Охотник и вампирша - Леонид Кудрявцев

Старый хозяин свернул на другую улицу. Теперь впереди него шли два человека. Один из них, судя по одежде, был путешественник, приехавший из другого мира, второй – местный житель.

Несмотря на гомон нищих, кот прекрасно слышал, как они разговаривают.

– И эта ночь нищих бывает у вас каждый год? – спросил путешественник.

– Конечно, – пожал плечами его собеседник. – Так же как и любая другая ночь. Каждый год они повторяются строго по порядку. Почему одна из них должна быть исключением? Причем, насколько я знаю, ни в одном из двадцати пяти принадлежащих Ангро-майнью миров, за исключением нашего, ничего подобного не происходит.

– Верно. Но согласись и с тем, что в каждом из двадцати пяти миров есть что-то свое, особенное, не похожее на другие. Я побывал во многих и могу поклясться, что они не менее необычны, чем ваш.

– За исключением того, что наш мир связан с несколькими сотнями других. Конечно, с каждым из них мы сталкиваемся всего лишь раз в год, но все-таки… Более чем три сотни миров! Наверняка ничего подобного нет нигде!

– Вполне возможно, вполне возможно, – неохотно пробурчал путешественник.

Похоже, мысль о том, что он оказался в очень необычном мире, радовала его не особенно. Может быть, он только делал вид, что является бывалым путешественником, а на самом деле был обыкновенным бакалейщиком, случайно раз в жизни выбравшимся в другой мир?

Тут один из нищих, сидевший возле стены новенького двухэтажного дома на низенькой скамеечке, подскочил к ним и, странно кривляясь, как-то ненатурально затянул:

– А вот мне тоже нечего есть… и не на что жить… И вообще я самый из всех нищих убогий, самый несчастный. Подайте же мне как можно больше.

Путешественник полез было в карман, очевидно, за деньгами, но его спутник отрицательно покачал головой:

– Не стоит. Не надо.

Нищий бросил на него злобный взгляд, но продолжал гнусить:

– И жизнь-то моя вся порушенная. Как есть с самого детства ничего, кроме несчастий, я не знаю. И все-то у меня неблагополучно. И жена от меня ушла, а дети выгнали на улицу. И все встречные игуанодоны норовят меня обязательно лягнуть, а дэвы не дают покоя. В прошлую ночь белых всадников меня едва не рубанули шашкой.

Поскольку те, у кого нищий просил подаяние, шли довольно быстрым шагом, он, не переставая причитать, топал за ними какой-то странной вихляющей походкой.

– Может быть, все-таки ему подать? – спросил путешественник. – Вон сколько на него свалилось несчастий. И дети… и жена…

– Каких, к дьяволу, несчастий? – ответил местный житель. – Да он такой же нищий, как я старшина дэвов. Это владелец почты, богатый и уважаемый в городе человек.

– Зачем же он тогда переоделся нищим?

– А многие переодеваются. Так у нас принято для того, чтобы почувствовать себя в шкуре нищего. Для того чтобы проникнуться ко всем нищим сочувствием.

– А, старые традиции, – понимающе покивал путешественник.

– Конечно! – не без гордости заявил местный житель. – Они у нас еще очень сильны. Причем, согласно этим традициям, мы должны в некоторые ночи совершать определенные ритуальные действия. И мы обязательно делаем все, что положено. Хотя если дело касается ночи нищих…

– И что там с этой ночью?

Местный житель оглянулся. Как раз в этот момент хозяин почты в костюме нищего, видимо, решил, что все его попытки выудить монету-другую обречены на провал. Злобно что-то пробормотав, он заковылял к своей скамеечке. Удовлетворенно кивнув, местный житель, понизив голос, сказал:

– Дело в том, что этой ночью многие переодеваются в лохмотья не только из почтения к традициям. За полчаса до рассвета нищие подводят итог этой ночи и объявляют своего короля. Конечно, им становится тот, кто наберет денег больше всех.

Путешественник фыркнул:

– Быть королем нищих? Невелика честь. Тем более всего на одну ночь.

– А если я скажу, что король получает половину всех сборов за эту ночь? Половину всех денег, которые нищие соберут по всему миру этой ночью. Как, неплохо?

Путешественник почесал в затылке.

– Да, тут ты прав. Это наверняка огромная сумма. Но принимают ли нищие в расчет местных жителей? Они ведь приходят к вам из другого мира.

– Принимают. Лет десять назад мэр одного из северных городов умудрился стать королем нищих. Он, конечно, как политик оказался вне конкуренции.

– Так, может, и нам стоит попытаться?

Путешественник остановился. Его спутник был вынужден сделать то же самое. Мертвый хозяин миновал их и свернул в какой-то переулок. Последнее, что услышал кот, это слова местного жителя:

– Нет, ничего у нас не получится. Видишь ли, чтобы конкурировать с настоящими нищими, нужна определенная подготовка. И вообще…

Переулок был длинный, узкий и извилистый. Он тянулся и тянулся. Мертвый хозяин шел мерно, ровно, словно большая кукла. Собственно, именно так и было. Теперь он был всего лишь неодушевленным куском мяса, уже начинавшим ощутимо пахнуть, большой марионеткой, которой управлял невидимый кукловод.

Кот устроился на плече мертвого хозяина поудобнее и впал в дрему. Любой нормальный кот при каждом удобном случае должен впадать в дрему. Это так же необходимо для его здоровья, как обычной собаке два раза в день прогуляться на улицу. Сонная пелена то накатывала, то отступала, а кот то бродил по холмам страны снов и охотился на птичек, то принимался обдумывать, с какого угла он начнет метить жилье нового хозяина.

Кстати, сколько может быть в его жилище углов? И как он относится к тому, что кто-то их будет метить? Эти люди, как только порядочный кот начинает метить свою территорию, обычно сходят с ума. Почему-то им это не нравится.

Может, они тоже метят свое жилье, причем каким-нибудь странным людским способом, так, что ни одна кошка не может этих меток унюхать?

Между тем переулок кончился, и мертвый хозяин вышел на другую улицу. Она была более узкая, чем предыдущая. Да и дома на ней стояли в основном старые, с облупившейся штукатуркой и обшарпанными дверями.

В очередной раз вынырнув из полусна, кот заметил, что его мертвый хозяин находится теперь уже явно на окраине города. Где-то за домами поблескивала лента реки. Нищих попадалось все меньше и меньше.

«Куда он все-таки идет? И зачем это нужно тому, кто им управляет? – подумал кот, снова проваливаясь в полудрему. – Хотя мое ли это дело?»

Проснулся он от неожиданного толчка. Результатом этого толчка стало то, что кот едва не свалился с плеча мертвого хозяина. Его спасла лишь хорошая реакция. Совершенно машинально запустив когти в куртку мертвого хозяина, кот все-таки удержался.

Сна у него, понятное дело, не осталось ни в одном глазу. Да и вообще стоило осмотреться.

Кот так и поступил.