Три богатыря 5 - Павел Вяч

На душе мгновенно полегчало. Ведь одно дело сражаться неизвестно против кого, другое — против конкретного врага. И пусть все, что знал про него Муром, было подчерпнуто из сказок и былин, но проблема обрела конкретное воплощение.

— Соловей-разбойник, — прогудел Муром, не слыша себя. — Зря ты, стервец, супротив богатырей выступил!

И даже терпеть этот стегающий по ушам свист стало как-то легче.

Да, он шёл, казалось, со всех сторон, но зато Муром точно знал, что рано или поздно доберётся до Соловья. И свернет ему шею.

Вот только эта темнота…

— Топтыгин! — что было сил заорал Муром. — Дай огоньку!!!

Он не был уверен, что Алешин фамильяр его услышит, но попробовать все же стоило.

Следом, не успел Муром подумать о Топыгине, в голове промелькнула подленькая мыслишка — как же все-таки хорошо, что он не купился на обманчивую защиту поляны и не развязал Алешу!

Ведь одно дело противостоять во тьме сидящему на дубах Соловью-разбойнику, другое — уходить при этом от стрел эльфийского рейнджера.

— Покажись, Соловей! — крикнул Муром, не переставая размахивать булавой. — Найду — хуже будет!

В ответ в лицо Илье ударил острый, как бритва свист, а следом прилетело чем-то тяжелым.

Муром облизнул разбитую губу и сплюнул кровавый сгусток.

— Ну все, — прошептал богатырь. — Держите меня семеро!

Внутри вспыхнул праведный гнев, и он, скорее почувствовав, чем увидев движение, дернулся вперёд и вправо.

Чем-то тяжелым оказалась нижняя ветка дуба, и богатырь, неожиданно ловко для своей комплекции, поднырнул под её взмах.

Данг! Кранк! Храааааа…

Интуиция не подвела богатыря, и удар булавой пришелся по очередному дубу. Вот только, в отличие от предыдущих атак, в этот раз сработал шанс на Таран, и необъятный ствол дерева разлетелся во все стороны.

Дуб, лишившись ствола, заскрипел, застонал, провис и начал заваливаться назад, потянув за собой ветви других гигантов.

А учитывая, что трое уже познакомились с булавой Мурома, гнездо под Соловьем-разбойником зашаталось в прямом смысле этого слова.

Более того, Соловью, чтобы не свалиться на землю, пришлось на время прервать свой смертоносный свист.

И Муром не преминул воспользоваться моментом.

— Топтыгин! Огоньку-у-у-у!

В ушах все также звенело, звуки доносились как будто сквозь толстый слой ваты, но Илья сумел расслышать звуки своего голоса.

И не он один.

— Рррррррррраааааа!

Вопль Топыгина показался Мурому едва слышимым шёпотом, но вспыхнувшей слева огонь Илья рассмотрел очень хорошо.

И огонь, и стоящего на задних лапах Топтыгина, привязанного к медведю Алешу, и окруживших их… гоблинов?

Маленькие, сморщенные, некрасивые — в отблесках исходящего от Топтыгина пламени они казались близнецами.

Именно они и являлись источником накрывшей поляну Тьмы.

Не пожалев пары секунд, Муром выхватил из Инвентаря первый попавшийся топор — +100 к режущим ранам, +30 к Силе — и швырнул его в толпу гоблинов.

Вжух!

Топор, размазавшийся в серебряный круг, с гулом пронесся по поляне, собирая кровавую дань.

Сразу несколько десятков коротышек повалились замертво, а окружающая Мурома Тьма неохотно отступила.

— Не-е-е-е-ет!

Стоило топору, проредившему толпу гоблинов, исчезнуть в кустах, как Соловей-разбойник вновь стегнул Мурома своим свистом.

— Врешь — не возьмешь, — одними губами прошептал Муром.

Богатырь, не обращая внимания на потекшую из ушей кровь, взмахнул правой рукой, ломая зажатой в ней булавой потянувшиеся к нему ветви, а левой достал из Инвентаря следующий топор.

Этот был +20 к Силе, +50 к урону Холодом, 5% шанс заморозить противника.

Вжух!

На этот раз коротышки догадались броситься врассыпную, и под удар попало штук пять гоблинов. И ещё трое, которым не повезло оказаться слишком быстро от пролетевшего через поляну топора, превратились в ледяные статуи.

— Убью-ю-ю!

Хоть со слухом у Мурома творилось неладное, но не услышать полный ненависти визг Соловья было невозможно.

Тьма, тем временем, отступила ещё немного, явив взгляду Мурома очертания дубов, но Илья не спешил кидаться к ним с булавой наперевес.

Вместо этого перехватил свою дубину двумя руками и с хэканьем запустил её в ствол центрального дуба.

Данг! Кранк! Хууууууууу!

Булава врезалась в дерево словно пушечное ядро и не просто пробила в нем здоровенную дыру, но как будто взорвалась изнутри.

Сработал ли это Таран, или оружие не выдержало встречи с выставленной Соловьем-разбойником защитой, но факт оставался фактом.

Ещё один дуб лишился своего ствола и безвольно повис на сцепленных ветвях.

— И это я ещё даже не начал, — выдохнул Муром, выхватывая из Инвентаря копье: +100 к колющим ударам и 15% шансом растроиться при броске.

Растроиться не в плане огорчиться, а создать ещё два копья.

Шанс, к безмерному сожалению Мурома, не сработал, но и так вышло неплохо. Копье пронзило сразу четырёх коротышек, и на поляне стало ещё светлее.

В руках Мурома появилось следующее копье + 50 к урону, +30 к Ловкости, + 20% к критическому урону.

Муром, справедливо посчитав, что дубы от него никуда не денутся, стремился в кратчайшие сроки избавиться от как можно большего количества гоблинов.

Он швырял копья, топоры, секиры и даже алебарды, не обращая внимания на пронзительные крики Соловья-разбойника и перемежающийся с ними свист.

Да, голова была готова вот-вот треснуть от звона и гула, да, ноги подгибались, а руки сводило судорогой, но Муром упрямо сокращал поголовье мерзких гоблинов.

И Топтыгин ему в этом с удовольствием помогал.

Медведь, почувствовав поддержку богатыря, полыхнул Истинным огнем, заставляя Тьму отступить, и бросился на чуть было не задавивших его коротышек.

Он рвал их огненными когтями, откусывал головы и топтал не успевших убежать в лес гоблинов, выплескивая свой страх и ярость.

И Муром его отлично понимал — тяжело сохранить спокойствие, когда тебя пытались не просто убить, но утопить во Тьме огонь твоей сути.

И сейчас Топтыгин платил гоблинам той же монетой, только вместо полой Тьмы, жертвой которой он чуть было не стал, Алешин фамильяр предпочитал огонь. А точнее — Огонь.

По ощущениям богатыря геноцид теневых коротышек длился несколько часов, но по факту все произошло за считанные минуты.

И только когда Тьма окончательно отступила назад, а Топтыгину уже больше ничего не угрожало, Муром достал из Инвентаря топор +100 к рубке Башенных щитов, +20 к Силе и Выносливости и многообещающе посмотрел на оставшиеся дубы.

Соловья-разбойника по-прежнему не было видно, но Муром знал, что он до сих пор скрывается в кроне деревьев.

Соловей беспрерывно глушил Мурома своим свистом, но богатырю было плевать.

Да, было больно, да,