Жертва - Юрий Иванович

Лейт замер возле надстройки, схватился за поручень трапа рукой, а второй потер слипающиеся глаза. Похоже, это усилило его умственную деятельность, потому как ответ оказался наиболее логичным:

– Следовало дать панацею тем, кто меньше всего ночевал на берегу. Например, твоим помощникам. Я ведь даже Геберту не дал, а тебя глотать заставил.

– Верно! Не сообразил.

Но зато теперь барон стал задавать вопросы:

– Слушай, а вдруг они так и не очнутся, а медуза больше так и не появится?

– Ох! Не трави душу!

– А что с Загребным? Что с Люссией? Они лежат и даже не шевелятся. Ведь под вольту магии из воды не попали, не успели.

Оба подошли к тому месту, где так и лежали принесенные владельцы крейсера на вынесенных из кают матрасах. Опустившийся на колени Крайзи провел очередной осмотр тел, но только и смог констатировать, что те живы.

– Сил не хватает для осмотра, раздери темные демоны этот проклятый остров! Надо бы их в тень передвинуть. – Он оглянулся на Лейта, но только и успел заметить, как тот обессиленно сваливается в обморок. – М-да! И герои не выдерживают. А что же меня так выкручивает? Только солнечного удара мне не хватало!

Попытался встать на ноги, но свет померк перед глазами. Так и завалился между телами иномирца и демонессы.

Но как это ни странно, очнулся он тоже первым. Причинами для возвращения в сознание послужила зудящая от загара кожа на оголенном торсе да пульсирующее в мозгу слово «очнитесь!». Но что обрадовало больше всего, так это довольно четкое, видимое в реальном свете осознание окружающей действительности. Исчезли благодушие, умиление, восхищение всем подряд, которые присутствовали еще утром, невзирая на изуверский труд и действующий амулет отрезвления. Теперь окружающий вид и голые, извалянные в пыли и грязи тела казались филиалом ада.

Вернувшиеся воспоминания о случившемся тут же заставили осмотреть лежащих рядом Семена и Люссию, а также проинспектировать собственное состояние. Личная магия почти вернулась в тело, восстановившись наполовину, поэтому и тела «пациентов» удалось рассмотреть без труда. Нельзя было сказать об их отменном здоровье: исхудавшие, исцарапанные, со ссадинами и синяками на телах, они казались только что выпавшими из жестокой драки. Глубокий сон тоже не являлся оздоровительным, скорее смахивал на состояние комы.

Слово так и звучало в голове, приказывая очнуться, и некие знакомые интонации в нем позволили догадаться, кто это тут пытается командовать. Так и не вставая с колен, Вишу попытался сконцентрироваться и мысленно воскликнуть в ответ:

«Да очнулся я!»

И тотчас схватился за голову от разрывающего мозги возмущения:

«Отмеченный! Так чего ты там копаешься?! Подойди к воде!»

Пытаясь вскочить на подрагивающие ноги, ученый взмолился:

«Госпожа! Не так громко, умоляю! Иначе у меня мозг сейчас лопнет!»

Боль в голове сразу стихла и сменилась блаженной прохладой. Опасаясь, как бы медуза вообще не заморозила ему сознание, Крайзи доковылял к борту, интуитивно догадавшись, с какой стороны находится спасительница. Прекрасное создание лежало на небольшой глубине, вытянувшись горизонтально и расправив все свои вуали. Где у нее глаза и как она видит, догадываться было бесполезно, но человека заметила сразу и уже спокойным тоном вломилась в сознание восприятия:

«Где второй отмеченный? Можешь отвечать мне вслух, а то мысленно у тебя не получается».

– Он еще не очнулся. Остальные тоже.

«В каком состоянии Загребной и трияса?»

– Подозреваю, что в глубокой коме. Слишком обессилены.

«Вскоре начнут просыпаться все остальные, но вот триясу и иномирца надо немедленно обвязать веревками и спустить в воду по грудь. Буди своего напарника, и задело!»

Переспрашивать или что-то уточнять было глупо, поэтому Вишу, чувствуя заметное улучшение своего физического состояния, поспешил к барону:

– Лейт! Просыпайся! Эй! Ну конечно, разлегся тут в тенечке, пока я ожог получал. Пошевеливайся! У нас новое задание от Лунной госпожи.

Барон раскрыл глаза и с мученическим видом пробормотал:

– Опять кого-то носить?

– Нет, лишь сбросить за борт. Только веревки привяжем.

– Что?!! – Глаза Лейта расширились в непонимании, но в следующий момент он вскочил как ужаленный, придерживаясь руками за голову и восклицая: – Да встал я уже, встал!

Медуза, похоже, и в самом деле очень спешила, если наградила помеченного ею человека таким целенаправленным импульсом. Дальше соратники действовали слаженно и без лишнего слова. Не надеясь на свои измученные связки, развернули кран-балку, подвязали означенные к купанию тела под мышками и вполне аккуратно, не швыряя в воду прямо с борта, опустили вниз.

«Оставьте их так! – последовали очередные распоряжения от древнейшего создания Изнанки. – А теперь как можно скорее будите всех остальных! Пусть становятся у борта и начинают петь мой любимый гимн!»

Сознание Семена заработало еще до того, как очнулось его тело, и он стал ощущать собственные конечности. Вначале он расслышал некие прикосновения, наподобие легких материнских шлепков: «Давай, давай, возвращайся из своего отпуска!»

И этих слов оказалось достаточно, чтобы резко вспомнить все. Проклятый остров, под неправильным названием Сказка, изнурительный бег с телом любимой на руках и умирание на пороге их первого, собственного замка. Глаза, вроде как оставаясь открытыми, ничего не позволяли рассмотреть, кроме дивной, серебристой поземки, струящейся в густой, переливчатой синеве.

«Где я? – родились первые слова, облекшиеся в мысль. – Что с Люссией?»

«С ней все в порядке, она рядом с тобой, и скоро вы проснетесь».

«Госпожа Лунная?! Это ты?»

«Ты не узнаешь мой голос?»

«Узнал! Спасибо, что помогла!..»

Оттенок милого смеха приятно освежил сознание:

«Всегда пожалуйста! И это еще вам повезло остановиться на первом острове. Заплыви вы дальше, никто бы вам уже не помог. Там моя магия практически бессильна. И потом, тебе не только меня надо благодарить. Созданная тобой команда воистину уникальна, не стоит разбрасываться такими помощниками. А некоторые герои так вообще меня поразили. Ко всему прочему, первый твой спаситель – это Асма».

«Каким таким боком?» – поразился Загребной.

«Это именно он убедил меня отправиться на твое спасение».

«Как убедил?! Он же за тобой охотился?! Пытался тебя убить! Травил акулами!»

«Это мы и в самом деле так играем. Когда-то я совершила ошибку, разрешив своему воспитаннику совершенствоваться в плане нападения. Вот с тех пор так и тянется».

Землянин от некоторого шока соображал все меньше и меньше: «Так это твой воспитанник?!»