История о магии - Крис Колфер

– Поэтому вы написали и издали «Правду о магии», – догадалась Бристал. – Вы пытались убедить всех, что есть различия между феями и ведьмами, вы пытались изменить отношение к магическому сообществу, чтобы спасти его.

Мадам Грозенберри кивнула.

– Однако мой план вскоре вышел мне боком. Книгу запретили во всех королевствах, а я стала изгоем. В наказание за мой поступок Северное королевство отправило отряд солдат в мои владения в Междулесье. Они привязали моего мужа к столбу и сожгли заживо у меня на глазах.

– Хоренс! – ахнула Бристал. – Вы – та самая ведьма из его истории! Хоренс пытался предупредить меня по пути сюда. Я не поняла, что он тогда имел в виду, но он пытался предупредить меня о вас! Он показывал, что два вот-вот превратятся в одно! И инициалы на дереве – они ваши!

– Хоренс Маркс и Снежна Грозенберри. Это словно случилось в прошлой жизни.

– Снежна – ваше настоящее имя? Какое странное совпадение.

– Это не совпадение. Феи назвали меня Снежна Селеста Грозенберри – в честь моей характерной магической особенности. Они говорили, я с рождения управляла погодой.

Бристал так усердно пыталась выявить свою магическую особенность, что даже ни разу не спросила мадам Грозенберри, какая особенность у нее. Как же она раньше не догадалась? Да, в ее фамилии крылась подсказка, но не только это было очевидно.

– В нашу первую ночь в академии разразилась сильная гроза. Вы вызвали ее, потому что знали, как сильно мы испугаемся, захотим собраться вместе и таким образом сблизимся, да? А после того как мы с Люси отправились в Междулесье, вы устроили еще одну грозу, чтобы мы не покидали замок, пока вас нет? А два дня назад вы наслали снегопад на академию, чтобы я отправилась в Северное королевство? Вы с самого начала манипулировали нами с помощью погоды!

Фея снова кивнула. Бристал потерла лоб – что-то в истории мадам Грозенберри всё равно не сходилось.

– Но почему вам дали имя феи? Когда мы приехали забрать Эмеральду из шахты, вы сказали, что вас вырастили люди. Вы говорили, они пытались вас убить – так вы и получили ожоги на левой руке.

– Я солгала. Я так сказала, только чтобы убедить Эмеральду поехать в академию. Ожоги на моей руке не от огня – это обморожение. И сейчас у меня обморожено все тело.

– Значит, эти отметины появились, потому что вы использовали колдовство. Поэтому вы стали носить перчатки и мантию. И поэтому не давали миссис Ви обработать раны. А синяк, который я видела у вас на лице, – тоже отметина от обморожения? Чем больше бед вы приносили в обличье Снежной королевы, тем больше у вас появлялось отметин?

Мадам Грозенберри опустила взгляд на свои костлявые почерневшие руки и тяжело вздохнула.

– Верно. И чем больше отметин она оставляет на мне снаружи, тем сильнее овладевает мной изнутри.

– Но как вы вообще пришли к колдовству? Что случилось в промежутке между тем, как вы написали «Правду о магии» и уничтожили целое королевство?

– После убийства Хоренса я впервые прибегла к колдовству, чтобы вернуть его к жизни. Заклинание было очень неудачным. Хоренс вернулся на землю в облике потустороннего существа, а моя левая рука покрылась страшными отметинами. Но изменилась не только рука. Я говорила тебе, что ведьма в истории о Хоренсе умерла после того, как применила заклятие, и отчасти это правда: мне казалось, в тот день во мне что-то умерло.

– Почему?

– Мой муж никогда не совершал преступления и за всю жизнь никого не обидел, а люди убили его только лишь для того, чтобы преподать мне урок. И в тот день я и в самом деле усвоила ценный урок. Я внезапно осознала: верить в то, что «Правда о магии» изменит отношение людей к магическому сообществу, было очень глупо. Ведь их не убедить логическими доводами и взыванием к состраданию. Люди могли принять магическое сообщество, только если им внушить страх и доказать, что мы им нужны. Мы должны были создать для них проблему и сами же стать ее решением. И когда я впервые увидела свою обмороженную кожу, то поняла, какую проблему создать.

– Снежную королеву?

– Именно. Чтобы стать Снежной королевой, мне пришлось пробудить весь гнев, что я подавляла годами. Как эта волшебная палочка помогла тебе обрести связь с твоей магией, так и скипетр помог мне обрести связь с яростью. Увы, гнева во мне оказалось слишком много. Каждый раз, когда я брала в руки скипетр, Снежная королева становилась сильнее и властнее, а мне было всё труднее ее сдерживать. Я попросила Котарину, Тритонию, Кальмарину и Воронию помогать мне при превращениях, но ведьм больше заботила месть, нежели борьба за справедливость. Они позволяли Снежной королеве держать меня в своей власти и использовали ее как свое главное орудие.

– Но почему вы не остановились? Если Снежная королева имела над вами такую власть, зачем вы постоянно возвращались в Северное королевство?

– Потому что люди не воспринимали ее всерьез. Мой план мог сработать только тогда, когда все в мире считали бы Снежную королеву несокрушимой угрозой. И только дойдя до крайнего отчаяния, они бы обратились за помощью к феям и ведьмам. Но король Ноблтон все время лгал другим правителям о том, какие разрушения Снежная королева учинила на самом деле. И чтобы привлечь их внимание, я нападала всё чаще и с каждым разом устраивала всё больше разрушений. Но и это не помогло обратить на себя внимание правителей. И тогда я поняла, что у короля Чемпиона, королевы Эндастрии и короля Ворворта глаза откроются только тогда, когда под угрозой уничтожения окажется весь мир.

– И поэтому вы наслали на все королевства снежную бурю. Вы создали серьезную проблему, но как с ней может разобраться магическое сообщество? К кому людям обращаться за помощью?

Мадам Грозенберри колебалась с ответом, и Бристал поняла, что ей тяжело это говорить.

– К академии, – призналась фея.

– Что?!

– Если бы люди с самого первого нападения поняли, что Снежная королева несет угрозу, мне бы не пришлось вовлекать в это других. Я могла бы сама разрешить созданную мной проблему. Но поскольку одним нападением не обошлось, я осознала, что Снежная королева может полностью овладеть мной раньше, чем я завершу дело. Поэтому я собрала в одном месте фей, чтобы они закончили начатое, если меня не станет.

– Значит, вот почему вы на самом деле открыли академию? Вы обучали нас не помогать людям и исцелять их, а готовили собственных убийц?

– Когда я говорила, что преподавать – огромная честь для меня, я не лгала. Мне доставляло огромное удовольствие смотреть на то, как ты и остальные учитесь быть феями. Мне очень жаль просить тебя об этом, но дабы наши труды не пошли прахом, ты должна исполнить данное мне обещание.

У Бристал душа ушла в пятки.

– Мадам Грозенберри, нет! Я не смогу вас убить!

– Сможешь. Когда люди узнают, что это ты спасла мир от уничтожения, они начнут уважать и ценить магическое сообщество. Вы с одноклассниками приведете мир в новую эру, где таким как мы больше не придется прятаться и жить в страхе и где никого больше не изувечит гнев.