издали с трепетом в сердце заглядывали встранные зеленые глаза, настолько яркие и чистые, словно там блисталидрагоценные изумруды.

Таргитай, которому наскучило стоять и вести умные разговоры,качнулся и потащился по прямой дороге. Мрак развел руками, кивнул на негомужикам, мол, видите, как надо, и вместе с волхвом двинулись нога в ногу вследза певцом.

Мрак, к облегчению Олега, долго всматривался в горы, сказал:

— Ладно, не гоняй Змея... И вихри оставь. Вишь за горойдолину?.. Да нет, саму не видно, но воздух там дрожит, видишь?.. И этого незришь?.. Черт, как же ты еще жив. В общем, в той долине, судя по всему, и живутвеликаны. Да не один-два, а целое племя. Воздух-то аж желтый! Хоть топор вешай.

Таргитай застонал:

— Так мы ж туда целый день идти будем!

— Не идти, а бежать, — поправил Мрак мягким, как подбрюшныйпух птенца, голосом. — Не той тропкой, а этой, что попрямее. Не целый день, а кполудню там будем. Зато подойдем незамеченными, а Змея за сто верст и видно, ислышно.

Он все прибавлял шаг, но это был еще не бег, Олег дажеуспевал рассуждать:

— Идем на восток... Я думал, великаны живут в западныхгорах. А они, выходят, на востоке... Значит, обитают и на западе, и на востоке.Может быть, еще и на севере... Вот только, что на юге?

А Таргитай обрадовался, сказал просветлевшим голосом:

— Я тоже знаю! Боромир рек, что если идти все время навосток, то дойдешь до вирия, а если на запад, то до загробного мира.

— Брехня, — сказал Мрак. — Мы топтались и в вирии, а взагробном кого-то, помню, за хвост и об угол... Какой запад, какой восток? Однонаверху, другое внизу.

Таргитай кивнул, верх-низ он понимал лучше, чем странныевосток-запад, но Олег возразил:

— Это сейчас. Но раньше могли быть и там.

— Ну и что?

— Эти старые вирии и загробные... могли остаться. Позднее,уже один наверху, другой внизу, а старые могут быть рядышком, где-нибудь наострове, за океаном. Можно бы побывать, вдруг да подскажут, как упросить Родаотдать Перо людям. Да только времени в обрез... Не успеваем.

Мрак скривился:

— Олег, ты в самом деле веришь, что раньше люди былимудрее?.. А если постучать в дурака, то надо ли так далеко?.. Вон дерево, ну-калбом.

Олег, не обидевшись, ответил мирно:

— Если бы помогало, весь наш народ только и делал бы, чтоголовами тяпал. О дерево, об угол, о стены.

А Таргитай, что тащился сзади, как Сидорова коза на веревке,смотрел на вершины гор, на синее небо, первым заметил длинный огненный след,что медленно взбирался по крутизне небосвода:

— Огненный Змей!..

Олег сказал отстраненно, глядя под ноги:

— Убить Огненного Змея можно только одним ударом. Послевторого удара оживает...

Мрак одобрил:

— Так или не так, но сказано верно: бей первый и бей отдуши.

— От души, это как? — спросил Таргитай непонимающе.

— Не жадничая, — объяснил Мрак.

— А-а-а-а...

— А то второго раза может и не быть, — согласился Олег. —Ну, а если с первого раза не убьешь?

— Тогда станет вдвое сильнее.

— Все, как в жизни, — рассудил Олег. — Недаром за битогодвух небитых дают. Тем Тарх нам и дорог!

Волхв явно загнул что-то больно мудрое, Мрак даже не понял,но доискаться не успел, поскользнулся на покрытом инеем гладком камне, ногивзлетели в воздух, расшибся бы, будь Таргитаем или Олегом, но лишь дикоизвернулся в воздухе, земля и небо поменялись местами, но упал на задниелапы... то бишь, ноги, сердито тряхнул головой, оскалил зубы в угрозе, но никтоне хихикнул, оба прыгают с камня на камень осторожно, как старухи, и душа Мракапреисполнилась презрения к людям, что так страшатся всего лишь шарахнуться совсего размаха затылком о камень.