Наследница - Айон91

Поток моих мыслей и воспоминаний прервал женский крик. Следом последовал топот каблуков, и веселый смех и грязные, непристойные предложения в ее адрес от тех, кто покусился на ее честь. Ночью, если вы не представитель магии, с помощью которой можно о себе позаботиться, не советуется гулять в таких переулках как этот. Очень опасно. Найдутся молодчики, готовые вас не только убить и ограбить, но и изнасиловать. Но иногда нет другого выхода, поэтому людям и остается на свой страх и риск идти там, где может быть опасно.

Когда я догнала компанию пьяных мужиков, они уже окружили девушку и готовы были на нее наброситься. Потные, волосатые, грязные, и безбашенные бандиты, желали развлечься с девушкой. Смыкая кольцо вокруг нее, облизывались и предвкушали развлечение.

— Милая, давай развлечемся, — предложил один из них, уже развязывая штанной ремень. Он вышел вперед всех, остальные расступились. Значит глава, раз они уступают очередь. Он оттеснял ее к стене, его руки уже неслись к жертве. Терпение лопнуло. Мимолетной тенью оказываюсь между девушкой и бандитом, мое появление огласил хруст ломающегося шейного позвонка и лежащим телом без гнилой души внутри. Закрыв собой девушку, спрашиваю:

— Еще желающие есть? — Для большей надежности и страха подсвечиваю серебряным светом глаза и выдвигаю кончики клыков так, чтобы несостоявшаяся жертва насилия не видела, но видели те, кому посчастливилось остаться в живых. Ночные разбойники, поняв с кем имеют дело, взяли ноги в руки и побежали прочь. Никто не хотел оказаться рядом с их бывшим главарем в том же состоянии, поэтому поступили умнее, — вот и славно, — уже без спецэффектов добавила я в след убегающим бандитам.

— Простите… — обратилась ко мне девушка, стоящая за спиной.

— Что?

— Как мне вас отблагодарить? — Все еще дрожа от испуга спросила она. Ее порядком трясло, она никак не могла отойти от шока и страха. Сопровождала девушку домой, так, на всякий случай, а то мало ли еще желающие поразвлечься найдутся. Она шла спокойно, но от каждого шороха вздрагивала и постоянно оглядывалась. Приведя бедняжку к дому, уже собиралась уходить, как она снова меня окликнула и спросила: — Так как же я вас могу отблагодарить?

— Больше не ходите по ночам одна, вот и вся благодарность, — сказал я, и ушла.

Она что-то кричала в след и пыталась предложить услуги в качестве благодарности, но я не слушала. Да и какая может быть от нее благодарность. Слова «спасибо» мне вполне хватит. Их я услышала, а другой благодарности мне не надо. Ведь если бы узнала, кто ее спас побежала бы за помощью в ближайший отдел Светлого ордена, дабы сжечь на костре нечисть воде меня. Но не успела я повернуть к нужному мне кварталу, как сзади послышался вопрос:

— Как всегда благородно? — спросил за спиной знакомый голос, который я не слышала, не помню сколько лет. Но только от одного мелодичного и приятного баритона на глаза сами собой навернулись слезы. Плакать от радостной встречи с тем, кого я не видела пару столетий точно, не есть проявление слабости. Поэтому с улыбкой на лице и льющимися слезами сказала:

— Люди не меняются, сам знаешь, — вытирая слезы и улыбаясь одновременно, ответила я тому, кто был мне неимоверно дорог. В ответ мне послали такую же улыбку, но играть в осторожность друг не переставал.

— Знаю, но ты изменилась, могли измениться вместе с тобой и привычки, — он продолжал играть. Только радостная улыбка его выдавала, как и лучистые глаза, отображающие радость.

— Но не изменились же? — Тихими шагами я приближалась к нему, он так же ускорил шаг и прекратив разыгрывать сцену опасности, сказал:

— Нет, — и рассмеялся в голос, — я рад тебя видеть Сашель, — сжимая меня в крепких объятьях, сказал эльф.

— И я тебя Тальнир, — ответила я на его приветствие своим. От его присутствия на душе стало тепло, тут же вспомнились академические годы. Все те приключения, что мы пережили.

С эльфом мы учились вместе в академии магии, вместе проходили практику и сдавали выпускные экзамены, получали мантии. Тальнир — темный эльф, специализирующийся на боевой темной магии, а я некромант, но уже не человек и тем более не сильф. Дружба всегда стирала границы между нами. Пусть многие и удивлялись, почему эльф дружит с такой как я, ведь полукровки всегда считались изгоями, которых мало кто принимал. Может у эльфов или остальных рас именно так, у сильфов все совсем иначе. Мы не отказываемся от ребенка только потому, что кровь его разбавлена другой расой.

Ему было все равно, он принимал меня такой, какая я есть. Мы смеялись, веселились, не обращая внимания на злые языки. Я ему доверяла, как и он мне. И он был первым, кто узнал о моем обращении и новой сущьности. В первую ночь после пятидесятилетнего заточения и обучения в башне замка, когда мастер освободил меня, я блуждала по улицам, в поисках удобного случая покончить с такой не жизнью, но встретила его. В первые минуты он несказанно обрадовался, что со мной все в порядке. Но потом…

…Я надеялась, что он убьет меня, но ошиблась. Я умоляла его покончить с муками моей души, но все тщетно, у него не поднялась на меня рука, даже не смотря на то, кем я стала. Он понимал, кто я, но избавиться от старого друга он не мог.

— Ты должна жить, — говорил мне он, — бороться за свою душу. Пусть ты теперь нежить, душа остается прежней, если ты будешь за нее бороться. Можно жить и в этом состоянии и с такой судьбой, — он старался всеми силами меня подбадривать, — на тебе нет чужой крови, значит, ты смогла побороть в себе тьму и жажду крови. Живи дальше и докажи самой себе, что Сашель, которая была человеком и сильфом по-прежнему ей и осталась…

Его слова в ту ночь все еще не стерлись из памяти, сидят внутри меня до сих пор и постоянно поддерживают, заставляют бороться с самой собой.

— Саши, скажи, каким ветром тебя сюда занесло? В этом городе полно охотников и инквизиторские сходки постоянны? Опасно ведь, — спросил друг, переживая за меня, — заметят и тебе конец.

— Не